Верхний баннер
14:04 | ЧЕТВЕРГ | 21 ЯНВАРЯ 2021

$ 73.36 € 89.15

Сетка вещания

??лее ????ов??ое ве??ние

Список программ
12+

отдел продаж:

206-30-40

17:06, 14 марта 2016
Автор: Сергей Штерн

«На «Пермских удобрениях» крайне негативно кризис не сказывается, мы все равно при всех обстоятельствах загружены на 100% как производственное подразделение холдинга», – Алексей Аверьянов, директор филиала ПМУ

- Добрый день, дамы и господа! Это программа «Бизнес-ланч». В студии за микрофоном Сергей Штерн, мой сегодняшний гость – директор филиала пермских «Минеральных удобрений» Алексей Юрьевич Аверьянов. Алексей Юрьевич, здравствуйте!

- Добрый день!

- Сегодня мне хотелось бы пообщаться с вами не только на производственную тематику, которая связана непосредственно с «Минеральными удобрениями», хотелось бы понять, что вы за человек, поэтому, позвольте, я начну несколько с личного. Почитав немногочисленные ваши интервью, которые вы дали на пермской земле, в том числе, я пришел к выводу, что вы достаточно закрытый человек и не распространяетесь о личном. Хочу понять вашу точку зрения на то, что такое эффективный менеджер, вы – это он, поскольку вы человек молодой, и возникает куча резонных вопросов: как такой молодой человек добился столь высокой должности? Объясните, пожалуйста.

- Я бы не сказал, что для моего возраста это какие-то выдающиеся заслуги с точки зрения работы. Это, наверное, поступательно движение, которое в моей жизни сложилось, я достиг к своему возрасту этого положения. Я бы здесь не стал рассуждать о великой эффективности менеджерской работы, т.е. в целом для руководства заводом на сегодняшний момент требуется во многом то, что требовалось и в советское время, и в каких-то других может быть странах, других формациях. Это, наверное, на 50% производство, и остальная часть складывается, ну, наверное, от реалий современности. В советское время это, в основном, была такая административно-бюджетная работа, на сегодняшний момент это во многом такая правовая экономически-коммерческая работа, на 50% производственная, она никуда не делась и не денется, и всегда будет сопровождать, поэтому эффективность – она, наверное, связана с тем, что реальное производство меня всегда привлекает, я всегда стремился работать, ну, назовем это так, не в сфере услуг, а в сфере реального создания ценностей, и по этому пути шел, и, считаю, достиг того, чего я хотел. На текущем месте я чувствую себя комфортно, я до него дошел поступательно, поэтому я до него созрел, если можно так сказать, как личность, и получаю удовлетворение от того, что я делаю на рабочем месте. Оценка HR-службы – стремлюсь к твердой «десятке», т.е. из 10 баллов, но оценивать, конечно, нужно себя со стороны.

- Спасибо за ответ, а можете рассказать, как вы шли к пику своей карьеры?

- Я думаю, в 36 лет говорить о пике карьеры еще рано. Я всегда говорю, что академик Сахаров стал академиком в 32 года, поэтому с этой точки зрения он намного быстрее шел по своей карьерной лестнице. Но мне слово «карьера» само по себе не нравится, я считаю, что я делаю свою работу достаточно разумно, эффективно, полезно для коллектива, для компании, поэтому вместе с компанией расту. Поэтому о пике, наверное, говорить неправильно, правильно говорить о хорошем, безусловно, очень высоком достигнутом рубеже. И следующий шаг, наверное, правильно делать, когда как-то стабилизируешься на текущем уровне развития как руководитель, как личность, ну, в моем понимании, лет 5 должно пройти, и можно думать уже о дальнейших перспективах. Первые 30 лет жизни все-таки были посвящены обучению, т.е. как я себе посчитал, я 20 лет жизни обучался, начиная со школьной скамьи и заканчивая аспирантурой. После того как я для себя внутренне поставил «галочку», я попробовал сделать шаг в карьерном движении, и как все молодые, стремящиеся из региона, уехал в Москву. В тот момент я пришел в компанию «Уралхим» и с того времени я ее не покидал. Ну, наверное, этот момент можно считать достаточно удачным в карьере, потому что Москва – такая большая «мясорубка» в определенной степени, ну вот, наверное, я в нужном направлении попал, и благодаря какому-то своему стремлению работать, как-то развиваться, достиг того, что достиг, поэтому первые 30 лет – наверное, это обучение совместно с работой, и последующие годы, которые прошли – это уже такое сознательное продвижение именно на рабочей среде, на управленческой стезе.

