Верхний баннер
19:01 | ПОНЕДЕЛЬНИК | 22 АПРЕЛЯ 2019

$ 63.79 € 71.72

Сетка вещания

??лее ????ов??ое ве??ние

Список программ
12+

отдел продаж:

214-47-70


Программы / Дети ждут

16.08.2011 | 21:43
Проблемы детей-инвалидов
Теги: дети

Ведущий: Добрый день, дамы и господа. В студии ведущая Нина Соловей. За пультом звукорежиссера Сергей Слободин. Ну, вот из своего отпуска возвращается программа «Дети ждут». Программа, посвященная ребятам, которые попали по тем или иным причинам в сложную ситуацию. И посвящена она не только детям-сиротам. Посвящена она и детям, которые по ряду причин стали считаться детьми с ограниченными возможностями, детям-инвалидам. Сегодня наша программа выходит под рубрикой «Хорошее дело». Как правило, под этой рубрикой мы говорим о событиях, о историях, связанных либо с благотворительностью, либо с инициативами людей, направленных на то, чтобы детям, которые ждут помощи, детям, которые ждут того, чтобы жить дальше и быть вместе с другими детьми. Вот об этих инициативах мы говорим. Ну, и сразу перехожу к теме нашего разговора. Нуждаются ли люди с ограниченными возможностями в отдельном поселении, и на какой стадии находится проект реализации деревни «Светлая», деревня, предназначенная для людей с ограниченными физическими возможностями и вообще с ограниченными возможностями здоровья, мы об этом сегодня поговорим. Наш гость - директор благотворительного фонда социальная деревня «Светлая» Светлана Калина.

 


Светлана Калина: Здравствуйте.

 


Ведущий: И Юлия Карелина, председатель общества помощи аутичным детям.

Здравствуйте.

 


Юлия Карелина: Здравствуйте.

 


Ведущий: О том, что существует такая инициатива, такая идея, как создание некого поселения для людей, попавших в ситуацию, когда их возможности ограничены, ну, грубо говоря, инвалиды, речь об этом идет уже давно. И, как мы сейчас выяснили за эфиром, порядка трех лет уже хотя бы официально эта идея существует. Но кто-то ее поддерживает, кто-то считает, ну, вот я, в частности, знаю, есть люди, которые являются инвалидами, которые категорически против подобной идеи. Но, тем не менее, она развивается. Это не в зачаточном состоянии, насколько я понимаю. Светлана, конечно, первый вопрос к вам. Сегодня это все еще на уровне сайта, все еще на уровне идеи, все еще на уровне поддерживающих эту идею, каких-то проектов, либо уже есть какие-то реальные подвижки к тому, что возникнет эта деревня?

 


С.К.: Сам по себе проект, он, действительно, очень сложный. Он сложный и в плане реализации, и в эмоциональном плане достаточно сложный. Понятно, что мы делаем все возможное, чтобы эта идея на территории Пермского края была реализована. В частности, у нас достаточно хорошие подвижки произошли в прошлом году, когда мы проводили благотворительный марафон. Мы начали выводить проект на федеральный уровень. Нас поддержал Паралимпийский Комитет Российской Федерации, некоторые деятели науки, культуры, искусства. В прошлом году у нас были определенные договоренности с главой Пермского района по поводу выделения земельного участка. Но основная проблема, которая сегодня, наверно, лежит, это финансовый вопрос. Потому что для того, чтобы приобрести землю, это может нам муниципалитет сделать только на общих основаниях. Согласно земельного кодекса, то есть, мы можем взять либо в аренду, либо приобрести в собственность. Ну, опять же, это финансовые вложения. Но, тем не менее, я говорю, что мы не опускаем руки. Если в прошлом году мы реализовали вот этот благотворительный марафон, основная цель которого была собрать средства. Пусть мы средства не собрали, но мы, я считаю, что очень можно продвинули эту идею. В этом году мы начали реализовывать проект в рамках городского конкурса «Семейная гостиная». Это как раз вот та мини-модель нашей деревни, которая будет в дальнейшем. То есть, как раз этот проект нацелен на то, чтобы семьи сплотились, начали обмениваться информацией, начали помогать друг другу, и вот эту идею создания деревни двигали в жизнь.

