Верхний баннер
13:39 | СУББОТА | 26 СЕНТЯБРЯ 2020

$ 76.82 € 89.66

Сетка вещания

??лее ????ов??ое ве??ние

Список программ
12+

отдел продаж:

206-30-40

11:28, 27 октября 2016
Автор: Егор Тверетинов

«И у меня такая мысль давно уже, исходя из моего опыта тестирования и обучения, что очень многие люди, к сожалению, просто плохо водят автомобиль», — Андрей Тарасов, инструктор по контраварийному вождению

Доброго дня, пермяки! В эфире «Дальний свет». У микрофона Егор Тверетинов, за звукорежиссерским пультом Сергей Слободин. Сегодня мы постараемся ответить на, наверное, один из самых интересных и самых извечных вопросов – кто такой хороший водитель? Искать истину мы будем вместе с Андреем Тарасовым, нашим автоэкспертом. Здравствуйте, Андрей!

– Добрый день!

К концу передачи мы постараемся создать образ действительно хорошего водителя, ну а в процессе постараемся рассмотреть наших коллег за рулем с разных сторон. Честно скажу, эта тема была предложена Андреем и давайте послушаем, почему.

– Почему именно такая тема? Вот я как-то задумался, начинается у нас каждый год переход с лета на зиму и возникает проблема: день жестянщика, повышенная аварийность и прочее. А с другой стороны, если я умею водить автомобиль, если я ответственный водитель, то почему эти аварии происходят? И у меня такая мысль давно уже, исходя из моего опыта тестирования и обучения, что люди просто, очень многие люди, к сожалению, просто плохо водят автомобиль. Недавно я прочитал книгу Бена Коллинза, это легендарный Стиг из передачи «TopGear» на Би-Би-Си, который тоже считает – я был этому рад, этому подтверждению – что много аварий от того, что люди просто плохо водят автомобиль. И тогда возникает вопрос: что такое хорошо водить автомобиль? Кто такой хороший водитель? И вот эту тему я предложил на обсуждение и слушателям, и нашему ведущему, чтобы понять, кто это и где кроются причины хорошего или плохого вождения.

Да, сегодня мы отвечаем на извечный вопрос: что такое хорошо, а что такое плохо. Наверное, один из аспектов плохого вождения, неправильного вождения – это может быть неправильная подготовка в автошколах.

– Небезопасно – все-таки это более точное слово, на мой взгляд. Что такое неправильно и правильно? Это вещи такие, очень субъективные, а вот небезопасно и безопасно – это уже, на мой взгляд, более конкретные.

Да, небезопасное, небезопасное. Итак, чего не дают в автошколах? Каких аспектов безопасности вождения недостаточно?

– Мы сейчас скатимся на такую долгую тему, не очень благодарную.

Ну, тем не менее, мы постараемся как-то это…

– На мой взгляд, не дают, не дают, с точки зрения некой философии, некого такого общего подхода, отношения к безопасности, отношения к тому, что скорость, она убивает. И когда ты сел за руль, ты вчера был, условно говоря, пешеход, скорость твоя три километра в час, ты шел, с кем-то столкнулся, максимум – получил синяк. Теперь твой вес – тонна, твоя скорость – 100 километров в час, и надо перейти из состояния пешехода в это состояние, когда ты уже в числе скоростных. И поэтому вот это и ответственность за то, что ты стал таким вот тяжелым и скоростным. Этому никто не учит, с точки зрения как бы перехода, понимания. Учат технике вождения – нажал педаль, не нажал педаль, более-менее маневрированию задним ходом и прочее. А вот отношению к тому, что ты стал другим, когда сел за руль, этому, к сожалению, не учат, а это очень важный момент, на мой взгляд, такая базовая вещь.

Я правильно понимаю, что помимо навыков еще нужно перестроить голову потенциального водителя.

– Я думаю, все-таки в первую очередь, когда я решил ездить за рулем, я должен понимать, что я стал другим и поэтому это определяет мои навыки. Если я не буду эти вещи понимать, тогда я буду с этими навыками по-другому общаться, соответственно, будет проблем. У меня были ситуации на занятиях, когда человек на такое тестирование приехал и разворачивается на скорости 60 километров в час на узкой дороге. Машина скрипит, по асфальту скользит, спрашиваю: почему? – «А как надо?» – «Так скорость же?» – «А что такое скорость?» То есть он, вчерашний пешеход, сел за руль, поехал быстро, и он не ощущает эту скорость и не понимает, что надо ее бояться.