- Хороший вам вопрос задал один из моих коллег, точно не помню, какое издание, он спросил у вас, если вы такой умный, успешный, почему у вас нет до сих пор собственного бизнеса?

- Причем умным оцениваю почему-то всегда не я, а со стороны, но, правда, я всегда говорю – у меня есть документ, это диплом о получении высшего образования, который подтверждает. На самом деле это тоже вопрос больше софистики, наверное, каждому свое, я всегда стремился, во-первых, работать в реальном производстве, производящем материальные ценности, и второе – мне всегда хотелось работать на большом производстве. Понятно, есть производства мелкие, мелкий бизнес, средний, конвейер, в маленьком ангаре и т.д., есть большие заводы, я хотел завод, работать на большом предприятии. Почему бы не создать большое предприятие с «нуля»? Я бы не сказал, что это как-то сильно нереально, просто...

- Начать с малого, потом расширить, прирастить, превратить в корпорацию, развивать, развивать…

- Тяжелую промышленность с малого не создать, тяжелая промышленность, она создается всегда с большого и сразу крупными бизнесменами, компаниями, акционерами, поэтому на вот этом этапе развития жизни я не считал в принципе возможным крупный бизнес как-то развивать. Ну и в целом, работа наемным менеджером – она на этом этапе жизни меня вполне устраивает, потому что она дает мне возможность как-то самореализовываться, углубляться в производственные проблемы, ну, понимаете, у собственника всегда другие задачи в голове, я на сегодняшний момент в большей степени погружен в производственные, в общение с коллективом, в понимание в коллективе, поэтому больше вопросы софистики. У меня такой задачи не было – создать собственный бизнес, в голове, прежде всего. И второй момент, наверное, собственный бизнес создают люди, у которых вот есть некая такая авантюрность в голове, в душе, в сердце там, которые имеют предпринимательскую среду и готовы, ну, наверное, рискнуть какими-то накопленными деньгами, занятыми деньгами, чем-то еще, вот это такая авантюрская немножко жилка, она вот людей сопровождает всегда по жизни, должна вести. Я – человек, наверное, в большей степени более такой фундаментальный, мне важна понятная последовательность в жизни в личной, в рабочей сфере, поэтому на сегодняшний момент я не видел там для себя такого авантюрного элемента. Я считаю, что путь я в целом выбрал правильно, поезд попался достаточно успешный, и вот я работаю и получаю от этого удовольствие.

- Не дай Бог случись что, пазл сможет сложиться насчет бизнеса? Вы найдете себя?

- Я достаточно, как финансист по образованию, ориентируюсь в финансовой среде, в инвестиционных процессах, в рынке акций, валютном рынке, и я всегда считал, что вот как, не дай Бог, пазл развалится существующий, я всегда себя найду в финансовой среде и смогу обеспечить и себя, и своих окружающих.

- Я напомню, в гостях у нас генеральный директор «Минеральных удобрений» Алексей Юрьевич Аверьянов. Я ему хочу задать еще один такой вопрос. Алексей Юрьевич, а вы азартный человек?

- Я бы не сказал, я все-таки в большей степени математик, просчитываю ходы, ну и шахматист, наверное, больше правильно сказать, понимаю необходимость предвидеть несколько вариантов развития ситуации в жизни. Азарт – это немножко другое, эти люди другого склада ума, наверное, души, в целом я, наверное, не азартный человек.

- Что для вас Пермь сегодня? В одном из интервью вы говорили, что у нас самый комфортный город из тех, где вы жили раньше.

- Пермь я могу сравнивать с другими городами, разными по формату в России – и крупными, как мегаполис Москва, или откуда я приехал – Новосибирск, так и мелкими – моногородами, из Кирово-Чепецка я приехал, ну, например, Березники сравнивать, и 2 года назад, когда я приехал в Пермь, мне на самом деле показалось, что такое органичное сочетание размеров города и непереизбытка населением, машинами и какой-то другой инфраструктурой, как Москва, например. Вот по прошествии двух лет я считаю все-таки Пермь одним из самых комфортных, вот этот баланс необходимой сферы и достаточных услуг, возможности провести личное время, свободное время и непереизбытка какой-то большой территории, населением, он все-таки в Перми достигнут достаточно неплохо. Но вот с приходом весны… вот сегодня ехал и отметил для себя, что Перми важно очень не терять, не расслабляться на достигнутом уровне, и вот чтобы оставаться таким комфортным городом, его нужно стремиться поддерживать. Например, поддерживать в хорошем виде дороги – это немаловажно, все-таки развивать продолжать социальную инфраструктуру, но вот как-то вопрос с зоопарком, вот я живу 2 года, вопрос с зоопарком обсуждается и вот дошел до какой-то точки, но восклицательный знак пока еще не поставлен. Должен быть в городе торговый центр формата IKEA, «Меги» и что-то такого плана, должен быть в серьезном городе аквапарк, и не только бассейн, как «Олимпия» – очень хорошего уровня, но и аквапарк, и руководители Перми про это забывать не должны, это все процессы идут, просто на них нужно тратить время, деньги, и тогда Пермь будет оставаться не только столицей края, достаточно состоятельного края, но и претендовать на какие-то такие региональные центровые функции.

