Верхний баннер
05:12 | СУББОТА | 20 АПРЕЛЯ 2019

$ 63.96 € 71.92

Сетка вещания

??лее ????ов??ое ве??ние

Список программ
12+

отдел продаж:

214-47-70


Программы / Дети ждут

27.09.2011 | 15:53
Возможность создания благотворительного фонда помощи детям от проекта "Дедморозим"
Теги: дети

Ведущий: В Перми 15 часов и 8 минут. Добрый день. В студии Нина Соловей, за пультом звукорежиссера Антон Мелехин. Возможно ли в Перми создать фонд будущим детям без участия государства крупного бизнеса? Почему не доверяют известным благотворительным фондам люди готовые отдать сто рублей на спасение неизвестного им ребенка? Как создать фонд помощи детям, участие в котором согласилось бы принять максимальное число жителей в частности нашего края? Вот об этом мы сегодня говорим в рамках программы «Дети ждут». Гости нашей студии — организаторы затеи «Дедморозим» Дмитрий Жебелев и Надежда Ли. Добрый день.

Надежда Ли.: Добрый.

Дмитрий Жебелев: Добрый.

Ведущий: И мы встречались уже в этой студии тогда все, что касалось истории с Ксюшей Киселевой. Но, я думаю, что мы все равно сегодня об этом с вами поговорим. Но, тем не менее, назрела у вас потребность создать свой фонд. Прежде чем мы поговорим об этой инициативе, об этой системе и насколько открыты наши люди, вы довольно часто в последний год встречаетесь с работой благотворительных фондов и с работой онкоцентра и обратной стороной каких-то проблем. Скажите, пожалуйста, на ваш взгляд сегодня существует довольно большое количество разных фондов, даже просто в интернете набираешь фонд помощи инвалидам и детям и выходит куча ссылок. На каждом уважающем себя ресурсе естественно есть ссылки «требуется помощь». Каков процент среди этих благотворительных фондов, которые действительно занимаются делом, каков процент тех, кто наживается?

Д.Ж.: Здесь напрямую говорить достаточно сложно. Из тех организаций, с которыми мы знакомы, с чем связанно, что количество их большое, а результат действий не всегда совместим с количеством. Дело в том, что большинство из них действуют в формате один фонд — один человек, поэтому там может быть есть юридическое лицо, но нет возможности организовывать масштабные мероприятия или еще что-то. При этом основная проблема, что многим из них не хватает какой-то открытости, когда люди заходят и понимают систему работы фонда, кому помогает, как он это делает, как проверить, что сделано и т.д., и т.п. На самом деле, когда мы только чуть-чуть начали заниматься на любительском уровне помощью детям, казалось, что у нас точно есть по заболеванием с риском здоровья детей есть очень сильный фонд в Пермском крае, который точно всем детям помогает, потому что на это легко нам казалось собрать денежные средства и все остальное. И это первая проблема, которую нужно решать, когда речь идет о жизни ребенка. Но, на практике есть действительно организация как минимум две, которые с тем же онкоцентром работают, работают достаточно много, усердно, но вот там в основном ограничение с количеством людей. Такие вещи. Нет ни одной организации, которая могла бы какие-то действительно очень крупные пожертвования делать, серьезно помогать детям, решать такие проблемы, как у Ксении Киселевой, где за десять миллионов лечение. Вот у нас сведения появляются, что дети, которым сопоставимые суммы требуются для того, чтобы спасти им жизнь — вот таких организаций ни коммерческих, никаких по сути в Пермском крае нет.

Ведущий: Надежда, ваше мнение совпадает?

Н.Л.: Да. Мнение совпадает. Кроме всего прочего есть благотворительные фонды, которые основаны на базе крупных предприятий, и предприятие выделяет деньги, которые хотела бы потратить на благотворительность, и в таком случае они сами решают куда потратить. Не потому кто к ним обратился, а вот у нас есть деньги в этом месяце такая сумма и мы хотим потратить на какие-то конкретные вещи.

