Верхний баннер
00:32 | ПОНЕДЕЛЬНИК | 17 ИЮНЯ 2019

$ 64.43 € 72.7

Сетка вещания

??лее ????ов??ое ве??ние

Список программ
12+

отдел продаж:

214-47-70


Программы / Дневной прямой эфир

12.11.2018 | 13:05
О 185-летии Краевой клинической больницы и прикамском здравоохранении рассказал главврач ККБ Анатолий Касатов

Пермская краевая клиническая больница отмечает 185-летний юбилей. Это повод поговорить не только о достижениях самого учреждениях, но и о задачах, которые сегодня стоят перед прикамским здравоохранением. Гость программы - главврач Пермской краевой клинической больницы, главный хирург Минздрава и завкафедрой госпитальной хирургии ПГМУ Анатолий Касатов. 


«Эхо Москвы — Пермь»

Ведущая: 13 часов 5 минут в Перми, всем добрый день. У микрофона Юлия Хлобыст, за звукорежиссёрским пультом Даниил Проскуряков. В эти дни Пермская краевая клиническая больница отмечает свой 185-летний юбилей. Это повод поговорить не только о достижениях самого учреждения, но и о задачах, которые сегодня стоят перед Прикамским здравоохранением. Поэтому гость нашей программы сегодня – главный врач Пермской краевой клинической больницы, главный хирург Минздрава и заведующей кафедры госпитальной хирургии Пермского медицинского университета Анатолий Касатов. Анатолий Владимирович, Здравствуйте

Анатолий Касатов: Добрый день.

Ведущая: Во-первых, поздравляю Вас и Ваш коллектив с таким значимым достаточно юбилеем.

Анатолий Касатов: Спасибо огромное, но прежде всего, это поздравление, наверное, коллективу, поскольку вся работа больницы – это работа каждого человека, который трудится в её стенах. И это продолжается уже на протяжении 185 лет.

Ведущая: Да, и мы будем говорить сегодня об этом. Хочу начать вот с чего: сегодня к своему 185-летию Пермская краевая клиническая больница – это такой достаточно мощный комплекс с новейшим оборудованием, с высококвалифицированными кадрами. Вот с кадров-то и хотелось бы начать. И Вы, кстати, об этом только что сказали, когда благодарили за поздравление. Вот с одной стороны, врач – это профессия, так скажем, накопленного опыта и знания. А с другой стороны – прогресс постоянно движется вперёд и требует постоянного обучения. Вот с этой точки зрения, как совместить оперативность и желание обучаться молодости и опыт профессионалов? Вот позволяет ли такое объединение, такая синергия решать сложные задачи в области здравоохранения?

Анатолий Касатов: Ну безусловно, это не только моё убеждение, что врач должен учиться постоянно. А учиться учиться – этому тоже надо учить, простите за некоторую тавтологию. Нам просто очень повезло с учителями, нам очень повезло с тем, что с 21-го года краевая больница – это база сначала университета, потом – медицинского института, потом – медицинской академии (ныне – Пермского государственного медицинского университета имени академика Вагнера). На базе работает 9 кафедр. Мне посчастливилось, и очень многим сотрудникам больницы посчастливилось учиться у самого Евгения Антоновича Вагнера. Искренне полагаю, что нашей задачей является поддержать эти традиции, прежде всего в плане обучения и молодые доктора, которые работают у нас сейчас, учатся постоянно, проходят стажировки не потеряли интерес к работе. Это самое главное. Потому что без движения вперёд в плане самообразования не будет движения вперёд и всей больницы.

Ведущая: Если немножко в историю уйти, 185 лет: я так понимаю, что Пермская краевая клиническая больница – это одно из старейших или самое старейшее учреждение здравоохранения.

Анатолий Касатов: Знаете, на самом деле вся эта история началась в 1824 году, когда император Александр I возвращаясь из Сибири посетил губернский город Пермь. Посмотрев учреждения приюта общественного призрения – минздрав тогда так назывался краевой – сделал маленькое заключение, что больница ваша – сущая разруха, хотя и содержится в примерном состоянии. Именно тогда губернатором Пермской губернии был брошен клич к населению и за 9 лет собрали 437 тысяч рублей.