 


Ведущий: Скажите, пожалуйста, вот за эти три года существования идеи, расширилось ли то число людей, поддерживающих? Я имею в виду и среди самих инвалидов. То есть мы же говорим о создании некого мини-городка, то, чего нет в городе, где есть нормальные места, где могут люди проехать на колясках, где своя среда, где те же рабочие места для людей-инвалидов. Вот люди сами инвалиды, они как относятся к этому?

 


С.К.: Ну, вы знаете, здесь зависит все от того, какая степень ограничения у них. То есть наш проект нацелен в основном на людей с ментальными нарушениями. То есть основная идея фонда – создать альтернативу психоневрологическим интернатам. Понятно, что если у человека сохранен интеллект, но при этом у него есть какие-то физические ограничения, понятно, что он не хочет поехать в это поселение. Для таких людей должны в городе быть созданы все условия, должна соответствующая быть инфраструктура. Мы же говорим как раз о людях с ментальным нарушением, которые в силу своих особенностей, они не могут проживать самостоятельно.

 


Ведущий: То есть это не столько физические, ну, я имею в виду не руки, ноги, да?

 


С.К.: Да, конечно, это ментальные нарушения. То есть к ним относятся аутисты, олигофрены, Дауны.

 


Ведущий: Но в таком случае тогда поддержка или не поддержка этого проекта, когда мы говорим о детях, она больше лежит на родителях. А родители готовы к тому, чтобы вот так несколько отсоединяться от среды?

 


С.К.: Ну, вы знаете, очень много желающих почему-то возникло как раз из других регионов. То есть звонят, спрашивают – где у вас находится та деревня, могли бы мы к вам туда приехать?

 


Ведущий: Есть ли какие-то аналоги вообще в мире создания подобных вот?... Откуда это родилось?

 


С.К.: Вы знаете, вообще вот большой опыт заграничный имеется как раз в создании аналогичных поселений, центров дневного пребывания, ремесленных мастерских. А вот у нас на территории нашего Пермского края, если о нем говорить, то за исключением психоневрологических интернатов, к сожалению, больше ничего нет. Аналогичные проекты реализованы в той или иной степени на территории России тоже. В частности, в Иркутской области, в Ленинградской области есть деревни «Светлана», где вот как раз проживают люди с ментальными нарушениями. То есть там, действительно, созданы для них условия для проживания, полноценного проживания, и социального, и профессионального будущего. То есть наша идея как раз вот… если пока ребенок маленький, с ним находятся родители. Для него более менее созданы образовательные учреждения, где он может получить образование.

 


Ведущий: Где закрываются, сразу глубоко вздохнула Юлия.

 


С.К.: Но, тем не менее, это хоть есть. А вот когда уже человек взрослеет, то, к сожалению, мы, родители, не вечны, и очень волнует вопрос, что же будет дальше? Вот я, допустим, вовсе не хочу, чтобы мой ребенок находился в интернате психоневрологическом. Мне хочется, действительно, чтобы созданы были все условия для и комфортного, в том числе, проживания, и для его профессионального будущего.

 


Ведущий: Ну, вот мы к условиям вернемся чуть-чуть попозже. У меня вопрос к вам, Юлия. Вы занимаетесь помощью детям, которые страдают… конкретное заболевание – аутизм. Насколько велико вообще в Пермском крае количество этих детей? И в какой помощи они нуждаются?

 


Ю.К.: Ну, на данный момент у нас вот общество насчитывает около 100 семей. Это по всему краю. И их количество ежегодно растет. То есть вот, когда мы общество создавали в 2001-м году, мы объединили возле себя 8 семей. А сейчас, представьте, уже сто. И уже ежемесячно две-три семьи это прибывает постоянно.

 


Ведущий: Медицина как-то объясняет этот рост?