Ведущий: Вы наверняка слышали упреки в области благотворительности, сбора денег, дескать, у нас есть государство почему же они не платят деньги, не оплачивают какие-то операции гражданам своей страны и т.д. И существует еще такое понятие не понятие, расхожая фраза, что государство — это хлеб, а благотворительный фонд — это икра на хлеб. Вот совпадает?

Д.Ж.: Это на самом деле в идеале. В Европе, допустим, может быть и так, хотя в той же Германии существуют крупные и более сильные, чем в РФ, которые оплачивают то же самое лечение онкобольных людей, делают огромные пожертвования несмотря на то, что как нам кажется благополучное государство. И в общем-то, это естественная вещь. Что касается хлеба и икры, мое личное мнение, мы занимаемся как раз не благотворительностью в России, то что касается России. Здесь блага как такового нет. Мы занимаемся скорой помощью и жизнеобеспечением. Здесь нет ничего такого, что можно сказать, благое дело. Мы делаем именно то, что необходимо и часто жизненно необходимо детям. Поэтому здесь ситуация немножко другая. Я думаю, что несмотря на то, что государство должно решать какие-то основные проблемы, всегда останется место для тех людей, которые могут помочь, хотят помочь и могли помочь. Особенно это касается конкретных историй детей, адресного подхода. Государство все равно не может, даже развитое, индивидуально подходить к каждому ребенку. У них планово лекарство распределяются, плановое лечение, квоты и т.д. А ситуации бывают совершенно разные, экстраординарные, и всегда требуется индивидуальный подход. Здесь как раз люди конкретные, которые хотят помогать, смогут это сделать. Допустим, здесь я думаю можно рассказать о ситуации с обратившейся к нам женщиной. У нее ребенок с серьезным заболеванием, очень редким в Пермском крае, легочная гипертензия называется. Там проблема с легким, которая сказывается на сердце. Если это более менее объяснять на непрофессиональном уровне, у ребенка буквально после нескольких шагов отдышка, при этом очень опасно для жизни и здоровья. Так вот для лечения этого заболевания требуется препарат такой траклир. Стоит он 200 000 рублей в месяц. Соответственно, 2 500 000 в год.

Ведущий: Льгот на такие лекарства нет?

Д.Ж.: В том и дело, что этого лекарства нет в списке льготных. Соответственно, там была сначала парадоксальная ситуация, когда обращаешься по этому поводу в Минздрав, Минздрав посылает на обследование в специализированное учреждение в Новосибирске в данном случае с назначением, едьте, там вам пропишут лекарства, которые мы вам купим. Они туда едут, им прописывают траклир, подают письмо, им говорят, извините, мы вам не купим.

Ведущий: Если бы вам цитромон выписали….

Д.Ж.: Здесь все равно нужно отдать должное нашему Минздраву, мы узнали об этой ситуации еще когда не было никаких решений о покупке лекарства, и мы тоже обращались в Минздрав уточняли всякие детали. На данный момент по их информации, которую они нам дают, они уже объявили аукцион по закупке этого лекарства. В общем-то, удалось им адресно подойти к тому, что люди беспокоятся по этому поводу обращаются. Но, я думаю, что здесь огромная заслуга непосредственно мамы ребенка, которая собрала огромное количество бумаг, назначений от всех врачей из разных городов, где указано, что нельзя заменять это лекарство никаким другим, что оно крайне необходимо. Ей пришлось проделать огромную работу, на которую способен далеко не каждый человек и даже родитель для того, чтобы этот аукцион состоялся. В таких случаях проблемы конкретных детей решать и может быть выносить и показывать государству в какой-то открытый доступ, когда эту проблему можно решать не на краевом уровне, как это сейчас у нас делается в разных регионах, а на федеральный. Когда нужно внести этот препарат в список льготных, и проблем не будет, будет он финансироваться из федерального бюджета. Можно помогать не покупкой непосредственно препарата, а обозначением этой проблемы, чтобы у чиновников появился стимул решать ее.