Ведущая: Это ведь огромная сумма, наверное, по тем временам.

Анатолий Касатов: Это огромная сумма по тем временам. Вот на эти деньги была построена первая в Пермской губернии тогда каменная больница двухэтажная. Это тот известный всем корпус со львами, где появилось потом ещё два этажа. И именно в честь визита императора больница изначально носила название «Александровская больница». А в этих двух этажах открылось всего 60 коек. При этом там было и стражное отделение для каторжан, было и отделение для душевнобольных: работал там 1 врач и 6 фельдшеров на эти 60 коек.

Ведущая: Ну и потом уже с течением времени, насколько я понимаю, от Пермской краевой клинической больницы многие направления просто «отпочковывались». Какие это направления?

Анатолий Касатов: Достаточно интересная история: первый скачок был сделан через 15 лет после открытия больницы: закрылся гарнизонный госпиталь. И из 60 коек коек стало 300. Но для гражданского населения было всего 60. А дальше больница начала двигаться вперёд. Достаточно уникальная, на самом деле, было учреждение: оно же было многопрофильным. Оно дало основу всем, по-сути дела, основным краевым учреждениям. 1875-й год: отделилась областная психиатрическая больница. Психиатрия в Пермской губернии начиналась здесь. 22-й год: институт вакцин и сывороток – НПО «Биомед». 36-й год: скорая помощь. 39-й: инфекционная больница, кожвендиспансер – 46-й. 51-й: онкодиспансер. 54-й: врачебно-физкультурный диспансер. И в 1999-м: институт сердца. Так начиналась Пермская кардиохирургия.

Ведущая: Смотрите, Вы сейчас по-сути дела те процессы, которые происходили, да, но ведь отделения определённых направлений здравоохранения в отдельные институты в отдельные учреждения... Сейчас, мне кажется, процесс некоторым образом продолжается, но отделяются уже непрофильные услуги. Если говорить об аутсорсинге, на Ваш взгляд, это благо для здравоохранения, когда, например, технические какие-либо службы отделяются, бухгалтерские, я не знаю, ещё какие-то… Либо же это просто вот такое необходимое веяние времени?

Анатолий Касатов: Это не веяние времени и не благо. Это всего лишь один из инструментов работы. В ряде случаев аутсорсинг необходим, но, безусловно, больница, наверное, не должна содержать тяжёлую технику для уборки снега, а убирать его лопатой, наверное, неэффективно. Аутсорсинг? Аутсорсинг. И масса вот таких обеспечивающих направлений. Но глубоко убеждён, что все функции, которые относятся к лечебному процессу, безусловно, на аутсорсинг надо передавать крайне аккуратно. Это либо ситуация, когда эту услугу, хотя не люблю термин «медицинские услуги», надо получить быстро, а создавать свою службу долго и достаточно дорого, или когда надо разовые какие-то исследования, которые тоже будут неэффективными, если мы будем крайне дорогостоящее оборудование. Поэтому как любыми инструментами надо пользоваться разумно и при этом условии он высокоэффективен.

Ведущая: То есть если говорить сегодня о медицинских услугах, я правильно понимаю, что пациент, попавший в Пермскую краевую клиническую больницу с каким-то там диагнозом и которому требуется какой-то дополнительное обследование, он может получить всё в рамках вашего учреждения?

Анатолий Касатов: Безусловно он получит любую услугу медицинскую, любую медицинскую помощь, которая есть в краевой клинической больнице. А если для каких-то исследований надо привлекать другие лечебные учреждения, больница сделает это сама, пациенту это заметно даже не будет.

Ведущая: Чего не хватает? Вы говорите, какие-то, допустим, услуги нужно привлекать. То есть я пытаюсь понять, насколько сегодня Пермская краевая клиническая больница, она – такое вот масштабное учреждение с масштабной технической базой. Не только квалифицированными сотрудниками и высококвалифицированными врачами, но именно с точки зрения технической.