Не понимает, видимо, что называется, физики всего этого процесса.

– Да, да, да. И понимаете, он же ведь не обязан понимать эту физику, он, допустим, он музыкант, или, допустим, он писатель, фотограф, да просто человек, который живет в другом каком-то измерении.

Его деятельность никак не связана со всеми этими историями.

– Не связана с движением, у него нет велосипеда, вообще ему он не нужен, он просто решил ездить на машине. И вот объяснить ему в автошколе должны, что это другое состояние жизни, оно меняет много что в тебе, в том числе, в первую очередь, наверное, именно вот отношение к скорости. А потом уже выходят из этого навыки как тормозить, как поворачивать, на какой скорости поворачивать. Сначала задаем общую глобальную проблему, а потом ее решаем. Этого в автошколах, к сожалению, нет.

Ну и мы тогда плавно переходим все-таки к вашим советам по программе подготовки водителей, советам как автоэксперта. Что нужно изменить в программе?

– Ну вот мы об этом уже поговорили, да?

Ну какие-то может быть конкретные. То есть, «я считаю, что нужно: первое – сделать вот это, второе – сделать вот это…» Потому что я, например – вот буквально за эфиром мы с вами обсуждали – я вижу и я знаю, наверное, даже конкретных людей, которые занимаются следующей услугой… Потенциальные водители их заказывают, платят им определенную денежку и они приезжают, тренируются непосредственно по тому маршруту, по которому будет происходить сдача на водительское удостоверение в ГИБДД.

– Ну это традиционные вещи, к сожалению, да.

Как минимум, я думаю, что может быть маршруты можно поменять сдачи, чтобы они были всегда сюрпризом?

– Вы понимаете, если идти от автошколы, то она должна уйти от натаскивания. Видите, автошкола отвечает как бы на задачу, которую ставит ГИБДД как экзаменатор. Вот если экзаменатор в лице ГИБДД поменяет отношение к экзаменам, будет не только проверять, как проехать два перекрестка на второй передаче или как заехать задним ходом, или какую-нибудь сделать змейку, или в горку подняться. То есть это техника. А если будет предлагать оценку более качественную, то есть, например, вот как это сдается, опять же, мы уже говорили не раз, в западных странах, в той же Норвегии, в Германии. Вот новичок пришел на экзамен. Вот тебе маршрут – построй маршрут, и ты должен оценивать, как этот маршрут будет построен: опасные повороты, насколько много было левых поворотов, и прочее. Оценивается ночное движение, оценивается торможение зимой, то есть оцениваются какие-то более высокие параметры, например, на перекрестке как часто и как осматривает перекресток перед подъездом к нему начинающий водитель. Есть определенный алгоритм. Как он часто осматривает вообще зеркала, как перестраивается, как он выбирает маршрут, думает ли – надо ли обогнать или нет. Вот эти вещи на экзамене у нас не проверяются. И поэтому автошколы, следуя за тем, что требования очень низкие, повторюсь, 20 перекрестков, вторая, максимум, третья передача. С чем я сталкиваюсь, когда я вижу после автошколы людей?

Я думаю, что – можно, я предположу? – я думаю, что у этого человека не происходит анализ вообще всего этого пути его. Он думает об одном: поворотники, поворотники. Я согласен, надо их включать, но если забили ему голову за эти 50 часов в автошколе, что это самое главное в вождении – поворотники и объехать ямки, вот две задачи – объехать ямки и поворотники. И едет этот вчерашний выпускник автошколы, и у него первая мысль: «Включил, не включил, включил, не включил?» Дальше этого он не думает. Он не думает, что изменилось впереди, впереди, допустим, кто-то остановился, кто-то выбежал на дорогу, кто-то резко перестроился. Он не смотрит вперед, он не оценивает опасности впереди, но он думает о поворотниках.

– Ну все правильно, потому что в процессе обучения ему говорят, что «товарищ, инспектор, сидящий в твоем автомобиле, будет снижать тебе баллы за то, что ты не указал поворот при перестроении или при повороте».

Да, это надо, это классно, пусть будут поворотники, безусловно, это очень хорошо, когда люди информируют про свой маневр. Но дальше-то что? Ну показал ты его, а что дальше будет?

– Да, дальше возможен сюрприз. У меня вот буквально сейчас возникла такая мысль: может быть посыл нашей автошколы, наших автошкол в том, чтобы сдать экзамен, а не в том, чтобы научиться правильно ездить.