 


Ю.К.: Ну, медицина пока в нашем случае, она бессильна. В основном нам помощь должна оказывать это все-таки школа, образовательное учреждение. Ни медицина, ни лекарства, и ничего такое подобное просто ??????? (неразборчиво). Они могут ну, заглушить, сделать ребенка такого податливым, спокойным. Но помочь, излечить ?????? (неразборчиво) они бессильны.

 


Ведущий: Но это заболевание, которое, по сути, не лечится, и это на всю жизнь уже?

 


Ю.К.: Да. Единственное, что можно достичь, это хорошей адаптации к жизни. И он может, если с ним с раннего возраста заниматься, лет с двух, с трех, и он уже к взрослому такому состоянию… ну, будет просто человек немножко со странностями, но он может жить, он вольется в социум, он будет такой, как все. Ну, чуть-чуть отличаться. А если им не заниматься, да, его будущее – только психоневрологический интернат. Где они, чтобы там как вот не мучаться с этим взрослым, который беспокойный, у которого неадекватное поведение. Ну, там они будут отправлять либо на «банку», либо лечить еще где-то. В итоге, если постоянно лечить сильными нейролептиками, это садится печень, почки. И, как правило, пять-шесть лет, человек превращается в растение.

 


Ведущий: А те дети, которые страдают таким заболеванием, если они развиваются, и растут, и ходят в обычную школу, в обычный двор, общаются с обычными детьми, насколько их велик шанс, ну, хотя бы адекватно дальше жить, нежели они будут жить в деревне в отдельной с такими же детьми?

 


Ю.К.: Вот понимаете, в чем тут соль? Если образование будет, еще раз я повторюсь, с двух лет с ними заниматься, тогда ни социальная деревня «Светлая», ни психоневрологические интернаты, они просто не понадобятся. Потому что, если говорить, опять же, на западные технологии смотреть, то до 40 процентов они возвращают к обычной жизни. А адаптация к быту - 99 процентов. Это все. Это человек может сам жить, сам себя обслуживать, жить в своей квартире. Но у нас этого, к сожалению, нет

 


Ведущий: Да. Когда закрываются школы, то, в основном, власть, что говорит? Что недобор в этой школе, или это невыгодно, или… с чем… либо педсостав…

 


Ю.К.: Они говорят, что здания нет, условий нет. Сами знаете, здания либо проданы, либо отданы в аренду. А дети-инвалиды, они просто, знаете, по остаточному принципу. На тебе боже, что нам не гоже. И поэтому нас поселили четыре года назад в здание, где заведомо нельзя получать лицензию. В итоге Роспотребнадзор сейчас не дает разрешение, и по суду, не дав нам доучиться две недели, просто выгнали нас на улицу. И вот сегодня 16 августа ведь почти 100 детей не знают, куда пойдут.

 


Ведущий: Либо будут сидеть дома.

 


Ю.К.: Да. Вот у них будущее такое. Это значит, если ими сейчас не будут заниматься, да, это контингент в психоневрологический интернат. Особенно я про ментальников говорю. Куда им деваться? Никто ими не занимается, они никому не нужны. И мало того, что приходили из агентства по управлению государственными учреждениями. И говорят – ищите учреждение сами. Это ваша забота, идите, где вы будете учиться. Это не только наша проблема, но и ваша. Здравствуйте. Мы уже забыли и про конституцию, и про закон об образовании. Понимаете, мы не просим там заоблачно, знаете, создайте такие райские условия. Но хотя бы дайте то, что нам положено по закону. Мы этого не можем получить.

 


Ведущий: Тогда есть ли вообще шанс у такой социальной деревни? В результате осуществится, если происходят, ну, довольно неприятные истории? Просто даже вот есть школа.

 


Ю.К.: Ну, тут на государство надеяться не надо. Тут, понимаете, если вот родители сами это осознают, что они даже вот сейчас, они живы и здоровы, они не могут отстоять права своих детей…

 


Ведущий: То что будет с их детьми?

