Верхний баннер
02:26 | ЧЕТВЕРГ | 22 ОКТЯБРЯ 2020

$ 77.03 € 91.34

Сетка вещания

??лее ????ов??ое ве??ние

Список программ
12+

отдел продаж:

206-30-40

12:55, 30 июня 2017

«Мы не допустим блокировки лицевых счетов, отсутствие закупа медикаментов, не выплат заработной платы персоналу медучреждений», - Алексей Казаченко, замминистра здравоохранения

Артем Жаворонков: Повторюсь, очень сложная ситуация, особенно для понимания обывателям, как так сложилось, что вроде бы у государственных учреждений мог образоваться такой серьезный долг, причем цифры, которые назывались, скажем, на начало прошлого года, показывали что-то порядка 51 миллиона кредиторской задолженности, потом была цифра 250, сегодня на АЗС озвучивали 434 миллиона. При этом речь шла даже чуть ли ни о миллиардах, но там вроде как еще и с долгами по зарплате, но с этим разобрались. Вот хотелось бы экспертно, чтобы вы пояснили, вообще, как это могло случиться с государственными учреждениями?

Алексей Казаченко: Артем, смотрите, действительно, в настоящее время по ряду учреждений здравоохранения мы наблюдаем достаточно напряженную финансовую ситуацию. Те цифры, которые вы озвучивали, в частности 434 миллиона на 1 июня, эти цифры действительно адекватные, и подтверждены статистическими отчетными бухгалтерскими данными. Но сразу хочу отметить, что эта кредиторская задолженность образовалась не одномоментно, она у нас росла на протяжении 2015-16 годов. Причем преимущественно по учреждениям здравоохранения так называемого первого уровня. Это районные больницы, центральные районные больницы и  взрослая поликлиническая сеть.  Полагаю, что существенное влияние на формирование такой задолженности оказало изменение тарифной политики в системе обязательного медицинского страхования, в частности отказ от индивидуальных тарифов для отдельных учреждений. И это в свое время привело к снижению доходов. И более того, нормирование распределяемых объемов медицинской помощи по ряду учреждений привело, например, к снижению конечного фонда именно в тех учреждениях, где он изначально был завышен по отношению к нормативу. А учреждения здравоохранения не приняли адекватные меры по оптимизации затрат на содержание персонала и имущественного комплекса. Я сейчас не хочу давать оценку принятым ранее решениям в области тарифного регулирования, но вот оценку адекватности финансового менеджмента, конкретных руководителей, конкретных учреждений здравоохранения мы в ближайшее время дадим. Это однозначно.

Артем Жаворонков: С последующими, наверное, кадровыми решениями?

Алексей Казаченко: Естественно. Оценка эффективности предполагает кадровые решения. Несомненно. Для того, чтобы было понятно, что сейчас делает министерство здравоохранения. Во-первых, введены процедуры дистанционного внешнего управления по ряду медицинских учреждений, которые мы относим к зоне наибольшего риска. Т.е. это те медицинские организации, в которых текущий уровень дохода существенно ниже, нежели накопленная кредиторская задолженность. Что такое дистанционное управление? Это значит, что мы взяли на контроль текущие кассовые расходы в первую очередь, мы проводим углубленный финансовый анализ ранее принятых решений текущего состояния для того, чтобы понять, какой объем действий будет достаточен для данной медицинской организации, что они могут сделать самостоятельно, а где нужна наша поддержка. И вот те самые цифры, которые сегодня озвучены на заседании законодательного собрания, 300 миллионов рублей, которые с подачи Максима Геннадьевича Решетникова, будут заведены в ближайшие дни в систему здравоохранения. Они как раз и помогут частично снять напряженность в системе. Но, подчеркну, эти средства будут, во-первых, предельно адресные, т.е. мы четко понимаем, в какую медицинскую организацию какой объем ресурса зайдет. Для того, чтобы скажем так, обнулить историю, которая сложилась, естественно с какими-то кадровыми и штатными выводами. И самое главное, в дальнейшем предпринять те меры, которые позволят сбалансировать структуру доходов и структуру расходов. Потому что мы понимаем, что если у тебя в кармане 100 рублей, а ты хочешь жить на 110, то, конечно же, существует 2 системы координат. Либо это тарифная политика, либо это непосредственно твои действия в области финансового менеджмента. И наша-то задача не рубануть шашкой, а сделать так, чтобы оценка была адекватная действием каждого руководителя из тех учреждений здравоохранения, которые попали в зону риска.