Ну конечно, потому что, опять же, тут понимаете, вещь такая, мы уходим в такую ментальную историю. Дело в том, что все хотят быстро и дешево. И поэтому, когда мы сейчас посмотрим программу подготовки водителей категории B, сколько там всего требуется и нужно изучить, и возьмите…

– Да, мы с вами только что посмотрели, причем она утверждена Министерством образования и науки РФ в 2013 году, то есть она не такая старая, в принципе. Ну и там прямо ряд пунктов, которые…

Что должен уметь человек.

– Да, что должен уметь, но я как водитель, который еще помнит школу свою автомобильную, скажу, что нас такому не учили. Например, вот: управлять своим эмоциональным состоянием водитель обязан. Не учили. Что еще? Выполнять ежедневное техническое обслуживание транспортного средства.

Нас этому не учили, нам говорили, что так нужно делать, но никто не вдавался в подробности, как это делать и об этом более подробно.

– Вот я бы такой ввел совет, пока мы дальше не ушли. Понимаете, тут есть такая спорная вещь: с одной стороны, когда у вас новый автомобиль, у него есть некая гарантия и прочее, осмотр технический, с точки зрения проверки масла, быть может, не надо каждый день делать.

А если пытались скрутить ночью колеса?

– Вот, надо осмотр машины. Ты подходишь к машине, смотришь на нее: царапина появилась, остались ли колеса, разбита фара, загнуто, допустим, у тебя зеркало, то есть что-то с этим происходило. Вот это уже важный момент. Или ладно, спустили колеса, скрутили колеса – это одна история. Но когда ты подходишь и видишь, что колесо спущенное… Вот у меня была такая история, вроде даже на каком-то моем опыте. Я выезжаю со стоянки и мне показывает водитель: «У тебя колесо спущено». То есть я в спешке своей не посмотрел на то, что у меня спущено, а это уже плохо. Поэтому осмотр автомобиля перед поездкой с утренней стоянки, с вечерней, после работы, после офиса, после магазина – это полезная вещь, чтобы просто понимать, поцарапали здесь или не поцарапали здесь, чтобы потом у тебя не было каких-то претензий к кому-то или ты знал, кому их предъявить.

Не было грустных сюрпризов чтобы потом. Сейчас я предлагаю перейти, скажем так, к рассмотрению наших водителей с разных их сторон. Первый такой вопрос, который я бы хотел вам задать: есть ли возраст, крайний возраст обучения вождению? Может ли человек сесть за руль после сорока лет в первый раз? Или все-таки?..

– Ну сорок лет – это довольно молодой возраст, сорок лет.

Нет, но, тем не менее? Или все-таки опыт вождения 20-30 лет – это все-таки основополагающие безопасности на дороге.

– Я поделюсь опытом своим. У меня были мои клиенты, клиентки-женщины, которые сели за руль в 60 лет.

В 60?

– В 60 лет, причем они были совсем не из технической области, были такие гуманитарии-гуманитарии. Не так давно я слышал, что в Кунгуре у нас одна женщина села за руль что-то в 70 или в 80 лет, такая была информация.

В первый раз?

– В первый раз пошла в автошколу. Я лично ее-то не знаю, просто я слышал в новостях, это в нашем крае, в Кунгуре такая история где-то происходила. В сентябре, по-моему, об этом говорили. То есть, если есть желание человека, желание его, такое, которое его сжигает, он будет ездить.

В любом возрасте?

– В любом возрасте.

И научить можно?

– Конечно.

Нет такого, что вот…

– Понимаете, тут ведь как, вопрос научить, он же упирается, человек же сам учится. Это же я учусь и ищу себе помощников в виде друзей, родителей, интернета, инструктора, кого-то еще. Это мне надо. Не вам надо, чтобы я научился, а мне надо.

Да, понятно, да, да, да, да, да.

– И поэтому, когда есть такое желание, оно будет реализовано. Если нет – нет. Конечно, в 20 лет, или там у меня занимались дети в 12-14 лет, они ничего не боятся, они не боятся не в смысле боязни технической, они не боятся быть неумехами. Ведь какая проблема у людей в возрасте? Свое лицо сохранить. Как-то неловко быть каким-то неумехой, когда ты уже сложился в другой области. А пацан – нет, или девушка в 14 лет.

Быть неопытным за рулем, когда ты уже опытен в жизни.