Ведущий: Прежде чем мы перейдем непосредственно к вашей идее, у меня такой личного характера вопрос. Когда я еще начинала заниматься этой проблемой в рамках программы , изучала большое количество существующих в нашем крае фондов и организаций, которые не пиарят себя, но они существуют. Ездят в детские дома, кто-то оплачивает лечение, кто-то покупает вплоть до костылей детям, кто-то приобретает какие-то лекарства и т.д. И когда я вышла с предложением, пойдемте, расскажем, поможем, вдруг я натолкнулась на довольно таки закрытые организации . Да мы помогаем, да мы помогаем устраивать семьи, усыновлять, мы приобретаем лекарства, но нам не нужен пиар, мы не хотим, чтобы об этом кто-то знал. С одной стороны у нас есть история со звездами, мы это даже не рассматриваем. С чем на ваш взгляд это связано? Либо на начальном этапе эти организации привлекают к себе всеми силами, и социальные сети и т.д., используют, привлекают к себе, что нам нужна помощь, у кого-то это есть, кто-то этим поможет, а потом вдруг в определенный момент закрываются и все. С чем это связано, мне непонятно.

Н.Л.: Для многих очень важна свобода выбора. У меня есть деньги, я хочу их потратить помочь ребенку. Я этого ребенка найду и помогу. Но, если начать себя пиарить, то поток просьб будет очень большим. Тут уже во-первых, нужно будет принимать какие-то важные решения, в каких-то случаях идти на сделки с совестью. Вот этому ребенку я помогу, а вот этому не помогу, потому что я решил помогать на 10 000 в месяц, грубо говоря, и если будет пиар, эти просьбы будут. У нас сейчас просьб…

Ведущий: Это не всегда связанно с какой-то деятельностью непрозрачной финансово?

Д.Ж.: Закрытость всегда вызывает подозрения, но это зависит от того, как организованна система сбора ресурсов для помощи детям. Если у них есть способы получения тех же денежных средств или получение каких-то материальных ценностей, всего, что требуется детям, не основано на какой-то открытости и привлечения количества людей, то это вполне допустимо, если они успешно справляются со своими задачами. В целом, я считаю, что благотворительный фонд или организация особенно помощи детям, и особенно в связи со стереотипами, сложившимися в нашем обществе за некоторое время, она должна быть максимально открытой, чтобы любые подозрения рассеивались. А если там что-то подтверждалось, то быстро находилось и устранялось.

Ведущий: А вот такой момент. Многие благотворительные акции или благотворительные фонды, если они о себе заявляют в открытом пространстве, то как правило требуется средства на помощь для того-то, того-то, требуется то-то, то-то. Я лично ни разу не видела, будем говорить прямым языком, рекламы «дорогие родители, обращайтесь к нам, мы вам поможем». Вот это с чем связано? А ведь часто бывает, что например, одинокая женщина попала в такую ситуацию, у нее нет родственников, ничего, ребенок заболел, и она не знает что делать.

Д.Ж.: Это серьезная проблема. Что касается того, что есть родитель, о которой мы говорили, Наталья Пашковская, которая все пороги отбила, все оббежала, все сделала…

Ведущий: Добрые люди ей подсказали к вам обратиться?

Д.Ж.: Ну, про нас она услышала. И на самом деле она все сделала, мы особо ничем не помогли. Информационно может быть чуть-чуть и в дальнейшем, если потребуется. А в целом, огромное количество людей, которые не знакомы с тем, что можно куда-то обращаться. Даже если не в благотворительные фонды, то в СМИ, с тем, чтобы вообще можно было что-то сделать с ситуацией, когда ему говорят вам нужно на лечение, ну ни какая-то астрономическая цифра, а допустим, 100 000 рублей, хотя тоже крупная, но вполне, если организовать сбор средств, вполне ее можно найти. Большое количество людей, это связанно с кругозором, с чем-то еще, они не знают, что вообще можно что-то сделать с этой проблемой. Я думаю, что если организовывать какую-то масштабную помощь детям, то необходимо решать эту проблему с мониторингом этих потребностей, особенно тех, которые касаются жизни ребенка. Может быть и такое, что что-то угрожает здоровью, а мама не обращается, потому что не знает, это негативно потом скажется. Но организовывать этот мониторинг можно будет тогда, когда будут ресурсы для того, чтобы помочь. Сейчас мы говорим, что не видно какого-то большого результата работы огромного количества благотворительных фондов, но именно поэтому рекламировать себя достаточно сложно, потому что них ресурсов может быть не хватает. К ним обратятся десять человек с крупными потребностями, но они не смогут все равно помочь.