- Ну и аэропорт, безусловно.

- Аэропорт – это огромный и важный шаг вперед, и, судя по тому, как он строится, все будет сделано в срок, это очень правильный шаг. Об окупаемости этого проекта должна судить, наверное, компания, которая вошла, как проект для развития города, наверное, первый по значимости, вот хорошо, что про него напомнили.

- Ваша семья как чувствует себя здесь? Знаете, у нас просто отношение к тем, кто сюда приезжает, тем, кто не пермский, неоднозначное. Ну наверняка слышали про варягов и т.д., вот хочется понять ваше отношение здесь, ваш коллеги пермяки приняли спокойно, без надрыва? Не было никаких конфликтов?

- Коллеги, наверное, были вынуждены меня принять спокойно, без надрывов в силу определенной должности в компании, но я думаю, это далось им легко, и себя я, наверное, не оцениваю пермяком и, наверное, не являюсь в душе, но совершенно точно я уже не варяг, т.е. я, наверное, на каком-то таком поступательно движении, мне в городе комфортно, моей семье в городе комфортно, чтобы приложить себя и в рабочее время, и в личное время, и в свободное, семья занимается воспитанием ребенка, школой, детского досуга, мероприятия – в Перми для этого огромный простор для занятия себя. И когда семье комфортно пребывать в городе, мне спокойнее, есть время работать более эффективно.

- Алексей Юрьевич, спасибо большое. Вот немножко мы приоткрыли вас, скажем так, с человеческой стороны, а теперь по промышленным вопросам. Проблемы сегодня у предприятий есть? Если есть, то какие?

- Как в любом производстве, оно не бывает идеально гладким, чтобы приходить на работу и нечем было себя там занять. Естественно, вопросы есть, есть задачи безаварийности, бесперебойности производства, по непрерывности работы, и она, наверное, первичная. И проблемы, я бы не сказал, что это проблемы, это такая естественная производственная среда – необходимость в проведении ремонтов, проблема, как его лучше сделать, ну это, наверное, не проблема, это текущая работа, которой я в силу обязанностей вынужден заниматься и мне это нравится. Наверное, можно считать таким сложным обстоятельством внешнюю среду, т.е. тут экономический кризис уже 5 лет нас не оставляет и во внешней среде, и в России, девальвация – это доставляет определенный дискомфорт, но такого плана экономического, потому что тяжело как-то экономически просчитывать результаты, когда курс меняется плюс/минус 20% за квартал или за полгода. Ну опять же, это такая не проблема, чтобы ее считать какой-то нерешаемой, текущее обстоятельство, в котором мы научились жить и работаем, поэтому есть такой анекдот про винодела, в какой год проще работать: в этом году, когда хорошая погода, либо в следующем году, когда может быть плохая погода, а он ответил, что простых годов нет, просто в какой-то год приходится больше работать, в какой-то меньше. В этом году нам приходится больше работать, но это не проблема, это работа.

- Мы продолжаем программу «Бизнес-ланч». Я напомню, в гостях у меня директор филиала пермских «Минеральных удобрений» Алексей Юрьевич Аверьянов. Я еще раз приветствую вас в нашей студии, рад вас видеть здесь, спасибо, что собрались, всегда рад общению с людьми, которые принимают серьезные кадровые, управленческие решения, и когда они приходят в эфир, доставляет удовольствие общаться с людьми вживую. Позвольте, я продолжу задавать свои вопросы, связанные с экономикой, коль вы о ней заговорили перед тем, как мы ушли на рекламу. Как чувствует сегодня себя ПМУ в текущей экономической ситуации? Вы сказали про 5 лет, отрезок, вот меня это несколько удивило, потому что для нас-то официально кризис начался год назад, ну, полтора.