– Да, да. Это бывает сложно преодолеть, это да. Конечно, реакция быстрее, люди осваивают, допустим, в 14, 16, 18 лет быстрее, чем, допустим, в 40 лет. Но и в 40 можно освоить, это просто путь будет более долгий – и всё.

Вот буквально у нас еще есть две минуты до перерыва на рекламу. Раз уж мы начали разговор о подготовке новых водителей и о том, кто благодаря кому садится за руль, в чем разница, если меня, как начинающего водителя, первый раз за руль посадил инструктор в автошколе, или меня, как начинающего водителя первый раз за руль посадил мой папа, например, или, например, какие-то родственники?

– Ну только дело в том, что вас папа посадил лет в 12 за руль или даже раньше, просто на коленях посадил и поехали где-нибудь по лесной дороге и вы уже стали к этому привыкать с детства, и вы как бы… Понимаете, какая бывает проблема у тех, кто в детстве машину не видел, особенно для женщин: ты живешь в мире, где у тебя не было техники. А, допустим, ты родился, у тебя есть мама, папа, кошка, собака, старший брат и машина, и ты живешь и понимаешь, что это как бы член семьи, и ты ее не боишься. Ты пришел, в 40 лет к машине подошел – чужой мир для тебя совершенно. Это вот такая особенность, конечно, есть. А с точки зрения именно вот техники и навыка, то и папа может неправильно научить, если у него представление о вождении определенное, и так же может быть с инструктором, который тебя может научить не тому, что надо. И так и может быть наоборот: папа, который понимает, какая это опасность и какой это кайф одновременно, он свое отношение, которое он тебе передаст, и бывает хороший инструктор, который так же передаст тебе. Поэтому здесь, на мой взгляд, не принципиально с точки зрения обретения навыка. Раньше лучше, безусловно, раньше лучше начинать ездить.

То есть мы все-таки рекомендуем папам, ну или в наше время уже, наверное, и мамам…

– В этом плане, да. То есть, если у вас есть ребенок и вы так или иначе можете с ним поделиться этим навыком вождения, если ребенок хочет, надо делиться. Если он говорит: «Нет, не хочу никогда» – насиловать не надо.

Силком заставлять не надо, потому что, наверное, это и отношение дальше к автомобилям поменяет, и отобьет, в принципе, желание.

– Ну и внутреннее отношение тоже.

В начале этого блока я не буду задавать никаких вопросов, просто скажу одну фразу, которая, наверное, вызовет кучу эмоций. А перед этим напомню телефон в студии, по которому мы бы хотели с вами пообщаться: 206-60-66. Еще разок: 206-60-66. Итак, эта фраза: женщина за рулем. Что вы скажете по этому поводу?

– Вот заметьте, Егор, поначалу вы говорите «водитель», а потом «женщина». Понимаете, если мы говорим про водителя…       

Это бессознательно происходит.

– Это у многих так бывает. Мы говорим тогда про водителя. И на мой взгляд, когда происходит какое-то ДТП, мы говорим «водитель».

Так.

– Как-то не справился с управлением, допустил выезд и т.д. и т.п. Поэтому здесь нет с точки зрения вождения женщины или мужчины. Здесь есть водитель, который нарушает или не нарушает, который ответственный или безответственный, который безопасный или небезопасный. И поэтому вся эта история – это такой, на мой взгляд, такой мужской шовинизм, который идет еще с момента, когда, ну вот как мы об этом с вами говорили за эфиром, было время, когда так или иначе мужчина был более ответственен в своей жизни, он зарабатывал деньги на семью и прочее. Сейчас ситуация немного или намного изменилась, много женщин, которые сами хорошо зарабатывают, руководят, много всяких машин, вообще живут очень такой жизнью, более, что ли, независимой. А у мужчин стала ситуация немного другая, многие ушли в такую ситуацию, когда у них работы нет, и ситуация не самая лучшая жизненная. И у него остается одно свое «Я»: «Я водитель, я могу водить машину, а ты не можешь». То есть получается какой-то момент такой наведенный, такой психологически, а не потому, что женщина плохо водит машину. Плохо водит тот, кто плохо к этому относится, на мой взгляд, так. Я знаю лично, не только из тех, кто у меня занимался, просто знаю женщин, которые очень водят машину хорошо, и мужчин, которые водят очень плохо. И ему уже лет под 60, а он плохо водит машину, хотя за рулем вроде как всю жизнь. И она ездит пять лет и ездит очень хорошо, с точки зрения безопасности и ответственности за то, что она делает. Поэтому я бы здесь все-таки от этого уже ушел, это уже такой как бы немножко шлейф из прошлого, что женщина за рулем – это плохо, а мужчина за рулем – это хорошо. А почему?