Ведущий: Грубо говоря, скажут, вы же обещали, что можете помочь людям больным раком, вот помогайте. Сейчас перейдем к непосредственно главной теме эфира. Организуем помощь детям в формате реалити-шоу, как выяснилось из нашего предварительного разговора. Ребята решили попытаться организовать некий центр, фонд помощи детям с целью помочь детям. А что нового вы хотите организовать?

Д.Ж.: В первую очередь мы только что говорили, что и государство может быть объективно не справляется с потребностями детей, в каких-то вещах оно не сможет никогда справиться. О том, что существующим благотворительным организациям, к сожалению, люди не совсем доверяют. Часто неоправданно, но как есть. Мы искали выход из этой ситуации для того, чтобы организовать помощь как-то эффективно и системно. Как раз единичными гражданскими акциями это, к сожалению, невозможно. Как показывает наш опыт, постоянно помогать детям как Ксюше Киселевой, в следующий раз уже не получится набрать такую сумму на лечение другого ребенка. Выход из этой ситуации, если тебя не устраивает как помогает государство, если есть потребности детей, если тебя не устраивает благотворительные организации, которые вокруг существуют, так создать такую организацию самому именно такой, какой ты ее видишь. Но при этом мы же всегда ориентировались на то, чтобы в помощи детям участвовало большое количество людей. Мы считаем, что этот проект и эта организация, которая будет создана, это не должно быть чей-либо личной инициативой, допустим, меня Диму Жебелева или Надеждой Ли, ни кем бы ни было еще, как это обычно бывает, от предприятии какой-то фонд с целями, или какой-то конкретный человек решил создавать и делает его таким, каким хочет. А мы хотели бы создать его общими усилиями максимального количества жителей Пермского края. Для того, чтобы он вышел именно таким, каким его видят, такой организацией, с которой они готовы помогать детям, делать это эффективно и чтобы был какой-то результат. У нас естественно есть некая концепция, которая основана на нашем полученном опыте, на жизненном благотворительном, каком угодно. Но при этом мы не считаем ее единственно верной и прежде чем что-то делать конкретно, Устав и все остальное, непосредственно создавать организацию, мы бы хотели послушать мнение максимального количества пермяков. Именно тех людей благодаря кому планируется нам удастся вывести помощь детям на новый системный уровень, более масштабный. Я уверен, что есть у людей огромное количество идей по этому поводу, и идей возможно намного лучше, эффективнее и т.д., и т.п. Это тот случай, когда каждый человек может помочь ребенку не только делом, но и словом.

Ведущий: Вот смотрите, вы говорите о том, что не должен стоять какой-то конкретный человек, но ведь так не получится. Все равно кто-то будет у руля. Все равно какой-то управляющий, как ТСЖ будет выбирать управляющего? Все равно кто-то да должен быть. Все равно я свои 100 рублей перечислю в фонд, зная что этим фондом управляет человек Х, Надежда Ли, Дмитрий Жебелев или еще кто-то.

Д.Ж.: С точки зрения управления, непосредственного администрирования и т.д. будут какие-то конкретные люди, но при этом саму систему того, как будут собираться ресурсы на помощь детям, будь то деньги или материальные ценности, личное время, знание людей, вот как организовать эту систему, как организовать контроль за тем, чтобы то, что люди передают детям, доходило до них, чтобы это было абсолютно прозрачно, это можно вполне создавать общими усилиями. Я здесь никаких проблем не вижу. Даже наоборот, если будет участвовать огромное количество людей, это от чего нас застрахует? От того, что здесь не будет замешан какой-то личный, корпоративный интерес. Допустим, решил Дима Жебелев создать свой личный фонд. Сделал его. Что-то делал эффективно и спустя год или два решил пойти заниматься политикой и использовать, например, это. Это будет его личный фонд, который он сможет использовать в личных интересах. А организация, которая создается общими усилиями, о которой известно, что заслуги ее деятельности не только лично Дмитрия Жебелева, случись он куда-то соберется вдруг, то пусть и идет…

Ведущий: Скатертью дорога.