Артем Жаворонков: Если посмотреть сейчас на вот это обнуление, как на меру экстренного порядка и учесть, что будет проведен анализ предыдущей деятельности руководителей финансового менеджмента учреждений. В любом ведь случае те изменения, которые были необходимы для изначального отсутствия этих задолженностей, должны быть внедрены. Как долго это может происходить? Сколько времени потребуется больницам сегодня с учетом того, что на них сейчас будет довлеть, во-первых, проверка минздрава, во-вторых, какое-то послабление за счет этих 300 миллионов. Как долго они могут опять же необходимые корректировки в свою работу вносить? Изменения той же тарифной политики.

Алексей Казаченко: Артем, во-первых, если позволите, все-таки скорректирую формулировку. Не столько проверки минздрава, т.е. внешнее управление мы не рассматриваем, как форму проверки. Это дистанционное оказание содействия тем медицинским учреждениям, в которых мы считаем, уровень финансового менеджмента недостаточным. Т.е. компетентные специалисты финансово-хозяйственного управления будут давать консультации, делать какие-то согласования и брать на себя часть ответственности за принятие решения. Мы это все проговорили, сейчас буквально в понедельник, т.е. с 19 числа, по ряду мед организаций мы уже этот механизм взаимодействия завели. Для себя мы пока определили время Ч – это 31 декабря 17-го года. Т.е. примерно на протяжении полугода учреждения здравоохранения, находящиеся в зоне риска будут постоянно работать во взаимодействии с той структурой, которую я обозначил ранее.

Артем Жаворонков: Ну т.е. перестраиваться на новые рельсы в прямом смысле этого слова. 300 миллионов, это не 434 озвученные сегодня. 134 миллиона оставшиеся – это сумма которая будет изыскиваться из других источников? Финансироваться. Или это те суммы, которые можно будет покрыть за счет доходов самих больниц?

Алексей Казаченко: Мы постараемся сделать все возможное, чтобы вот этот объем средств, эта дельта была покрыта за счет внутренних ресурсов системы здравоохранения, имеющихся ресурсов. Будут ли это какие-то межстатейные переброски с одной медорганизации в другую, я пока вам сказать не готов, потому что не обладаю всей полнотой аналитической картины. Но, во-первых, нам идет навстречу фонд ОМС, который провел хорошую аналитическую работу в части по душевому нормативу финансирования медицинских организаций. В первую очередь говорю о поликлинической взрослой сети. И уже с первого июля за счет изменения вот этого подушевого норматива, определенный ресурс адресно будет заведен в систему. Т.е. это через перераспределение. Т.е. я не говорю о том, что мы раскулачиваем богатых и даем ресурс бедным. Говорю о том, что мы как раз в системе тарифов ОМС по результатам анализа делаем некую добалансировку, видя тех, кто просил. Такая стратегическая задача – это проанализировать имеющиеся кадровые, имущественные, финансовые ресурс и постараться его направить в нужное русло, для того чтобы минимизировать вот ту дельту, которую вы только что скалькулировать – 134 миллиона, которых нам пока вроде как не хватает, но я уверен, что мы их внутри системы изыщем.

Артем Жаворонков: По поводу как раз кадрового ресурса, уже неоднократно говорили на протяжении уже если не десятилетий, то по крайней мере последних 5-ти лет, о том, что сегодня отрасль испытывает серьезные затруднения как раз.. ну .. ладно медицинский персонал,  узкие специалисты, а вот именно в грамотных менеджерах и управленцах, которые, во-первых, должны быть рождены самой средой медицинской. Во-вторых, распределять и иметь необходимую квалификацию для того, чтобы управлять уже хозяйственной частью работы больниц и поликлиник. Есть действительно такая проблема? Где собираетесь брать резервы, есть ли у нас сегодня специалисты, способные закрыть проблемные места?

Алексей Казаченко: Артем, абсолютно верная постановка вопроса, есть замечательные врачи, клиницисты, даже организаторы здравоохранения,  которым немножко не хватает знаний в области финансового менеджмента. И недавно мы проговаривали эту тематику с депутатами из профильного бюджетного комитета Законодательного собрания. Были в ходе обсуждения выработаны некие позиции, связанные с дополнительным образованием.. с пониманием необходимости дополнительного образования, топ-менеджмента учреждения здравоохранения. Моя глубокая уверенность все равно в том, что медицинской организацией должен руководить человек, имеющий медицинское профильное образование. Но дополнительно дать ему второе образование, там заочное, вечернее, полностью финансового менеджмента – это обязательно необходимо, причем у нас есть уже подобные наработки, там на протяжении последних 3-4 лет, мы будем эту тему развивать, обучать будем. Потому что вы правы, скамейка запасных не большая.

Артем Жаворонков: И куда отправлять? Медакадемия наша способна сегодня готовить или переподготавливать таких специалистов?

Алексей Казаченко: Ну наверное в большей мере мы делаем ставку на наш Пермский государственный университет и на Высшую школу экономики.

Артем Жаворонков: С ними уже были переговоры? Они готовы?