- Если считать с 8-го, 9-го годов, кризис, наверное, никогда не оставлял российскую экономику в покое, и учил бизнесменов как-то адаптироваться к реалиям, они просто для них стали, ну, уже не кризисом, а каким-то естественным форматом работы. На «Пермских удобрениях» крайне негативно кризис не сказывается, все равно мы при всех обстоятельствах загружены на 100% как производственное подразделение холдинга, производим максимальный объем продукции, который возможен, и реализовываем. Понятно, что цены за последние годы упали на минеральные удобрения, упали на самый низкий уровень, который, наверное, это уровень 2009 года, т.е. можно говорить, самый минимальный за последние 5-6 лет. Но несмотря на это, все равно отрасль минеральных удобрений чувствует себя достаточно стабильно, что позволяет думать, рассчитывать и выходить с новыми инвестиционными проектами. Это, кстати, видно по нашей российской действительности, т.е все крупные холдинги России, они инициируют, прорабатывают и начинают реализовывать крупные проекты, кто-то даже решается на гринфилд-проекты, с нуля строительство. Мы тоже в целом не стоим на месте, и несмотря на такие колебания экономические, думаем только о развитии вперед, т.е. все задачи, которые актуальны для меня – это развитие производства, увеличение мощностей, прежде всего, по карбамиду, во вторую очередь, возможно, производство аммиака, и вот даже по внутренним ощущениям мы не законсервировались и смотрим уверенно вперед, и думаем только вот о таких развитиях поступательных.

- Алексей Юрьевич, а как в глазах директора филиала «УРАЛХИМа» – ПМУ, выглядит антикризисный сценарий? Предположим, что у нас кризис затянется еще на 5 лет, а, возможно, и на 6, а, возможно, и на 12.

- Как есть, кризисный сценарий, компания и пермский завод, компания «УРАЛХИМ», в частности, не просчитан, потому что чувствуем мы себя достаточно стабильно. Да, доходность существенно понизилась, цены понизились, но это не настолько тотальное повышение, чтобы думать о каких-то там сокращениях, оптимизациях, либо еще чего-то. Мы на хорошем уровне поддерживаем оплату труда, все задачи мы по модернизации, по ремонтам обеспечиваем и, наверное, если так предсказать антикризисный сценарий, он будет выглядеть исключительно, возможно, в оптимизации ремонтных компаний, т.е. вот все ну какие-то ощущения, если вот так кризис затянется не на 2 года, 2 года – это немаленький срок, ну, допустим, 5, то это явно никак не скажется на персонале, все равно мы будем работать на 100% загруженности, потому что наш объем производства очень незначительный – и в российском объеме , и в мировом тем более, т.е. наш объем всегда проглотится на 100%, и мы будем все равно работать. Если будет какое-то серьезное ограничение по ценам, ну так уж, допустим, все будет продолжать понижаться, ну это будет просто оптимизация ремонтных позиций, ну и вряд ли… даже, наверное, не вряд ли, мы однозначно не будем как-то экономить именно на безаварийности, на поддержании на нормальном уровне производства, поэтому на сегодняшний момент мы не задумываемся о каком-то таком сценарии, где нам пришлось бы как-то приостанавливать производство либо что-то совсем как-то резать по живому, все-таки вперед надо с оптимизмом смотреть, и мы стараемся этого придерживаться.

- Хорошо. Основные потребители сегодня. Хочу понять, и меняется ли эта пропорция из-за внешнеполитической конъюнктуры?

- За последние несколько лет пропорции у нас в целом не меняются, а вот конъюнктура, как она изменяется – во внешней среде она в сфере минудобрений сильно не сказалась ни по геополитической обстановке, ни по каким-то по внутренним, поэтому потребители наши неизменны, большой объем отгружается на экспорт в силу нашей продуктовой линейки, из всех заводов компании «УРАЛХИМ» у нас она, наверное, самая незначительная – это аммиак и карбамид, остальные заводы имеют более широкую линейку, и наш продукт, он в основной своей составляющей уходит, на 90% он экспортируется. Российские потребители относятся в основном к такому промышленному сегменту, т.е. и карбамид, и аммиак – они нашли свою нишу именно в промпотреблении, в промышленном потреблении – где-то для производства добавок используется, в какой-то легкой промышленности, поэтому структура не поменялась, ну, наверное, только понизились цены в определенной степени.

- Несмотря вот на все вот это информационное противостояние, которое у нас есть сегодня с западом, я так понимаю, на транзите грузов никак не сказывается вот эта вся войнушка информационная?

- Если вы имеете в виду вопрос по Латвии, который происходил, он не сказался ни на «УРАЛХИМе», ни на других предприятиях Рижского портового терминала, они все работали и работают на полную загрузку, и вот этот вопрос, который был по линии РЖД, он на самом деле как-то сам собой закрылся, и вот я про него даже не вспоминал с осени прошлого года, поэтому проблем по ЖД-логистике на сегодняшний момент, связанных с транзитом, у нас нет, каких-то опасений я не чувствую.