Так вот как донести-то вот это до наших коллег за рулем?

– Я думаю, жизнь поставит все на свои места, но надо понимать, это в большей степени именно психология, попытка за свое «Я» зацепиться. А потом, опять же, вот смотрите: а кто сказал, что мужчины водят машину лучше? Исходя из чего это? Где критерии, которые определяют, что именно мужчина водит лучше машину?

Ну вот я не слышал никаких таких критериев.

– Я тоже не слышал.

Ну понятно, что многие автомобилисты ссылаются на то, что вроде как в автоспорте доминирующее большинство – это мужчины, но, ребята…

– Наталья Гольцова. И ей это нравится.

Нет, ну это понятно, я говорю – доминирующее большинство. Я не исключаю, да, девушек, которые классно управляют своими машинами.

– Нет, я предполагаю, что, допустим, что с точки зрения физиологии мужчина больше готов к опасности, к какому-то риску и прочее. Но если мы рассматриваем вождение как только лишь чисто риск, тогда это автоспорт, как вариант, да? Если нам нужно гражданским образом тихо, спокойно доехать с работы, до дома, в садик, в школу, на работу, в магазин соседний, на дачу доехать, это достаточно такая обыденная-то вещь, и она… Что такое оператор скорости? Это оператор, который управляет скоростью. Соответственно, это может сделать и женщина, которая более ответственна, более бывает вдумчива, без этой суеты в виде понтов, какие есть у мужчин. Поэтому здесь, на мой взгляд, это просто разный стиль.

То есть, я правильно понимаю, что никаких условно биологических, скажем так, предпосылок?

– На мой взгляд, сегодня такого нету.

Кто может быть гипотетически лучше, кто может быть гипотетически хуже.

– А что такое лучше, опять же?

Мы этот критерий пока еще не выяснили. Я себе делаю пометочки, я уже поставил, что возраст этого человека мы определить с вами не можем.

– Принципиально, на мой взгляд, нет.

Вот. Возраст мы не можем определить. В данном случае мы понимаем, что, наверное, и пол мы тоже не можем определить.

– Пол не можем, да.

Поэтому давайте искать истину и критерии дальше.

– Давайте.

Давайте затронем все-таки, скажем так, типы личности: эмоциональных, не эмоциональных людей, стрессоустойчивых, не стрессоустойчивых. Что мы им посоветуем, и может быть кого-то из них мы поставим в рамки хорошего водителя.

– Опять же, на мой взгляд, что называется, жизнь все расставит на свои места, потому что я знаю людей, которые очень эмоциональные, очень такие активные, все делают быстро, и когда они сели за руль и пытаются этот свой элемент характера перевести в жизнь, они начинают торопиться, в какие-то попадают мелкие аварии и, получается, машина, сама жизнь, она тебя как бы подстраивает под все. То есть свой темперамент ты подстраиваешь, потому что ты понимаешь, будешь суетиться – будешь в беде. Поэтому так или иначе такой некий уравниватель всего. Другое дело – какой-нибудь флегматик, который делает все медленно, попадает в поток и надо ехать со скоростью потока. И он так или иначе вынужден подстраиваться под это дело, потому что он не может ехать медленнее, чем все едут в этом потоке.

Ну конечно.

– Поэтому, получается, ну опять же, на мой взгляд, твои качества, они, конечно, важны, кто-то быстрее реагирует. Но если, допустим, я, уже в возрасте я плохо ориентируюсь, я буду просто раньше замечать эту опасность и буду просто раньше на нее реагировать. У кого-то есть скорость реакции, а у кого-то есть как бы такое прогнозирование этой ситуации. Поэтому здесь… Конечно, есть люди разного темперамента, но, опять же, на мой взгляд, дорога, машина, жизнь уравнивает так или иначе всех в одном – не суетись.

То есть, опять-таки, мы ставим еще одну галочку о том, что, в принципе, и конкретного типа личности в рамки хорошего водителя мы не можем занести.