 


Ю.К.: Да, что будет дальше-то? Надо вот думать уже сейчас. Надеяться на кого-то, на опекуна, или еще кого-то? Это бесполезно. Только мы можем сами вот, родители друг другу помочь. Вот сегодня я вот в этой социальной деревне слежу за чьими-то детьми, пока я жива. А придет ведь следующее поколение. Случится с ними то же самое. То есть это только взаимопомощь.

 


Ведущий: И только родители.

 


Ю.К.: Да, да. И добрые люди, кто вот отзывчивый, кто может помочь. Вы знаете, всегда же в России каждый даст по рублю, это уже определенное количество.

 


Ведущий: Но вот возвращаясь как раз к этой самой помощи. Идея о создании социальной деревни, если я правильно понимаю, она послужила толчком к созданию благотворительного фонда.

 


С.К.: Да, конечно.

 


Ведущий: И часть работы этого фонда сводится как раз к помощи аутичным детям. Какие мероприятия вы проводите? Как работает этот фонд?

 


С.К.: Сегодня, в настоящий момент мы реализуем проект, я уже о нем говорила, это «Семейная гостиная». Вот в летнее время мы в основном проводим досуговые мероприятия как раз для того, чтобы семьи, имеющие детей и с ментальными нарушениями, в том числе, и с физическими, приходили…

 


Ведущий: Чтоб не закрывались в своем мире?

 


С.К.: Конечно, конечно. А вот с сентября месяца на базе городского психологического центра мы будем уже проводить занятия непосредственно. Это работа и творческой мастерской, это тренинги, семинары для родителей.

 


Ведущий: Что касается благотворительного фонда. Какие мероприятия, кроме этой гостиной, вы проводите, и как вы привлекаете людей? Потому что повторюсь, опять же, когда благотворительный фонд собирает средства, например, на лечение ребенка, больного раком, либо на лечение какой-то срочной операции, которая поможет ребенку, либо на детские дома, и так далее, то есть, помощь детям сиротам, эта история всем понятна. Здесь вот вы даже сказали такое, для меня это в первый раз прозвучало, дети с ментальным нарушением. Как вам и насколько удается привлечь внимание вот к этой проблеме, что есть еще какие-то дети, нуждающиеся также в помощи?

 


С.К.: Да, действительно, люди очень легко откликаются, если помощь нужна какому-то конкретному человеку, нежели на строительство какого-то непонятного поселения. Понятно, что мы работаем и как с физическими лицами, так и с юридическими. Люди очень легко откликаются, если мы проводим какие-то мероприятии, там необходима какая-то минимальная финансовая помощь. Кроме этого к нам обращаются непосредственно семьи, имеющие таких детей в решении того или иного какого-то вопроса. В данном случае мы тоже им помогаем.

 


Ведущий: Ну, вот смотрите, семьи, которые, к сожалению, волею судьбы оказались в таком положении, что у них ребенок болен. Они ведь и так, поправьте, если я ошибаюсь, они и так уже попадают и в материальную тяжелую зависимость, да. То есть лекарства. Нужно всю жизнь поддерживать этого ребенка. С другой стороны, ну, встав на место циничного человека, можно полагать, ну, это не моя проблема, это проблема этих родителей. Что ж я буду давать средства, свои деньги, свои кровные на то, чтобы они потом там жили в какой-то деревне, в домах, в коттеджах, и так далее, и так далее? Мне сегодня кажется, вот эта идея красивая, да, интересная, но малореализуемой с точки зрения реальности.

 


С.К.: Ну, вы знаете, я считаю, что дорогу осилит идущий.

 


Ведущий: Ну, это правда.

 


С.К.: Поэтому мы в прошлом, и в позапрошлом году делали эти попытки. Мы будем продолжать это делать до тех пор, пока у нас эта идея не будет реализована. Понятно, что в первую очередь откликаются именно те люди, которые коснулись этой проблемы. Вот у родственников, может, есть…

 


Ведущий: Да, да, да.

 


С.К.: …у знакомых. Поэтому эти люди очень легко откликаются. Но в данном случае я не соглашусь с Юлией Валентиновной. Я считаю, что государство непосредственно должно участвовать вот в реализации именно вот этого проекта.