Анатолий Касатов: Больница обеспечена практически всем. Возьмём, скажем, кардиохирургическую помощь:  если нужно исследование коронарных сосудов, наверное, эффективнее это сделают кардиохирурги, которые базируются как в Федеральном центре имени Суханова, так и в Пермском кардиодиспансере. А поскольку кардиодиспансер расположен на одной территории, больной просто переместится к этой установке с этажа на этаж. И все эти исследования будут выполнены. Нужен инфекционист на консилиум – инфекционная больница находится через дорогу. И на самом деле врач просто придёт к этому пациенту.

Ведущая: Если продолжать разговор о кадрах и вообще о профессии врача, насколько, на Ваш взгляд, сегодня профессия врача популярна? Конкурс в ВУЗ, насколько я знаю, достаточно высокий. Многие ли остаются сегодня после вузов в профессии? Потому что ещё какое-то время назад многие выпускники медакадемии, медуниверситета, они заканчивали и уходили, что, мне кажется, безумно было жаль, потому что учёба в медакадемии – это достаточно серьёзная и сложная штука, столько времени потратить и потом вот.. не быть востребованным.

Анатолий Касатов: Вопрос, на самом деле, крайне не простой, поскольку с момента окончания мединститута в 88-м году я практически постоянно работаю на кафедре, и студенты, интерны, ординаторы, аспиранты проходят меня перед глазами. Принимая участие в учебном процессе мы таким образом готовим сотрудников для больницы прежде всего. Могу отметить один положительный момент: студенты сейчас последние лет 5 появились с огоньком в глазах, им интересно. Молодым врачам интересно тоже. И это нормальный совершенно мотив: человек которому не всё равно, человек, который заинтересован в профессии, который готов потратить время на обучение – это тот человек, из которого получится хороший врач. Врачебная специальность ведь имеет свою особенность: учиться надо долго и учиться постоянно. Говорить о том, что у нас появился новый хороший врач мы можем, наверное, лет через 5 после окончания вуза. А эти 5 лет надо работать, пахать по-чёрному, продолжать учиться, при этом это система во всём мире. В любой зарубежной клинике резиденты, по-сути дела, а это аналоги наших ординаторов, это рабы. И именно это позволяет провести отбор тех, кто в дальнейшем в этой специальности будет честен, успешен и предан ей.

Ведущая: Сегодня, наверное, так же, как и во всём мире у нас появилась частная медицина. Скорее всего, я так думаю, она более высокооплачиваема. Приходится ли вам для Ваших студентов, для молодых врачей рассказывать о каких-то плюсах, например, Вашей Краевой клиники, то есть государственной по-сути дела, по сравнению, скажем, с какими-то частными структурами. Приходится ли вообще переманивать молодёжь?

Анатолий Касатов: Частная структура – это и не хорошо, и не плохо.

Ведущая: Это данность, да.

Анатолий Касатов: Это реалии современного времени, это есть за рубежом. Но я позволю себе привести простой совершенно пример из близкой мне специальности – хирургии. Во всех частных клиниках за рубежом работают ведущие специалисты. Только с утра они работают в государственном университете, где оперируют огромное количество пациентов, где занимаются педагогической работой и лишь по вечерам работают в частных клиниках, где могут свои навыки применить. Персонал частных клиник несколько отличается по уровню возможностей, профессиональной подготовки. Это общемировая практика. Поэтому есть две больших разницы. Ни одна частная клиника, ну за исключением клиники братьев Мэйо в Соединённых штатах, не может по потоку пациентов, по разнообразию тех заболеваний, которых приходится лечить, сравнить с крупной государственной клиникой. Поэтому, на мой взгляд, в государственной клинике, особенно специалистам занимающейся экстренной медицины, работать интереснее.

Ведущая: Это по-сути дела сейчас был месседж тем молодым врачам, которые только-только начинают работать в профессии, чтобы понимали где можно получить шикарный опыт, шикарные знания именно в таких государственных больших клиниках.

Анатолий Касатов: А если удаётся совмещать, ну дай то Бог.

Ведущая: Вы сказали, что на самом деле хороший профессионал высокого класса, он утром обычно преподаёт или работает в государственном учреждении, а вечер посвящает работе в частном. Но ведь это же огромнейшая человеческая нагрузка, при всём при том, что существуют ещё, мне кажется, эмоциональная серьёзная ответственность, ведь речь идёт о жизни людей. Какими качествами должен обладать человек, чтобы вообще остаться в этой профессии работать с таким напряжением?