– Потому что, если, например, скажем, допустим: «Ты холерик, тебе ездить нельзя, а ты флегматик, тебе можно», или наоборот, я бы так не решился, потому что возьмем вот, выйдем сейчас на улицу, даже здесь вот, в аудитории, здесь в офисе на радиостанции, и посмотрим на всех, кто здесь есть. Все разного темперамента и почти все ездят на машине.

Ну ездят, и я думаю, что нет такого человека, который каждый день попадает в аварии.

– Опять же, поэтому тип твоего темперамента не так важен, чтобы быть безопасным, а важно отношение к этому делу.

Ну и как его правильно воспитать в себе, это отношение? Вот я думаю, что это, наверное, больше касается высокоэмоциональных людей, импульсивных, вспыльчивых. Как-то себя нужно заставить немножечко успокаиваться и сдерживать себя. 

– Ну опять же, если я знаю за собой такую вот черту такой вспыльчивости и я вижу, что это периодически приводит к каким-то таким серьезным проблемам, то если мне эти проблемы не надоедят, либо не будут сильно материальны… Вот у меня, опять же, очень давний пример из практики моего начинающего вождения. Я допустил столкновение с машиной, которая была передо мной. Тогда еще не было ни КАСКО, ни ОСАГО, ничего. То есть у меня не было ОСАГО, я был не прав, я выплатил за эту аварию какие-то приличные для меня тогда деньги. Это было очень таким для меня ярким уроком.

Ну сейчас-то таких уроков, в принципе, по большому счету, нет.

– Почему?

Ну допуская ДТП, в котором сумма ущерба, например, в 90000, мы просто повышаем свой коэффициент страховки и эти 90000-то, в принципе, платить-то и не будем.

– Я не совсем понял, о чем вы говорите, потому что, допустим, когда я вижу, что две машины столкнулись, я теряю время, у меня помят бампер, я должен его починить, то есть у меня ОСАГО не хватает, я должен… То есть так или иначе это определенного рода потери.

Ну определенного рода потери есть, но они, скажем так, в финансовом плане не столь глобальные, как до введения ОСАГО, наверное.

– Ну может быть, у меня давно не было таких ситуаций. Я к тому, что когда у тебя происходит… Вот, допустим, я такой темпераментный и я вот в этом своем темпераменте сделал одну, другую ошибку, и она мне боком сильно вылезла, я начинаю думать, потому что стоит, сев за руль, быть более спокойным.

Влияет ли каким-то образом профессия или занимаемая должность на манеру вождения, на безопасность вождения?

– Ну на манеру, конечно, влияет, потому что мы уже говорили, подстраиваться нужно под темперамент, потому что если человек руководитель, так или иначе он пытается, может пытаться свое отношение перенести на окружающих, на движение. И, конечно, допустим, если… Вот у меня, опять же, все примеры из жизни, у меня занимаются люди – анестезиологи, люди, работающие в реанимации, хирург или сестра реанимационная. Они принимают быстрые решения, делается очень быстро все. И это, конечно, влияет на их жизнь и за рулем, иногда даже немножко в худшую сторону. Но мы о чем говорим? О том, что мы все очень разные, у нас есть разный опыт, возраст, профессия, какие-то наши социальные достижения и прочее. Но опять же, на мой взгляд, дорога все уравнивает. И если я такой какой-то крутой парень, какой-то большой начальник и что-то сделал не так, не соотнес, не соизмерил, не спрогнозировал, то моя большая, красивая машина, если она будет так же где-то разбита в кювете, как и какая-нибудь маленькая машинка того, кто совсем такого успеха в жизни не достиг. Поэтому, конечно, понимаете, мы так или иначе пытаемся пробовать эту жизнь в разных ее ипостасях с точки зрения вождения, но все уравнивается. Если я это понимаю, если я понимаю, что, сев за руль, я не начальник, не доктор, не муж, жена, ребенок, я водитель, который попадает в определенную систему ценностей, в систему все-таки законов и я их пытаюсь соблюсти, чтобы я был в безопасности, дело даже не в ПДД, а в законах безопасного вождения, так можно сказать, если я это понимаю и если я с этим соотношусь, тогда все хорошо. Если я пытаюсь… Вот, опять же, я сам не из Перми, и когда я сюда приехал, такую вещь я заметил, что есть такой здесь как бы прикол – переплыть Каму. Переплыть Каму – это крутизна такая. Учитывая, что я плохо плавал, для меня это вообще было какой-то фантастикой, вот такая большая, длинная, широкая река, и переплыть Каму. И вот у меня занималась одна девушка, такая была очень темпераментная девушка, которая все пыталась подстроить под себя, и на дороге тоже. Она из тех, кто Каму переплывают. Я спрашиваю: «А вы плывете против течения?» «Да вы что, такая мощь, как можно плыть по течению, переплывая Каму! Вдоль, слегка уходя по диагонали, чтобы тебя могло течение». Так вот та же история с дорогой. Я могу быть самым крутым начальником, если я сел за руль, пытаясь ехать против течения вот этой большой дороги, она меня построит. Поэтому не стоит пытаться здесь свои законы навязывать.