Алексей Казаченко: У нас уже были практики, у нас уже были, я вот как ранее обозначил, на протяжении нескольких лет несколько групп специалистов обучилось и мы видим в этом смысл и будем это продолжать.

Артем Жаворонков: Ну все-таки обучение – это процесс достаточно длительный. Ну не менее полугода, мне кажется, нужно для того, чтобы получить необходимую квалификацию. Этот период тоже подготовки фактически ложится до конца этого года и я так полагаю, к какому периоду вы будете готовы сформировать списки потенциальных учеников? Договориться с вузами уже на уровне подписания договоров для того, чтобы этих специалистов отправлять? Сколько ждать?

Алексей Казаченко: Ну, я думаю, в течение месяца- полутора, потому что еще раз подчеркну, на сегодняшний момент нам надо сделать скрининговый анализ и посмотреть эффективность мер, которые принимали на местах наши ныне назначенные руководители. Если мы действительно для себя сделаем вывод о том, что этот главный врач, этот главный бухгалтер, зам по экономике на своем рабочем месте предприняли все необходимые меры и необходимы именно внешние вмешательства в виде внешнего финансового дополнительного вливания – это одно. Если мы увидим предельную нерациональность и неэффективность – это совсем другое. Именно для этого дополнительного анализа нам необходимо в среднем месяц-полтора.

Артем Жаворонков: Ну, это достаточно небольшие сроки..

Алексей Казаченко: У нас вариантов нет, Артем.

Артем Жаворонков: И вопрос, если позволите. Возвращаясь к самому началу нашего разговора, все-таки, сама система, которая привела к тому, что такие кредиторские задолженности образовались, если сейчас за скобки вынести квалификацию подтвержденную или нет, то у специалистов технического профиля, занимавшихся организацией в том числе и бухгалтерией работы поликлиник, какие изменения системные, в том числе по линии фонда социального страхования, обязательного медицинского страхования привели к тому, что такая ситуация сложилась? Вы говорили об изменении подушевого финансирования, не все в этом разбираются, если честно.

Алексей Казаченко: Ну, если простым бытовым языком, достаточно длительное время система учреждений здравоохранения Пермского края жила по принципу относительно сбалансированных тарифов. Т.е. для отдельных медицинских организаций тариф мог быть определен индивидуально, ну скажем так, под ее местячковые особенности. Под ее исторически сложившийся уровень затрат.

Артем Жаворонков: Количество пациентов в том числе.

Алексей Казаченко: Ну, количество пациентов – это как раз вещь, условно говоря, нормированная. И когда в 2015 году были привнесены некие новеллы и законодательные и идеологические в систему здравоохранения и самое главное обязательного медицинского страхования Пермского края, система оказалась не готова своевременно перестроиться, т.е. скажем так, у нас расходы не поспевали за доходами. Потому что произошло перераспределение ресурсов внутри системы. Мы, например, чуть больше средств стали тратить на оказание высокотехнологичной медицинской помощи. Откуда идет перераспределение? С первого уровня. С уровня районных больниц, центральных районных больниц.

Артем Жаворонков: Если посмотреть на эффективность управления фондом обязательного медицинского страхования, там тоже были проблемы. На слуху у всех пермяков история с лопнувшим банком, в котором пропало в буквальном смысле слова 100 миллионов денег как раз из фонда ОМС. Вот такие эпизоды это, мне кажется, уровень уже чуть ли не правоохранительных органов.

Алексей Казаченко: Артем, мне сложно давать оценку деятельности фонда обязательного медицинского страхования, потому что министерство здравоохранения применительно к нему в большей степени партнер. Мы занимаемся вопросами, находящимися, ну, идущими в параллели, но я думаю, что тот вопрос, который вы задали сейчас, наверное, более корректно будет перенаправить к нынешнему руководству территориального фонда обязательного медицинского страхования. Потому что мне оценивать деятельность предыдущего руководства фонда, ну, наверное, будет не корректно. Я на это не уполномочен. 

Артем Жаворонков: Тогда вопрос к вам, как к специалисту именно министерства. Договорились не говорить или там не критиковать предыдущее руководство, но те изменения, которые были внесены в систему в 2015 году, они на тот момент отражали объективную необходимость или это была попытка новаторства, которая просто не нашла отклика на местах и поэтому не то, что провалилась, привела к плачевным последствиям.