Д.Ж.: … да. А организация останется действовать и без него также эффективно.

Ведущий: В результате все равно должен быть создан фонд, на счету у которого должна быть определенная сумма, которая будет тратиться от каких-то обстоятельств.

Д.Ж.: Да. Здесь основные вопросы какие можно решить: идеологические вопросы, мы говорили о том, что там должна быть возможность участья огромного количества людей, причем не только деньгами, но и совершенно разными способами, личным временем, своим талантами, умениями, знанием. Это тоже возможно в помощь детям. Кроме того, мы считаем, что даже денежная помощь должна оказываться только в крайнем случае, когда по-другому нельзя. В остальных случаях есть огромное количество других способов.

Ведущий: 15 часов 33 минуты. Продолжаем нашу программу «Дети ждут». Мы говорим о возможности создания благотворительного фонда помощи детям. Создателями этого фонда может стать любой из жителей, мы говорим сейчас о Пермском крае. Сами распределять как-то эти средства, сами собирать, у каждого есть свое видение, и очень часто люди готовы просто отдать конкретному человеку или ребенку деньги, а не перечислять в какой-то фонд. Вы предлагаете сегодня, появилась и информация в жж, я думаю и где-то в других местах социальных сетях, вы предлагаете поучаствовать хотя бы начать с того, что давайте подумаем, какой он должен быть. Раз вы не хотите туда идти, не хотите сюда идти, что должно быть, чтобы этим фондом не воспользовались в своих не благих целях, целях наживы, чтобы этот фонд не породил иждивенчество. Но ведь у вас есть своя концепция? У вас есть свое видение, и есть свой опыт. Вот какой должен быть этот фонд. Надежда, ваше мнение любопытно так же.

Н.Л.: То, что фонд должен быть максимально открытым, мы говорили уже неоднократно. И о всех делах, которые делаются большим количеством людей, это открытость.

Д.Ж.: Что касается открытости как раз у нас есть различные предложения. Вообще это звучит прозрачно, открыто, в любом случае так говорят. Например, мы считаем, что в идеале любые материальные ценности будь-то деньги или еще что получает фонд, они должны быть четко разграничены.

Ведущий: Я извиняюсь, а есть у нас какой-то контролирующий орган?