 


Ведущий: Нет, я думаю, что она поддерживает. Просто это тут в сердцах.

 


С.К.: Да, что не только родители. Я считаю, что инициатива должна идти со всех сторон как снизу от родителей, поскольку это их в первую очередь волнует, так и от государства, потому что оно заинтересовано…

 


Ведущий: Это тоже дети нашей страны.

 


С.К.: Конечно. Оно заинтересовано, чтобы все дети были счастливы.

 


Ведущий: 261-88-67 – телефон нашей студии. Эфирное ICQ 404582017. Звоните и пишите. Но если у вас есть возможность, дорогие радиослушатели, вот мой вам простой вопрос. Что бы вы посоветовали этим инициаторам? Какие возможны ходы, чтобы эта деревня, наконец, возникла? Понятно, что осаждать кабинеты и только говорить, и призывать к разуму и к совести власть, это малодейственно. Может быть, еще какие-то проекты реализовать. Михаил нам пишет: «Я советую обратиться к бизнесменам. Возможно, они помогут. Лучше к строителям. Может, какой-то бизнес-план». Ну, да, сегодня ведь говорят о том, что - а что мы с этого будем иметь? Может, какой-то бизнес-план. Ну, а один из важных, ну, на мой взгляд, критериев - это то, что могут возникнуть новые рабочие места.

 


С.К.: Безусловно. То есть у нас как раз проект ориентирован на создание социального и профессионального будущего. Чтобы люди с ментальным нарушение могли в меру своих особенностей обеспечивать себя минимально. Чтоб они чувствовали себя нужными обществу.

 


Ведущий: И, кроме того, что сами эти жители этой деревни будут, в общем-то, работать, но есть ведь еще, ну, так называемый, обслуживающий персонал. Вот я хотела спросить вас, Юлия, как у нас обстоит дело именно с педагогами? Потому что, одно дело, когда нет помещения для этой школы. А есть ли хороший штат квалифицированных педагогов, умеющих преподавать и работать вот с такими людьми?

 


Ю.К.: Ну вот, начиная с 2004-го года, когда мы открыли вот в этой школе отделение для детей с аутизмом, конечно, педагогов мы подготовили, ну, нельзя сказать, что это много или мало, но они есть. Мы приглашали специалистов… четыре раза Морозова из Москвы, учили специалистов. И нынче министерство образования пошло нам навстречу, и проучили специалистов края по работе с такими детьми. За что, конечно, им большое спасибо. То есть они откликнулись, в общем, на нашу проблему. И специалистов по ??????? (неразборчиво), и просто специалистов края обучили работать с такими детьми.

 


Ведущий: Ну, лишь бы не случилось так, что эти специалисты останутся без работы, и. в том числе, потеряют и квалификацию.

 


Ю.К.: Да. Это и чревато. И, конечно, всегда существует такой риск. Вот этих специалистов, которых мы учили, многократно, допустим, у Морозова, многие сейчас из них открыли свои школы, досуговые всякие центры. И, в общем-то, на нас же и зарабатывают. Это, знаете, на совести уже, получается, каждого. Ну, как есть, так и есть. И поэтому даже вот, допустим, найти спонсорскую помощь на обучение специалистов, это очень сложно. Потому что, ну, так и говорят – вот вы проучите, а они уйдут. Это, действительно, риск есть. То есть вот такие риски, в общем-то, я тоже считаю, что должно брать государство на себя, а не мы вот, как родители, должны готовить этих специалистов.

 


Ведущий: Ну конечно.

 


Ю.К.: А получается вот до последнего времени, до июня, только мы, как общество, готовили этих специалистов. То есть не государство, вообще их и нет. На самом деле вузы и не выпускают специалистов по аутизму.

 


Ведущий: Слишком узкая специальность, да?

 


Ю.К.: Да, я считаю, что их на самом деле мало, хотя уже многие страны и у нас в России заверяют, что уже эпидемия.

 


Ведущий: Но вот Данил считает, что только при помощи государства вы сможете реализовать эту идею, только надеяться на хорошую власть. Но это в идеале.