Алексей Казаченко: Я думаю, что по большому счету, идеология, которая закладывалась на тот момент, по своей сути правильная. Т.е. одна и та же услуга должна быть нормирована одинаково и должна быть оплачиваема одинаково, вне зависимости от того, где она оказана: в Чайковском, в Барде, в Красновишерске или в какой-либо больнице города Перми. Т.е. если мы говорим о конкретной модели пациента, с конкретным заболеванием, которому требуется конкретная медицинская помощь, и она оказывается в тождественных условиях в нескольких медицинских организациях, то и оплата такой помощи должна быть сопоставима. Это как раз вещь, которую можно называть нормирование. И как раз в 2015-м году, когда нормирование было наложено на сложившуюся сеть в первую очередь не амбулаторную, а стационарную, там, где помощь оказывается в условиях круглосуточного и дневного стационара. Вот здесь и пошел сбой, потому что не все смогли эту идеологию своевременно принять и под нее настроиться. Т.е. у многих руководителей медицинских организаций сложилось, на мой взгляд, некая ошибочная позиция, бесперспективная позиция о том, что подобные новеллы, которые предлагаются, носят временный характер. Нет, все вот эти подходы к нормированию, они действительно регламентированы федеральным законодательством. И это как раз период конца 2014-начала 2015 года.

Артем Жаворонков: Т.е. если я правильно понимаю, система, внедренная у нас в 2015 году и дававшая сбой и приведшая к серьезной кредиторской задолженности, в принципе продолжит функционировать. Но другое дело, что ее наполнение сущностное и в том числе за счет повышения квалификации кадрового потенциала будет изменено. Не система, а пути ее внедрения. Отклика со стороны больницы.

Алексей Казаченко: Артем, так или иначе система уже внедрена и она работает. И наша задача на сегодняшний день, совместно с территориальным фондом ОМС сделать так, чтобы эта система оказалась более сбалансированной. Наша задача направить имеющийся ресурс, а ресурс огромный. Направить его в нужное русло так, чтобы копейка пришла адресно в каждую медицинскую организацию под конкретного пациента. Чтобы не было перекосов: что одни не имеют ни текущей, ни просроченной кредиторской задолженности, а другие в результате предельного нормирования находятся в просроченной кредиторской задолженности, которая кратно превышает текущий доход. Т.е. вот задача сейчас. Выровнять. А это, естественно, кадровая политика, как в отношении врачебного персонала, так и в отношении АУПа (административно-управленческого персонала). Это все-таки некая балансировка в структуре затрат. Затрат на фонд оплаты управленческого персонала. Потому что, вот на мой субъективный взгляд, негоже, когда в структуре затрат фонд оплаты административного персонала превышает 35 процентов. Т.е. эти средства должны пойти на лечебный процесс. За эти средства мы должны привлечь конкретную территорию одного, второго врача. Если мы не можем их привлечь на постоянной основе, то хотя бы иметь ресурс, который позволит работать выездным бригадам. Который позволит медицинской организации привлечь, например там, по субботам компетентного специалиста из краевых учреждений здравоохранения и формировать под него поток. Механизмы есть, они известные. Самое главное, что понимание того, что необходимо делать на сегодняшний день, и у минздрава, и у территориального фонда есть.

Артем Жаворонков: И тогда последний вопрос. Может быть, он прозвучит совсем по-дилетантски, но на пациентах в конкретный момент времени все эти пертурбации никак не скажутся? Не будет такого, есть опасения просто, я поэтому задаю этот вопрос, со стороны слушателей, которые звонили нам и интересовались: «А вы говорите про кредиторские долги больниц, неужели они сейчас все позакрываются и нам негде будет лечиться?». Никак не скажется на пациентах вот решение этих административно-хозяйственных задач?

Алексей Казаченко: Ни в коем случае. Мы в любой ситуации будем принимать решения индивидуально и взвешенно. Пациент не пострадает. Ни одна медицинская организация не прекратит оказание медицинской помощи. Самое главное понять отличие бюджетных учреждений от организаций частной формы собственности. Если у частника банкротство – это фиаско, то в любом случае учреждение здравоохранения, даже находящихся в критической финансовой ситуации, которую можно назвать банкротством, они всегда будут поддержаны учредителем. И вот как раз сейчас те суммы, те средства, которые обозначены 300 миллионов рублей, они адресно будут отданы в те медицинские организации, которым необходимо единовременно помочь. Но суммы, подчеркну, будут доводиться на основании проведенного анализа, целевого использования, эффективного и рационального. Мы закроем долги, которые нам подтвердят. Мы не допустим блокировки лицевых счетов, мы не допустим отсутствие закупа в медицинских организациях медикаментов. Мы не допустим не выплат заработной платы персоналу.  

Программа вышла 22 июня.


Обсуждение
2218
0
В соответствии с требованиями российского законодательства, мы не публикуем комментарии, содержащие ненормативную лексику, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Недопустима публикация комментариев: содержащих оскорбления участников диалога или третьих лиц; разжигающих межнациональную, религиозную или иную рознь; призывающие к совершению противоправных действий; не имеющих отношения к публикации; содержащих информацию рекламного характера.