- Какой объем карбамида вы сейчас экспортируете? Вот если в цифрах, чтобы людям было понятно, насколько серьезное производство.

- Около 500 тысяч тонн в год карбамида мы экспортируем.

- Алексей Юрьевич, хочу понять, есть ли конкурент какой-то крупный сегодня у «Минеральных удобрений», и вообще по этому виду поставок кто сегодня ваш основной, скажем так, конкурент, который доставляет проблемы, с кем вы можете потягаться?

- Рынок продаж минеральных удобрений, он был и, наверное, всегда будет высококонкурентным, но он достаточно разделяется, хорошо разделен на внутренний рынок, российский, и на внешний. Внешний рынок – он, наверное, сам по себе особенный, там есть международные производители. В России, наверное, все производители являются конкурентами друг другу, это всем известные компании «Еврохим», «Акрон», «ФосАгро», где есть вот этот азотный цикл производства аммиака, прежде всего. Я бы не сказал, что здесь идет какая-то война, борьба именно коммерческая, объем производства минеральных удобрений во много раз превышает объем потребления внутрироссийского, поэтому здесь даже задача стоит не за борьбу на нашем российском рынке, а на некую такую справедливую совместную работу, поэтому именно по коммерческой части каких-то таких ценовых войн особых нет, но производится настолько много, что хватает и на экспортную составляющую, и на внутреннюю. Поэтому работа, она в рамках, вот есть такая российская Ассоциация производителей удобрений, т.е. позиция, ну не сказать, что она там как-то координируется, проговаривается, чтобы сельхозпроизводители были наши российские были удовлетворены по всей линейке продукции, потому что приоритет все равно отдается российским производителям в силу того, что заводы расположены на территории, что сверх этого – экспортируется. Я бы не сказал, что здесь какая-то есть конкурентная борьба особая, вот есть такой термин, как коммодитиз, т.е. наш продукт – он высоколиквидный такой, практически биржевой товар, поэтому он всегда будет востребован, и, с обратной стороны, потребитель всегда найдет, где его купить.

- Проблем с УФАС нет никаких? Не вмешиваются, не мешают?

- Они мешать, наверное, не могут, они выполняют свою работу, и, безусловно, мы достаточно регулярно отвечаем на запросы, т.е. это работа ведется по контролю цен, по контролю обеспечения наших сельхозпотребителей, эта ведется работа, в основном, в режиме такого диалога, бумажного, наверное, т.е. к нам поступают запросы с требованием раскрыть некие показатели, мы это дело, безусловно, удовлетворяем в полном объеме. На сегодняшний момент у нас каких-то таких нерешенных ситуаций нет по линии УФАС.

- Алексей Юрьевич, позвольте, я вас начну пытать вот на тему чего. С какими результатами вы планируете завершить текущий год – это очень интересно, и обсудим инвестиционную работу, которая идет на предприятии. Давайте по результатам, которые есть на этот год, чего вы хотите достичь?

- Мы привыкли говорить о достигнутых результатах, т.е., наверное, правильно говорить о 2015, прошедшем годе. Наш объем производства, он в целом за многие годы не изменяется, и составил 800, ну, чуть больше – 860 тысяч тонн готовой продукции. Планы на этот год, на 2016-й,они чуть меньше, мы ориентируемся на показатель 845 тысяч тонн готовой продукции, потому что у нас в этом году запланирован длинный остановочный ремонт для того, чтобы завершить подготовленные ранее инвестиционные проекты, просто мы на ремонт останавливаемся на месяц, и исходя из этого только объем производства будет чуть-чуть меньше. По каким-то финансовым результатам говорить рано, мы предпочитаем так далеко не заглядывать, потому что цены меняются динамично, главное, курс меняется очень динамично, поэтому ориентируемся на показатели прошедшего 15-го года, но жизнь покажет, как мы год этот проживем. Пока в планах у нас завершить все ранее проработанные инвестиционные проекты, текущий уровень доходности позволяет все мероприятия реализовать, и вот летом, в летнюю кампанию ремонтную, у нас запланированы наши таких два больших инвестпроекта, которые мы 3 года ведем, т.е. большой объем работ был сделан в 2013 году и в этом году мы его завершаем. Это работа над модернизацией агрегата аммиака и работа над, мы ее так называем, блок вопросов, связанных с энергетикой завода – над повышением энергоэффективности, понижением удельных расходов природного газа на производство, там целый блок инвестиционных проектов, поэтому в этом году мы завершаем большой блок работы по увеличению суточной выработки базового агрегата аммиака и по энергетике, и в этом году у нас уверенно продолжает двигаться вперед проект по модернизации агрегата карбамида, т.е. это тот проект, в который будет вовлечен весь завод в следующие 2-3 года.