 


С.К.: Я считаю, что только общими усилиями сможем реализовать этот проект. Я просто хотела дополнить еще Юлию Валентиновну по поводу того, что в мае месяце наши коллеги побывали в Америке, и специально посетили Бристонский институт развития ребенка, где как раз работают с людьми с ментальными нарушениями, готовят их для работы, создают условия для профессионального будущего. И у нас возникла идея сформировать делегацию от Пермского края в составе представителей департамента образования, специалистов, которые работают с этой категорией, и съездить туда, чтобы посмотреть их опыт, перенять, и потом то же самое транслировать здесь в крае.

 


Ведущий: Ну, дай бог, чтобы это случилось. Хотя поездка тоже может быть довольно…

 


С.К.: Ну, я очень добьюсь, что это случится. И думаю, что где-то в конце сентября - начале октября этого года.

 


Ведущий: Михаил спрашивает, другой уже Михаил спрашивает: «Обсчитывали ли вы эту деревню? Сколько она может примерно стоить?»

 


С.К.: Да, конечно. В рамках опять же благотворительного марафона, который мы проводили в прошлом году, мы почти доработали концепцию, составили бизнес-план, и по цифрам прошлого года она у вас вышла на 246 миллионов рублей.

 


Ведущий: Тогда?

 


С.К.: Да. То есть год назад.

 


Ведущий: Скажите, пожалуйста, вы говорили в самом начале о том, что для ребенка, ну, и не только для ребенка, и для взрослого, должны быть созданы соответствующие условия. Какие это условия? То есть я примерно понимаю, какие должны быть созданы условия для человека, который, к примеру, на коляске передвигается. А что должно быть кроме того, что… педагоги особенные, да. Что еще должно быть?

 


С.К.: Ну, во-первых, среда. Очень сложно люди воспринимают людей с ментальными нарушениями. То есть одно дело, когда ребенок маленький капризничает, другое дело, когда подросток или взрослый человек ведет себя неадекватно в обществе. Может кусаться, кричать. Поэтому для того, чтобы отказаться вот, допустим, от идеи создания подобных деревень, нужно чтобы общество само было подготовлено, чтобы оно принимало таких людей, чтобы такие люди могли находиться рядом.

 


Ведущий: Но общество ведь никогда не будет принимать. То есть у людей существует страх элементарный. Идет человек, к примеру. Я же не знаю, что он болен. Я ж могу воспринимать это исключительно, как какая-то внезапная агрессия, еще что-то.

 


С.К.: Я считаю, просто людей нужно готовить, и готовить с самого раннего возраста, начиная, мне кажется, даже с детского сада. Потому что дети видят, как взрослые относятся к таким людям.

 


Ведущий: Да, да, да.

 


С.К.: Соответственно, они транслируют свое поведение и дальше. Поэтому, я говорю, для того, чтобы изменить отношение в обществе, мне кажется, должно пройти не один десяток лет. Но, тем не менее, это нужно делать. Почему, допустим, в той же самой Америке, куда ни зайдешь, в гипермаркет в супермаркет, очень много людей, именно инвалидов очень много с метальными нарушениями. Как будто бы вся страна такая. А вот у нас их практически не видно. Они сидят у себя в квартире, бедные…

 


Ведущий: Но они даже выйти из квартиры-то…

 


С.К.: … они и выйти никуда не могут. Потому что, во-первых, и сами родители стесняются таких детей. А, во-вторых, ну, вот агрессия со стороны окружающих.

 


Ведущий: А вот вы сказали о родителях. Проводите ли вы какие-то встречи, не знаю, с психологами с родителями, чтобы и родители сами понимали, что от их участия, от того, что смирятся они или не смирятся, от того, как они реагируют и как им относиться к реакциям людей на их детей… вот такое проходит у вас?

 


С.К.: Ну, мы это делаем только в рамках проектов. А я считаю, что вот самое лучшая психологическая поддержка - это непосредственное общение родителей друг с другом.