Будучи начальником на работе, не нужно пытаться быть начальником на дороге.

– Да, да, не надо.

Не нужно руководить дорожным движением, для этого есть специально обученные люди, которые занимают свои должности.

– Есть даже какие-то просто правила безопасного вождения, которые позволяют мне здесь выплыть и выжить, а не попытка подстроить весь мир под себя. Ну там, да, какие-то охрана, мигалки и прочее – это уже другая история, это уже не имеет отношения к дороге.

Это не имеет отношения к обычным к нашим гражданским водителям. Это совершенно другая история, так точно.

– Конечно, конечно, мы говорим про гражданскую жизнь, про нас с вами, кто вот сейчас выйдет из студии, сядет за руль и поедет по своим делам.

Совершенно верно, совершенно верно. То есть мы с вами только что, скажем так, поставили еще одну галочку, то есть критерии хорошего водителя не определяются его должностью или профессией, правильно ведь?

– Да, да, да.

Тогда еще такой вопрос: количество ДТП все-таки возрастает, и мы с вами прекрасно понимаем, что вновь севшие за руль люди неправильно, нехорошо ведут себя за рулем.

– Небезопасно.

Небезопасно, да. Может быть это связано с тем, что российская школа от советской школы чем-то отличается вождения?

– Ну мне не довелось учиться в советской школе, хотя я знаю тех людей, которые там учились. Учились тогда все в ДОСААФе, учились по полгода, учились на грузовых машинах или на каких-то еще, я это знаю не очень хорошо. Другое дело, что, понимаете, сильно меняется сама по себе жизнь и меняются условия жизни. Тогда, допустим, 30 лет назад или 40 лет назад было меньше машин, были другие машины, была другая жизнь на самом деле. Поэтому переносить один в один те правила сюда, на мой взгляд, странно. Потом вот такой, опять же, пример: я вырос в поселке, где у нас никогда не закрывались двери на замок, были такие картонные двери в подъезд и картонные двери в твою квартиру. Сейчас каждый желает жить, где у тебя огорожен двор, шлагбаум на въезд, консьержка в подъезде, и еще у тебя стоит очень дорогая дверь, понимаете? Поменялось это время, когда можно было не закрывать подъезд и не закрывать квартиру. И перенести те принципы сюда можно только, если в каком-то общечеловеческом плане, а не в деталях. Поэтому я бы по-другому сказал. Если поглядеть на то, как меняется… Опять же, вот я стараюсь это дело смотреть, обучение вождению в других странах, опять же, такого развитого мира, то они следуют за изменением, имея главный принцип – минимальная смятость. Есть такой принцип, что во всей Швеции введен – минимальная смятость. И когда стоит во главу угла вот этот принцип, тогда выстраивается все остальное под него: обучение вождению, обустройство дорог и прочее. Вот это вот важно. Пока такого принципа у нас, на мой взгляд, нету, не проговорено ни с точки зрения как бы такого, опять же, ответственного согласия, ни какого-то такого закона принятия в правительстве. То есть мы говорим, отчитываемся о каких-то – меньше, больше ДТП – но принципиального подхода, на мой взгляд, такого нет. И поэтому у нас не выстроена система принятия экзаменов более совершенная, которая отвечает современным условиям, ну и, естественно, не выстроена система обучения, потому что если экзамены принимают одним образом, то никто не будет и учить тебя по-другому.

Ну и еще раз повторюсь, что мы приходим к тому, что наша школа учит сдать экзамены, а не учит водить автомобиль.

– Да, да, да.

Это печально, это печально. Но в любом случае, мы поставили с вами еще одну галочку. То есть опять она все равно отсылает нас, конечно, к возрасту, но, тем не менее, значит дело-то… Хороший водитель – это не тот, который закончил либо советскую еще школу в свое время…

– Нет, нет.