- Вы прямо ответили на мой вопрос, который я хотел задать. Ну ничего, я просто хотел как раз цифру назвать, озвучить в эфире, чтобы о масштабах инвестиций тоже люди составили себе представление. Я напомню, что пермские «Минеральные удобрения» вошли в состав холдинга «УРАЛХИМ» 4 год назад, и за это время было вложено в пермское предприятие более 3 миллиардов.

- На сегодняшний момент уже практически 3,7 миллиарда рублей с учетом программы, которая на 2016 год рассчитана, она немножко, правда, неравномерно распределена, большой объем средств был направлен в 2013 году, в первый год реализации инвестиционных проектов, большой объем средств в этом, 2016-м, как завершающем году по инвестиционной программе, вот то, что был задел сделан в первый этап работы в холдинге. Но надо всегда не забывать про модернизацию агрегата карбамида, этот проект, он, наверное, по объему ресурсов и результату сопоставим со всем тем, что было сделано за эти годы в рамках «УРАЛХИМа» с 2012-го, он, его стоимость на текущий момент утвержденная, превышает 4,2 миллиарда, т.е. это больше, чем до этого было потрачено в сумме на предприятие, не потрачено – вложено в развитие. Поэтому компания продолжает вкладывать, и такие суммы, они в целом… вот за последние десятилетия в пермские заводы не вкладывали, только с приходом компании «УРАЛХИМ» такое поступательно движение по развитию пермской площадки началось и продолжается.

- Хочу спросить: а власти региона как-то идут вам навстречу? Допустим, сокращают налоговую составляющую, предлагают какие-то льготы?

- Наш завод не является таким, наверное, доминирующим налогоплательщиком, компания уровня «Уралкалия», например, либо «ПермьНефтьРосСинтез», поэтому мы пребываем в такой комфортной среде общения с властью, в принципе, каких-то там особых преференций на себе не чувствуем, потому что мы не настолько большие, т.е. мы вот проработали законодательство об инвестиционных контрактах, но мы по ряду критериев не можем подписать инвестиционный контракт в силу своей маленькой численности, поэтому мы в целом находимся на общем режиме налогообложения. То изменение, которое с 15 года происходит, касающееся поэтапной отмены льгот, оно нас коснется, мы видимо, будем просто налог на прибыль больше перечислять, каких-то особых преференций тоже особо не испытываем. Ну не сказать, что от этого какой-то дискомфорт, но мы находимся в той среде, которая для нас сформирована. С точки зрения решения других вопросов, мы в полном контакте, всегда чувствуем поддержку органов госвласти, серьезных каких-то диссонансов у нас нет.

- Об инновациях хочу спросить. У нас очень любят в стране это слово, причем, у нас как в стране бывает – от любви до ненависти один шаг. Сначала об инновациях кричали все, сейчас некоторые люди начинают вздрагивать при слове «инновация». Я хочу понять, есть какие-то новые прорывные технологии в сфере промпроизводства химудобрений, есть ли они на ПМУ, эти инновации, чтобы их можно было прийти, увидеть, пощупать и сказать: «Да, это круто!».

- Пощупать у нас, увидеть, есть что. Ну я бы не назвал это прорывными инвестиционными вехами технологии, на самом деле, технология производства аммиака была разработана около 100 лет назад компанией «Хальдор Топсе», и ничего с этого времени не изменилось, ну единственное – в 50-е годы прошлого века был сначала агрегат аммиака, производили 30-50 тысяч тонн аммиака в год, после этого был сделан шаг на крупнотоннажные агрегаты, и вот агрегаты аммиака в мире после этого строились на 500-700 тысяч тонн в год. Но принципиально сама химическая формула не изменилась, и подход к синтезу аммиака, он не изменится, и веховых, наверное, в этом плане изменений нет и вряд ли, наверное, будут. Но точечных изменений очень много, они все равно есть – изменяются металлы, изменяются материалы, изменяется механика многих процессов. На самом деле в химической промышленности, наверное, больше не химии, больше физики – работы в давлением, с перекачкой ресурсов, химическая формула, ее вот легко очень на тетрадке написать, и она никуда там за многие века не изменится, а физика процессов – она улучшается. И все инвестпроекты, которые мы проводили и будем проводить, они в основном заключаются в чем? Что мы ставим более современную установку, которая способна более эффективно перерабатывать какой-то продукт, более эффективно перекачивать и потреблять меньше энергетики, поэтому вот так вот точечно, точечно, точечно, какими-то мелкими шажками достигается большой результат по увеличению суточной выработки либо по энергетике производства.