Анатолий Касатов: Вы ведь ответили, Юлия, на свой вопрос, который задавали в первой части. Почему отнюдь не все, кто закончил медицинский институт, остаются в специальности? Специальность, на самом деле предъявляет достаточно высокие требования: это и в плане интенсивности работы, и в плане эмоциональной нагрузки, и в плане увлечённости своим делом, без этого тоже никуда. Если человек в какой-то момент понимает, что это не его, он, наверное, ищет проявление себя в какой-то другой сфере, более плановой. А частная или государственная – вы, наверное, согласитесь со мной, что всё зависит от конкретного человеку, поскольку достойные люди достойно относящиеся к тому, что они делают есть и там, и там. И искренне хотелось бы приложить максимум усилий, чтобы таких людей в специальности просто было больше.

Ведущая: В журналистике, например, говорят, что существует профессиональное выгорание, то есть человек, работающий постоянно на новостях выгорает. У врачей как часто происходит профессиональное выгорание?

Анатолий Касатов: Вы знаете, на самом деле никто этого не считал. Есть эти исследования, мы эти подсчёты не проводили. Ну относительно профессионального выгорания, понимаете, тут кто успешен, кто предан профессии вряд ли выгорает. Академику Лео Бокерия, имя которого знают все, 77 лет.

Ведущая: И он до сих пор ещё практикует.

Анатолий Касатов: Он оперирует, он руководит огромным центром. Это профессиональное выгорание? Нет. Академик Фёдор Григорьевич Углов – это старейший хирург России в 101 год выполнивший операцию в век отнюдь не выгорел. Поэтому, на мой взгляд, селекция происходит на самом старте, а дальше многое зависит от человека. Глубоко уверен, что большинство людей, которым интересна эта работа, которые честно к ней относятся, выгореть не должны. А наша задача, системы здравоохранения и всего общества, помочь им от этих рисков выгорания избавиться.

Ведущая: Насколько я знаю, Вы тоже практикующий хирург. Вот Ваши личные практики.. Как распределяется Ваше время? Сколько времени Вы находитесь в операционной, сколько времени руководите учреждением, сколько времени преподаёте?

Анатолий Касатов: Вы знаете, никогда не считал и никогда не делил. По потребности. Безусловно, достаточно сложно это сочетать, поэтому порой в операционную я хожу не столько когда мне интересно, а столько когда это крайне тяжело больные и необходима реально моя помощь. Но я до сих пор не потерял страсти, если можно так сказать, к професси. В операционной я получаю истинное удовольствие от того, что делаю то дело, которое умею и отчасти от административной работы можно отдохнуть. Более того, результаты труда, как правило, в хирургии видны сразу же, что, безусловно, приятно.

Ведущая: То есть у Вас такой: смена одной формы деятельности на другую. Получается, как Вы говорите, отдых..

Анатолий Касатов: Но преподавательская деятельность, я считаю, это абсолютно необходимое для собственного образования прежде всего. Потому что хочешь не хочешь, но чтобы качественно учить подрастающее поколение достаточно много надо читать самому,  быть в курсе последних изменений в медицине. Так что тоже не без пользы личной всё это.

Ведущая: Если говорить о системе здравоохранения, которая сегодня существует, в том числе, в Пермском крае. Она построена таким образом, что больницы, учреждения здравоохранения, поликлиники, которые находятся в центре, как правило, лучше оснащены и технически, и кадрово. А вот что касается глубинки и периферии, там явный такой, наверное, недостаток и врачей, и техники, и так далее. Это огромный, наверное, минус в первую очередь для тех, кто живёт где-то далеко от хороших больниц. И понятно, что, наверное, нельзя в каждый маленький населённый пункт хорошую больницу с хорошим оборудованием поставить. Каким образом с этой проблемой можно бороться сегодня, на Ваш взгляд?