Либо уже российскую. То есть круг-то, он как бы, в принципе-то…

– Сужается.

Сужается, да, сужается. И мы все больше ближе и ближе подходим к тому, что хорошим водителем может быть каждый из нас.

– Конечно, конечно.

Каждый из нас. Ну давайте тогда затронем тему, в чем же причина тогда аварийности вождения. Вот мы обсудили с вами то, что… Ну я вот на самом деле не понимаю, как может человек не ценить жизнь, неужели не страшно?

– Ну вот понимаете, мы об этом говорили еще, когда готовились к эфиру, насколько я помню. Мое убеждение, что цена жизни в нашей стране сегодня, она очень низка. И люди ментально понимают, что это все стоит дешево, поэтому вкладываться во что-то, в обучение вождению, или там каким-нибудь… То есть у меня, опять же, был такой интересный пример из жизни: у меня занималась одна очень такая интересная женщина, которая с детства за рулем, у нее два высших образования, у нее карьерное такое движение хорошее, притом она говорит: «Мои ценности, моя ценность – это семья, моя ценность – это работа, это образование и прочее, а вождение так, типа остаточным принципом». Но когда я ей говорил: «Смотрите, вы можете потерять все это – семью, вашу карьеру и прочее за четыре секунды какого-нибудь ДТП». Это почему-то как-то в голову людям не приходит, что вот это все можно потерять очень быстро. Почему это бывает – я доказать этого не могу.

Раз – и всё, и нету.

– Раз – и всё.

Тогда еще один вопрос к критериям хорошего водителя: семейность этого человека, отличается ли манера вождения людей семейных и не семейных?

– Да.

Родителей и еще не ставших родителями?

– Вот буквально вчера у меня было тестирование и молодой человек, который у меня был на тесте, у него трое детей – девочки, старшая, и двойняшки, и ему лет, наверное, около 30-ти. И он рассказывал в процессе нашего теста, насколько он был безбашенным водителем, пока он был один, пока он жил у мамы с папой и, в общем-то, это так или иначе тебя никак не настраивало на какой-то безопасный стиль. Когда появились дети, старшая, потом младшая, он, когда он едет с ними, с этими детьми своими, он тут же понимает, что вот это новая жизнь появилась и он отвечает за нее даже в большей степени, чем за других. И поэтому, на мой взгляд, опять же, на мой взгляд, появление детей у большинства водителей повышает ответственность за то, что они делают. Ну не у всех, опять же, конечно, но мы говорим о некой такой гражданской средней массе, которая так или иначе реагирует на то, что происходит вокруг, и дети появились – уже более ответственное поведение.

С появлением детей, то есть и…

– Ну из опыта моего я считаю, что, да.

То есть и с точки зрения водителя тоже, у водителя меняется голова.

– Ну конечно, конечно.

У нас осталась буквально минута до окончания нашей замечательной программы. Давайте подведем итог: кто такой хороший водитель? Мы поняли, что не важно, сколько ему лет, не важно, водитель – это бесполое существо.

– Бесполое абсолютно, на мой взгляд.

Абсолютно. Не важно, начальник он или подчиненный, не важно, в какой школе он учился. Но, видимо, водитель немножечко лучше, если у него есть дети. Ваше финальное слово.

– Вот я делал такой небольшой интернет-опрос среди своих друзей. И мне очень понравилось одно определение у моего интернет- и в жизни товарища, который так вот он написал: «Хорошо водить автомобиль, по-моему – это способность соизмерять свои таланты с возможностями авто погодной дорожной обстановкой, а также – опять же, ключевое слово – обязательная постоянная готовность к внештатной ситуации. То есть когда я постоянно соотношу то, что я делаю – себя, дорогу, машину – тогда я хороший водитель».

Спасибо большое! У нас в студии был Андрей Тарасов, я думаю, что мы нашли ответ на вопрос: кто такой хороший водитель? У микрофона был Егор Тверетинов, за звукорежиссерским пультом Сергей Слободин. Оставайтесь на «Эхе».

_________________________

Программа вышла в эфир 19 октября 2016 г.


Обсуждение
2212
0
В соответствии с требованиями российского законодательства, мы не публикуем комментарии, содержащие ненормативную лексику, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Недопустима публикация комментариев: содержащих оскорбления участников диалога или третьих лиц; разжигающих межнациональную, религиозную или иную рознь; призывающие к совершению противоправных действий; не имеющих отношения к публикации; содержащих информацию рекламного характера.