 


Ведущий: Когда они делятся…

 


С.К.: Делятся опытом. Очень много, допустим, мне звонят как директору фонда, и просят помочь решить, разрешить ту или иную ситуацию. Иногда просто советом можно, действительно, оказать реальную помощь.

 


Ведущий: Но если мы даже остановимся просто на аутичных детях, насколько я понимаю, что одна из отличительных черт то, что их какие-то реакции, эмоции могут быть совершенно неадекватными и неожидаемыми, и они, как правило, непредсказуемые, то, как вот в этом случае-то родители могут поделиться друг с другом?

 


Ю.К.: Ну, например, семинары вот в обществе мы проводим постоянно. И показываем положительные примеры как видео, как фотоматериалы, что как с этим ребенком надо жить. Не просто там жить, и смириться, и прятаться, а, допустим, как ты сам преодолел эту проблему. Допустим, когда нам поставили этот диагноз в три года, действительно, был шок. То есть многие отцы вот в таких ситуациях они просто уходят из семьи. Мама, как правило, еще один на один остается с такой проблемой. И еще одна. Ей даже голову некуда преклонить. Мы родителям показываем, что жизнь на этом не заканчивается. И сейчас вот мы даем, что нужно с ребенком найти такой с ним симбиоз, чтоб не на разрушение работать, а на взаимное такое дополнение, на взаимную поддержку. Например, мой сын, вот ему сейчас 14 лет, он мне помощник. И я вот, допустим, не чувствую, что у него вот какой-то недуг, и что он не такой, как все. Мы ходим везде.

 


Ведущий: Но вы уже понимаете и чувствуете друг друга.

 


Ю.К.: Да, да, да. И вот это вот свое я показываю другим родителям. То есть мы много снимаем видеоматериала. То есть, как он работает на даче, как он помогает дома.

 


Ведущий: А правда ли, что они малообщительные? И с этой стороны деревня эта, она даст ли помощь?

 


ЮК.: А их общению нужно учить. Они хотят общаться. Тут другое дело – они не умеют. Их надо этому учить.

 


Ведущий: А в школе, ну, которая сейчас у нас проблемная пока, к сожалению, но которая работала, в школе они между собой как-то общаются?

 


ЮК.: Ну, наша школа, к сожалению, она была индивидуальное обучение. Они общались, ну, только вот, если проходили какие-то совместные мероприятия, праздники. Но они общаются очень, скажем так, странно. Они вместе, и в то же время по отдельности. То есть их вот надо объединять. То есть это вот усилия родителей, специалистов. И все просто получится. Вот из маленького коллектива начинать. В начале ребенка сводить вот с двумя детьми. То есть там уже пара. Уже вместе они поиграли. Дальше - три ребенка. И так далее, и так далее. И он дойдет, в общем-то, до большого коллектива. И в такую среду, конечно, вот здоровых, обычных детей надо выводить тоже. То есть не стесняться с детьми ходить ни в кино, ни в театр, никуда. Дети, например, с аутизмом, они очень музыкальные. У них, ну почти у всех, сохранен слух.

 


Ведущий: Но они же остро все воспринимают. И если ребенок один заплачет, то, как этот ребенок может отреагировать на громкий звук, либо на какую-то эмоциональную яркую картинку?

 


Ю.К.: А к этому тоже надо приучать. Вот есть даже такая методика, как «Социальная история». Вот, например, если ребенок плохо переносит транспорт, если нет там мест, ему некуда сесть, он начинает кричать. То есть мамы, и мы тоже учим написать такую социальную историю. Допустим, вот я для ребенка в свое время писала, что если мы зайдем в автобус, и там нет мест, то ничего страшного, мы постоим. И когда мы приедем на занятие, мы будем хорошо заниматься. И это вот постоянно изо дня в день я ему просто вот внушаю, читаю, читаю, читаю. То есть вот это положительное поведение надо просто записывать на подкорочку. То есть вот он просто усваивает… Вот у него вот эти положительные стереотипы, их нужно просто нарабатывать. Чем больше вот их наработаешь, тем лучше. Но над этими формированиями стереотипов надо тоже очень хорошо думать. Вот, например, такой отрицательный пример всем приводят. Например, одного мальчика учили вот ездить в метро или, допустим, в любом транспорте. Ты садишься рядом с кем-то, если есть свободное место, ты садишься. И был такой случай. Когда мальчик вошел в трамвай, и в этом трамвае была одна бабушка. Он сел с ней рядом. И наши любят так смотреть очень близко. Она пошла, села на другое сидение. Он за ней. И кончилось тем, что там бабушка вызвала милицию. Этого ребенка тоже забрали в милицию. У него была остановка.