- Уважаемые радиослушатели! Я напомню, вы слушаете программу «Бизнес-ланч», ведет ее для вас Сергей Штерн, в гостях у меня директор филиала пермских «Минеральных удобрений» корпорации «УРАЛХИМ» Алексей Юрьевич Аверьянов. Алексей Юрьевич, я хотел бы спросить у вас вот о чем. ПМУ строились по проекту японской компании «ТОЙО Инжиниринг», в этом году вы завершаете реконструкцию агрегата аммиака, уже завершили, да. Японцы сейчас как-то привлекаются к работе? Я почему спрашиваю, потому что вот бывал я в Татарстане и слежу за этим регионом, потому что, как говорят очень многие, кто там бывал, развивается опережающими темпами, Пермский край здесь отстал. Вот в том же Татарстане начали строить второй завод минудобрений «Аммоний-2» с участием японских компаний «Мицубиши Хэви Индастриз» и «Соджиц Корпорэйшн». Японцы, кстати ведь, входили в число иностранных подрядчиков строительства «Аммония», как я узнал из прессы. Нет ли у нас здесь в Перми некоего такого желания привлечь японские технологии сюда, к нам, и чтобы японцы здесь у нас работали, помогали развиваться химической промышленности, в том числе на ПМУ?

- Ну вот, кстати, японский проект карбамида компании «ТОЙО Инжиниринг» – единственный был в странах Союза бывшего, вот карбамид единственный. Аммиачный агрегат по японскому проекту один из 13-ти, если я не ошибаюсь. Японских технологов и производителей мы привлекаем на любом участке, который мы планируем развить, модернизировать, как-то там реконструировать. На равных японские компании выступают при проработке каких-то технических решений, мы всегда приезжаем, японские технологи удивляют, конечно, своей подготовкой, с оборудованием, которое они перевозят для анализа процессов, поэтому мы всегда их привлекаем. Но в мире в целом они не единственные, которые, стремятся улучшить какие-то механические процессы, технологические процессы, поэтому я бы сказал – 50/50, т.е. у нас какие-то ряд позиций, он приобретается у японских компаний, ряд позиций у европейских, ряд позиций у российских, т.е. зачастую  российские – они же, как правило, дешевле в любом случае, и при сопоставимом качестве мы, безусловно, всегда российских производителей выбираем по оборудованию и т.д., а просто Татарстан… у них был генеральный центр инжиниринга японский, и поэтому они так, со всех сторон привлекали вот эти японские технологии. У нас на сегодняшний день, если говорить о карбамиде, мы пока ориентированы на работу с компанией «Стамикарбон», т.е. инжиниринговая компания, одна из самых известных в мире, и 60% мировых построенных агрегатов карбамида – это «Стамикарбон», голландцы, но при всем при этом непосредственно оборудование, допустим, компрессор углекислого газа, первая компания, кого пригласили на проработку этого решения – это была японская компания «Хитачи», поэтому вот эти все японские тяжелые конгломераты, они всегда впереди с точки зрения технологических решений, но как единым таким инжиниринговым центром мы их не привлекаем.

- А нет ли у нас с Татарстаном вот этой негласной войны за пальму первенства по технологиям?

- Нет, а как по технологии такая же может быть борьба? Т.е. мы и Татарстан, и мы, «Еврохим», и все при строительстве используем самые лучшие технологии. Наверное, это можно говорить, что как за заказчика за нас борются японские инжиниринговые компании, западные, ну т.е. мы как заказчик – плательщик денег, наверное, с этой среды лучше, с этой стороны смотреть. Поэтому это совершенно точно не конкуренты. Мы, безусловно, когда видим – новый проект идет, мы пытаемся оценить, посмотреть, какими решениями они пользуются, по какому проекту агрегат строится, какие решения применяют, и если что-то видим для себя полезное, мы это всегда используем, я думаю так же, как и на нас смотрят, на самом деле здесь производство, оно достаточно прозрачно, все решения, они стандартные, просто у кого-то получается это сразу реализовать – и все сразу, все заводы, пытаются это дело использовать, применить в своей работе, поэтому, я думаю, тут о конкуренции неправильно говорить.

- Кризис пермская промышленность в целом пережила, – говорят очень многие руководители предприятий, в том числе промышленных. Вы верите в скорый рост промышленности именно пермской, и какие есть предпосылки для этого, на ваш взгляд, и какие нужны?