Д.Ж.: Да. Например, благотворительные фонды должны проверяться аудиторами постоянно т.д., и т.п., но как показывает практика не всегда этого хватает. Поэтому можно придумать большое количество дополнительных идей, концепций, как проконтролировать, чтобы шло все куда нужно. Например, мы считаем, что в идеале создать такой сбор материальных ценностей, который был бы разграничен. То, что перечисляют непосредственно детям, это и идет на помощь конкретному ребенку. А функционирование самого фонда, зарплата сотрудникам, содержание помещения, это должно быть отдельно. Люди, те, кто понимает насколько это необходимо, они должны перечислять деньги туда. А те, кто хочет непосредственно помогать детям, они перечисляют деньги по этому источнику. Это от чего нас застрахует? От того, что собирая большое количество денег, у нас по закону около 10% фонды имеют право на себя тратить. Обычно как происходит?! Фонды собирают какое-то количество средств и 10% они могут потратить на себя, на содержание себя. Поэтому люди часто не доверяют насколько честно и необходимо столько денег тратить. Здесь будет четкое разграничение, в случае если вдруг с этого источника, от которого поступало детям, что-то отошло в сторону, это будет сразу же видно. Встает вопрос контроля, как это будет видно? Есть у нас огромное количество практических идей, которые мы обсудим с людьми с радостью, если они примут участие в этой дискуссии во всех наших источниках информационных. Но в качестве идей, например, создание попечительского совета, контролирующего совета. Здесь ничего нового, но мы например думаем, что есть смысл сделать новаторский состав попечительского совета. Допустим, включить в него средства массовой информации, которому будет открыто движение по счетам, внутренней информации. Любой журналист во-первых умеет искать информацию, у него есть стимул к этому, он способен профессионально ее анализировать и т.д. И при любом упущении злонамеренном или нет обязательно будет журналистом замечено, а мало того еще всем рассказано. Соответственно, уже некоторая страховка от того, что там кто-то захочет что-то сделать в своих личных интересах, она будет существовать. И вот такого рода практических идей, реализацию которых мы в других местах не видели, придумали достаточно много. Мы же к этому относимся совершенно также как и все остальные люди, мы не считаем себя каким-то профессионалами или может у нас какие-то заслуги. Все, что делалось в рамках той же затеи «Дедморозим» благодаря участию огромного количества людей, а не нам. Мы на равнее со всеми в данном случае выступаем. У нас идеи и потребности точно такие же как у всех, именно поэтому такой формат предлагаем, когда все могут высказать свои пожелания и стать создателем этой организации. Ответить всего на один простой вопрос, какой вы видите организацию помощи, этот фонд, чтобы вы согласились сами вместе с ним помогать детям. Это можно рассказать на разных источниках, на сайте дедморозим ру в комментариях, в жж, на городском форуме терон, в разделе город Пермь/благотворительность, и самое простое, чтобы даже те, кто не имеет доступа в интернет могли точно также поучаствовать, у нас много людей, которые помогали и по Ксюше Киселевой, можно позвонить по телефону горячей линии 270-08-70 и просто поделиться своими идеями, темами. Какие требования у человека к организации, чтобы он доверял, чтобы у него возникло желание помогать. Опять же говорить обычные люди… здесь же ситуация в чем. Мы хотим объяснить, что помощь детям — это не дело волонтеров, благотворителей, какой-то закрытой касты. Спросите любого человека, «хочешь ли ты помочь ребенку?», любой ответ — «да, хочу!». Это значит вопрос только в том, чтобы придумать способ, которым бы он хотел это сделать.

Ведущий: А почему не помогаешь? А своруют. Так?

Д.Ж.: Да. Разные причины.

Ведущий: Та же самая история с Ксюшей Киселевой, огромное количество моих знакомых не жалели 200-500 рублей, и говорили, я в первый раз, в первый раз. А что раньше мешало? Так говорят воруют. А тут просто был эффект фотографии, истории, простые люди, не политики. Обратное, то есть неизвестные артисты, не политики. Но тут давали конкретно этой девочке. А будут ли давать конкретному фонду?

Д.Ж.: Во-первых, мы говорим о том, чтобы организовывать прежде всего адресную помощь. Это вполне возможно и технически и разными способами. Кроме того как это будет сделано, как раз и зависит от людей. Если кто-то скажет, что не хочет помогать неизвестно кому, я хочу помогать конкретным людям. Это точно такое же предложение, которое мы с радостью выслушаем. А если у человека есть еще идеи как это реализовать технически или просто как он себе это представляет…

Ведущий: Не обязательно иметь вовсе кошелек.

Д.Ж.: Да. Это тоже прекрасно! Любая… даже любой негатив, допустим, я ни за что не буду помогать, потому что вот то-то и то-то, это уже предложение. Если человек будет ругаться по тому же телефону, мы уже увидим, что не нужно делать и мы не будем этого делать. Самый главный результат — создание такой организации, которая бы устраивала огромное количество людей и успех ее функционирования зависит от того, чтобы они приняли участие.

Ведущий Дай бог, чтобы люди все-таки откликнулись и на эту инициативу, и сами вы попробовали что-то предложить. Очень часто ведь бывает, что предлагаешь что-то в порядке бреда, а этот бред оказывается самым правильным, верным, лишенным стереотипов и шелухи. Очень много вопросов сегодня пришло по ICQ, ну все интересуются, конечно, Ксюшей Киселевой. Вот уже был открыт второй шаг по сбору средств. На сколько сегодня этот сбор средств проходит? Можно ли еще помочь? И как дела у Ксюши? В один клубок все, потому что все интересуются Ксюшей.