Анатолий Касатов: Государство делает достаточно много для решения этой проблемы. Это называется доступностью медицинской помощи. Есть проблемы и с кадрами в первичном звене, в поликлиниках, и вы видите проект «Новая поликлиника», когда время ожидания сократилось в пять раз в тех поликлиниках, которые вступили в это дело. Это и подготовка кадров на селе. Мы ведь ушли от системы распределения, которая была в социалистическом обществе.

Ведущая: Это, кстати, хорошо или плохо на Ваш взгляд.

Анатолий Касатов: Знаете, по-моему, к глубочайшему убеждению это плохо. Потому что это позволяло, во-первых, молодёжь направить на село и там появлялись врачи. Во-вторых, это мотивировало их, потому что по результатам их труда за эти три года отработки определялась их дальнейшая судьба. Но есть реальные нынешние во времени, поэтому готовятся кадры. Но относительно оборудования и всего остального, вы понимаете, если хирург делает 300 операций в год однотипных, он безусловно из делает лучше, чем если он с таким пациентом сталкивается один раз в 5 лет. Поэтому общая задача системы чтоб пациент быстро попал в то место, где ему окажут медицинскую помощь на современном уровне. И если 30 лет назад в хирургии всё определялось лишь руками врача – одинаковые нитки, одинаковые инструменты –, то сейчас медицина стала настолько технологичной и настолько дорогостоящей, что использование этого оборудования-инструмента требует настолько узкоспециальных знаний, что эта тенденция сейчас во всём мире. Пациенты направляются именно в те центры, потому что трёхуровневая система оказания помощи на том и построена. Задача поликлиники – выявить заболевание, задача межрайонных центров – уточнить диагноз, а задача крупных больниц – качественно на современном уровне оказать помощь. Вот именно к этому мы и идём и именно в этом залог успеха в оказании своевременной помощи всем жителям Пермского края.

Ведущая: При этом мы понимаем, что сейчас появились такие форматы, как выездная поликлиника. Какую роль они несут? Что они должны делать? Что это за выездные поликлиники? Плюс ещё появились консультации посредствам сети Интернет…

Анатолий Касатов: Не только появились. Не хочу говорить, что всё новое – хорошо забытое старое, это не так, но история точно развивается по спирали. Формат выездной поликлиники существовал ещё в 50-е годах, когда бригада врачей тогда областной больницы на теплоходиках, на машинах попадала в самое отдалённые уголки Пермского края. Край – уникальная территория, огромная. Плотность населения, особенно на севере, низкая. Невозможно в этих отдалённых населённых пунктах держать многопрофильную больницу. Для того, чтоб пациенты, особенно маломобильные, пожилые, не добирались в краевой центр каждый раз, врачи двигались им навстречу. В 2015 году мы эту работу возобновили, но теперь они возят с собой мобильное оборудование и на самом деле преследуют три цели: первая – они оказывают ту медицинскую помощь, прежде всего, узкие специалисты, которой там нет, которой не хватает. Второй момент: они консультируют не только пациентов, но и своих коллег, это некий непрерывный процесс обучения по принципу «делай как я», и рядом с нашим врачом сидит врач из районной больницы и тоже учится. И третье: они отбирают среди тех пациентов тех, кого невозможно лечить на месте и помогают всячески быстро им попасть в то место, где квалифицированную помощь им окажут. За 2 года 35 000 пациентов на севере края осмотрены этими врачебными бригадами. Прошлым летом мы приезжали в посёлок Усть-Чёрное: 400 жителей, самый север Гайнского района, 300 из них посмотрела бригада врачей краевой больницы за день. И что особо ценно, это не только краевая больница: в формате выездной поликлиники работает краевая детская, кардиодиспансер, онкодиспансер, тубдиспансер. Это не только наша больница, это все крупные учреждения впринципе работают в таком формате. Это позволяет помочь населению тогда, когда мы ещё не успели подготовить достаточное количество врачей для отдалённых территорий.

Ведущая: Как Вы относитесь к консультированию посредством сети Интернет? Насколько я знаю, такие вещи практикуются… Я не врач, мне сложно судить, но у меня нет доверия к этому.