- Я думаю, о каком-то таком серьезном двухзначном росте говорить пока рано, нам все-таки нужно стабилизироваться по прохождению текущего кризиса нашего, все-таки он как-то не завершился, пока геополитическое давление - оно сохранилось, все-таки Пермский край - он во многом ориентирован на какую-то машиностроительную и оборонную промышленность, от этого очень много зависит. Все предприятия, которые не связаны с таким государственным заказом большим, ну вот «Нефтехим» – там минеральщики, Горнозаводское вот направление, те чувствуют себя стабильно, думаю, машиностроителям более тяжело на сегодняшний момент, поэтому, наверное, правильнее их спросить, как они свою жизнь видят. Я думаю, Пермский край все-таки ожидает такое стабильное ровное поступательное направление, но без каких-то скачкообразных взлетов, кризис есть кризис, я думаю, тут и давление с точки зрения бюджета государственного, Пермского края, предвидится, но вот посмотрим, вот дороги, вот весна пройдет, и если дороги в нормальный вид, более-менее нормальный вид приведутся, ну, значит, еще все достаточно у нас хорошо.

- Последние два вопроса, времени у нас практически не осталось. Насколько суровы в современной России требования экологических стандартов к вашему бизнесу? У пермяков за минувший год было много нареканий в адрес промузла Сенцы.

- Сенцовский промузел, он окружен достаточно большой санитарной зоной, и в периметре ее происходит ежедневный и чуть ли не ежечасный мониторинг по всем параметрам, и наш непосредственно завод, под заводом же мы не одни, там несколько, и есть более крупные, мы, я думаю, самые экологически чистые, если говорить такими параметрами, потому что в силу того, что у нас цикл замкнутый, по большому счету, мы во внешнюю среду ничего не сбрасываем, т.е. в основном вот те, вот там башня наша приллирования, которая высокая, в основном это пары, т.е. когда выходит теплый процесс в холодную среду, он просто, ну, это в большей степени пар. Но да, экологические требования, они ужесточаются, мы это видим, и все наши решения, с которыми мы идем по производству, они направлены на улучшение экологической составляющей. Мы не говорим, что там, мы, безусловно, ориентированы прежде всего на валовое производство, на суточную выработку, на энергетику, но абсолютно все решения, они, в том числе, влекут за собой понижение воздействия на окружающую среду, потому что новое оборудование устанавливаешь, оно все равно более эффективное и позволяет уменьшить какое-то воздействие. Например, вот наш проект по карбамиду большой, по его завершению мы полностью уйдем, обнулим вообще какие-то воздействия на атмосферную среду, потому что у нас весь производимый аммиак, весь углекислый газ свободный, он будет связываться в конечный продукт, поэтому мы это видим, законодательная позиция в этом плане достаточно жесткая, и здесь нужно производителям всем действовать на опережение, потому что поздно будет хвататься за голову, когда платежи, ну, например, в 10 увеличатся, поэтому мы это видим  и делаем все, чтобы не просто минимизировать, а в идеале вообще уйти от какого-либо воздействия на окружающую среду.

- Последний вопрос: химическая промышленность – это уникальная отрасль, которая требует уникальных специалистов. Вы бы рекомендовали своему ребенку идти в эту сферу?

- Так как у меня девочка, наверное, работа непосредственно в машинном отделении все-таки не женский такой удел, это больше мужской, в целом я бы рекомендовал эту отрасль как стабильную, т.е. этот вот непрекращающийся кризис последних 10 лет такой показывает, что отрасль несет на себе стабильность, мы показываем это достойным уровнем оплаты труда, стабильной работой без каких-то там сокращений неожиданных, такой нервозности для персонала, поэтому я эту отрасль нашу рекомендую как одну из самых надежных с точки зрения работников, а уж в какой среде профессиональной ребенок себя найдет, это же и на химическом производстве есть и снабжение, и юристы, и технологи, и архивариусы, и поэтому применение, наверное, время покажет, какое ребенку дать. А как отрасль я, безусловно, рекомендую.

- Спасибо большое! Друзья, напомню, это была программа «Бизнес-ланч», в гостях сегодня был директор филиала пермских «Минеральных удобрений» корпорации «УРАЛХИМ» Алексей Юрьевич Аверьянов. Алексей, спасибо большое, что пришли.

- Спасибо за общение.

- Удачи вам в делах.

- До свиданья!

- До свиданья!

 

__________________

Программа вышла в эфир 14.03.2016 г.


Обсуждение
2375
0
В соответствии с требованиями российского законодательства, мы не публикуем комментарии, содержащие ненормативную лексику, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Недопустима публикация комментариев: содержащих оскорбления участников диалога или третьих лиц; разжигающих межнациональную, религиозную или иную рознь; призывающие к совершению противоправных действий; не имеющих отношения к публикации; содержащих информацию рекламного характера.