Н.Л.: Ксюше помочь не можно, а очень нужно! Потому что второй сбор идет медленнее гораздо, спокойнее, но времени при этом у нас гораздо меньше. Если до этого мы ждали счетов от клиники, Ксюша проходила какое-то лечение здесь в больнице, то сейчас Ксюша готова к операции. Врачи срок первую половину октября уже назначили, и сейчас очень важно, чтобы эти деньги поступили вовремя. Пока сейчас все подготавливается, не останавливается, все идет к операции, но при этом из 100 000 евро перечислено 10 000 евро. Эти деньги нужны очень.

Ведущий: А те восемь миллионов, которые первый раз собрали, их уже…

Д.Ж.: Одиннадцать. Они не потрачены, они есть…

Ведущий: Я имею в виду их недостаточно, да?

Д.Ж.: Нет. Там вопрос в чем? Обнародовался предварительный счет из клиники, который там был по итогам после сбора средств. Там было соответственно две цифры: 260 000 евро, которые были перечислены 10 560 000 рублей, это в случае если бы пуповинная кровь подошла (братик там рождался, между братиком и мамой), либо удалось бы найти полностью совместимого, не родственника, донора. Тогда это более дешевое лечение, технологически. Эта была первая цифра. Но, к сожалению, этого сделать не удалось, и дополнительный сбор был объявлен. То есть эта цифра была известна примерно заранее, что такие проблемы возможны, и в таких случаях…

Ведущий: И это не связанно, что аппетиты там растут?

Д.Ж.: Нет. Во-первых, она была озвучена заранее, во-вторых, с онкозаболеваниями часто так. Они сложно прогнозируемые, и возможны различные осложнения, которые и так дорогое лечение, и естественно любое осложнение оно увеличивает стоимость сразу же. Здесь что нужно сказать. Сама по себе ситуация с Ксюшей Киселевой стала одним из толчков к созданию организации, когда мы понимаем, что невозможно постоянно людей, ребенка с одной и той же информацией наседать. Люди конечно устают, как бы ни хотелось им помогать, они уже хотят другим детям помочь. Если системно собирать какие-то средства, то уже можно будет помогать детям в момент обращения, а не тратить время на подготовку каждый раз, на разработку различных акций по конкретным детям и т.д. По Ксюше, что нам еще нужно сказать, там новости в целом по ее здоровью и по процессу лечения хорошие. И нам с немцами удалось провести переговоры, убедить их, чтобы на данный момент лечение не прерывалось. И вот уже маму, которая будет в итоге донором отправили в срочном порядке в Германию. Она здесь приезжала помочь со сбором средств непосредственно, и вот уже в ближайшее время основная процедура планируется. Но во многом зависит от того, как быстро будут денежные средства на счет немцев поступать.

Ведущий: Счет пока открыт и в банкоматах можно положить средства.

Д.Ж.: Да. Способы те же самые и очень простые. Самый простой в любом терминале банкомате Сбербанка, в любом отделении можно выбрать в платежах прочие/благотворительные/Ксюше Киселевой.

Ведущий: Будем держать кулачки, чтоб все случилось, чтоб ваша идея обросла еще идеями, выкристаллизовалась в идеальную идею фонда помощи детям, потому как дети ждут нашей помощи. Спасибо большое.

Д.Ж.: Спасибо.

Н.Л.: Спасибо.

Обсуждение
4168
0
В соответствии с требованиями российского законодательства, мы не публикуем комментарии, содержащие ненормативную лексику, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Недопустима публикация комментариев: содержащих оскорбления участников диалога или третьих лиц; разжигающих межнациональную, религиозную или иную рознь; призывающие к совершению противоправных действий; не имеющих отношения к публикации; содержащих информацию рекламного характера.