 


Ведущий: Ему сказали садиться с кем-то.

 


Ю.К.: Да, с кем-то на свободное место. То есть вот над этими стереотипами тоже надо не просто так вот их внушать, а думать, чем вот это вот может закончиться. Это вот как один из примеров. Вот это просто вот, еще раз, специалисты и специалисты. И как родителям я говорю? Вы сами должны стать специалистами.

 


Ведущий: Кто, если не вы.

 


Ю.К.: Да.

 


С.К.: Я просто хочу дополнить. Добавить, что Юлия Валентиновна у нас является, наверно, самым активным участником всех наших мероприятий, и в том числе, выступает в роли организатора. Спасибо вам большое, Юлия Валентиновна.

 


Ведущий: Самый главный вопрос – ваши прогнозы. Что должно случиться, чтобы эта деревня возникла? То есть, что сегодня? От кого вы ждете помощи? Программа вроде называется «Дети ждут». Дети ждут, а они, может, и не знают, что им поможет, да. Ждут их родители, значит, соответственно, подсознательно и дети. Что они ждут?: Что поможет им, чтобы возникла какая-то… пусть не обязательно эта социальная деревня, но что-то такое возникло, где им бы было комфортно, им бы было хорошо, и они бы жили?

 


С.К.: Вы знаете, вот я немножко поправлю. Они должны не ждать. Не сидеть и ждать. А просто начать и сегодня менять ситуацию.

 


Ведущий: Нет, я и говорю, подсознательно ждут, да.

 


С.К.: Да. То есть начать и делать. Организовать родителей там в своем микрорайоне, в районе. И, ну, просто включаться во все мероприятия.

 


Ведущий: Но к вам они как примкнуть могут?

 


С.К.: У нас есть сайт благотворительного фонда - svetlay-derevnya.ру. Могут позвонить нам на телефон – 235-14-77

 


Ведущий: Могут прийти со своими инициативами и сказать – вы знаете, вот я предлагаю – а давайте вот это проведем? Вдруг это маленький, но шажок будет.

 


С.К.: С удовольствием. Мы каждый раз, проводя мероприятие, проводим анкетирование. И на вопрос, в каком качестве вы бы хотели принимать участие, большинство родителей отвечают – в качестве наблюдателей. Поэтому мне бы хотелось поменять позицию, чтобы от наблюдателей переходили к делателям.

 


Ведущий: К тому, что не просто ждать, наблюдать, что вот добрые люди какие-то, волшебницы…

 


С.К.: И очень бы хотелось, чтобы подключилось, действительно, государство. Потому что вот буквально месяц назад с Татарстана позвонили с министерства социального развития, потому что им сама идея понравилась. И они вот эту идею готовы начать у себя уже реализовывать. И я очень бы хотела, чтобы наши местные власти тоже подключились к реализации данного проекта.

 


Ведущий: Спасибо большое. Дай бог, чтобы местные власти нас услышали, а они нас сейчас слушают. Дай бог, чтобы ваши идеи реализовались. Ну, и мне остается пожелать вам сил, терпения и мужества.

 


С.К.: Спасибо большое.

 


Ю.К.: Спасибо.

Обсуждение
1240
0
В соответствии с требованиями российского законодательства, мы не публикуем комментарии, содержащие ненормативную лексику, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Недопустима публикация комментариев: содержащих оскорбления участников диалога или третьих лиц; разжигающих межнациональную, религиозную или иную рознь; призывающие к совершению противоправных действий; не имеющих отношения к публикации; содержащих информацию рекламного характера.