Анатолий Касатов: На самом деле телемедицина, как она называется, она же не от слова телевизор. Простите, телескоп и телепортация имеют тот же корень. Теле – расстояние. Это консультативная помощь на расстоянии. Она, простите, существовала с 35-го года, когда открылось отделение санавиации, оно сейчас называется экстренная плановая консультативная помощь. И каким образом проконсультируется врач с врачом, по телефону ли, по телеграфу ли тогда… А современные технологи позволяют быстро перекинуть по закрытым каналам связи данные анализов, компьютерные томограммы, рентгенограммы, данные ультразвуковых исследований и по-сути дела терминал находится в районе, а анализирует это дело помимо того специалиста тот доктор, который имеет максимальный опыт. Это позволяет быстро принять решение и оказать необходимую помощь. А форматы могут быть разные. Специалист санавиации с мобильным оборудованием может уехать в районную больницу нетранспортабельному больному и прооперировать его там, вертолёт санавиации может забрать пациента незамедлительно в город Пермь в профильное лечебное учреждение. Поэтому я полагаю, что эта дистанционная консультативная помощь на современном уровне. Всё начиналось с телефонных разговоров, которые никто не отменил, но возможность электронных коммуникаций сейчас больше. И когда доктору надо посоветоваться из отдалённого района с более опытным коллегой, вот телемедицинские консультации позволяют избежать направление пациента за 300 километров только для того, чтоб его проконсультировали. Это не подмена, но это нормальное современное дополнение к оказанию этой помощи.

Ведущая: Сегодня специалисты Краевой больницы проводят достаточно уникальные операции. Например, недавний случай, когда пациенту была пришита кисть. Я покопалась в Интернете be видела, что, оказывается, врачей Краевой клинической больницы такую операцию проводили в 1986 году, да? Там мальчику пришивали оторванную ногу. Какие уникальные на сегодняшний день операции может позволить себе проводить Краевая клиническая больница и это скорее исключение, всё в таком очень плотном, быстром режиме делается, либо это такое правило подтверждающее высокую квалификацию ваших сотрудников.

Анатолий Касатов: Всегда надо развиваться. Появление новых операций – это следующий этап развития. Смотрите, два года назад мы сделали первую самостоятельную трансплантацию почки. Начинали совместно с сотрудниками центрального НИИ травматологии. В этом году уже сделана десятая. А всего в Пермском крае 76 человек с пересаженной почкой. По-сути дела, уже достаточно большое количество оперированных пермскими врачами. Это лишь один пример. Каждый год появляется что-то новое. Например, в этом году мы впервые в Пермском крае сделали операцию по удалению лёгкого полностью эндоскопически. Впервые в Пермском крае начали делать операции по удалению пищевода и его протезированию из желудка тоже эндоскопически без каких-то разрезов. И это не просто, для того чтоб это внедрить врачи прошли обучение в Москве, Бельгии, Франции, Китае. Это планомерный постоянный процесс, но он даёт результаты. При должной подготовке качество оказывается как и в федеральных центрах. Впервые в Пермском крае в 18-м году выносила беременность и родила пациентка в течении 10 лет находящаяся на гемодиализа, то есть присоединённая к аппарату искусственной почке. Раньше это проводилось только в акушерском центре имени Кулакова в Москве. А это делается у нас и это результат создания нефрологического центра в краевой больнице. В акушерстве внедрены технологии с участием сосудистых хирургов, когда при высоком риске кровотечения при кесаревом сечении в матке полностью временно прекращается кровоток. Кровопотеря при этих операциях раньше составляла до пяти литров, сейчас – 300-400 миллилитров. И это тоже делали раньше только в федеральных центрах. В этом году онкологии впервые сделали при гигантской опухоли печени у пациентки, которая прорастала  диафрагмой половину лёгкого и одномоментно было удалено лёгкое, часть лёгкого, диафрагма, половина печени, восстановлены все эти ткани, спротезирована диафрагма. Видел пациенту месяц назад, это радикальная операция, она прекрасно себя чувствует. Помимо этих вещей, у нас ведь коллективный труд. Пример с реплантацией кисти – он не столько показатель индивидуального мастерства врачей, сколько показатель умения командной работы: вовремя собраться и использовать все навыки, возможности больницы под конкретную задачу, ведь эту кисть привезли двадцать второго сентября в день столетия Евгения Антоновича, который и выполнил ту реплантацию ноги Диме Климову в 86-м году. И за шесть часов реплантирована кисть, человек не стал инвалидом, это замечатлеьно. Через две недели случай появился, появился ещё один пациент, опять справились, опять ночью. Буквально три месяца назад скорая помощь нам привезла молодого 34-летнего пациента с полным поперечным разрывом аорты, это самый крупный сосуд. Летальность при этой травме – 93%. Честь и хвала скорой помощи, которые успели его довезти, честь и хвала дежурной бригады больницы, которая успела поставить диагноз. Безусловно, это высокое мастерство хирургов, которые выполняли операцию. Через полтора месяца пациент своими ногами ушёл из больницы, у него двое маленьких детей, жена. Это счастье и для врачей, и для него. И это происходит не только в больнице: svc вами немножко затронули тему санавиации. Я говорил, что специалисты выезжают на крайне тяжёлые случаи. Все, наверное, помнят, в прессе это было, что под Карагаем было тяжелейшее ДТП, достаточно молодая женщина на 37-й неделе беременности, это уже поздний срок, попала в ДТП. Там тяжелейшая травма груди, живота, конечностей. Туда одновременно улетели торакальный хирург, общий хирург, травматолог, акушер-гинеколог, плюс неонатальная бригада, это реанимация новорожденных из Краевой детской больницы. Женщину прооперировали травматологи, общие хирурги, акушеры сделали кесарево сечение, детская реанимация…

Ведущая: То есть это была такая огромнейшая работа совместная…

Анатолий Касатов: Да. Детская реанимация забрала ребёнка в краевую детскую больницу. Пациентку после стабилизации через 5 часов после операции реанимобиль доставил в краевую, а через два месяца мама здоровая и ходящая на своих ногах впервые увидела своего новорожденного ребёнка, которого к этому времени выписали из краевой детской. Ради таких вещей, наверное, стоит работать.

Ведущая: Да, замечательная история. Анатолий Владимирович, остаётся совсем немного времени, поэтому хочу всё-таки Вас спросить о планах. Как Вы видите дальнейшее развитие? Я не знаю, что, может, хотите развивать: какие направления, какие у Вас мысли? Наверняка Вы вместе с сотрудниками, Вашими коллегами это обговариваете, потому что 185 лет – это, конечно, огромная дата, но есть дальше куда развиваться, наверное.

Анатолий Касатов: Безусловно, первое и основное – я полагаю, что эти 185 лет больница всё-таки была на пике современных достижений медицины. Наша общая задача – сделать так, чтоб в стенах этой больницы люди получали самую современную и самую качественную помощь. Направлений много: 31 только стационарное отделение, перечислять долго. Я хочу, чтоб любой профиль медицинской специальности развивался и соответствовал современным тенденциям. Что-то получается, что-то ещё надо подтягивать, где-то мы, может быть, даже чуть-чуть впереди наших коллег в России. Это, наверное, основное. Динамично, всем вместе двигаться вперёд для того, чтоб получать нормальный совершенно результат. Я ещё раз повторяю простую совершенно мысль: современная медицина – это не индивидуальный труд, это огромный ежедневный самоотверженный труд любого коллектива. Мне бы искренне хотелось, чтоб весь этот коллектив двигался вперёд, развивался, приносил реальную помощь людям, которых он лечат.э

Ведущая: Спасибо огромное, присоединяюсь к Вашим словам. Ещё раз поздравляю со 185-летием весь замечательный коллектив больницы. Здоровья, наверное, нужно докторам обязательно пожелать, в том числе потому что труд очень нелёгкий. напряжённый.

Ведущая: Юлия Хлобыст 

Слушайте радио «Эхо Москвы — Пермь» на 91,2 FM или онлайн на нашем сайте.

Обсуждение
399
0
В соответствии с требованиями российского законодательства, мы не публикуем комментарии, содержащие ненормативную лексику, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Недопустима публикация комментариев: содержащих оскорбления участников диалога или третьих лиц; разжигающих межнациональную, религиозную или иную рознь; призывающие к совершению противоправных действий; не имеющих отношения к публикации; содержащих информацию рекламного характера.