Верхний баннер
16:15 | ВТОРНИК | 02 ИЮНЯ 2020

$ 68.98 € 76.78

Сетка вещания

??лее ????ов??ое ве??ние

Список программ
12+

отдел продаж:

206-30-40

13:00, 02 мая 2012

Нарушения в сфере защиты социальных прав

Ведущий: На пермском «Эхе» дневной прямой эфир.  У микрофона -  Катерина Шафиева. За звукорежиссерским пультом – Сергей Слободин. А в гостях у нас сегодня  Уполномоченный  по  правам человека в Пермском крае Татьяна Марголина. Татьяна Ивановна, добрый день.

Татьяна Марголина: Здравствуйте.

Ведущий:  Сегодня в эфире мы обсудим ежегодный доклад Татьяны Ивановны, а, точнее, его часть по нарушению  в сфере защиты социальных прав. Это такая основная будет тема. Ну, естественно, коснемся там каких-то более мелких деталей.  Наш телефон 261-88-67, эфирное ICQ 404582017. Мы ждем ваших мнений, жалоб, возможно, даже. Итак, Татьяна Ивановна, давайте начнем, как говорится, сначала. Вот состоялась презентация ежегодного доклада бывшему уже губернатору Пермского края Олегу Чиркунову. И он, как всегда, был очень большой, я его полистала, успела. Как всегда  там очень много проблем. И я уже не первый год  вижу этот доклад. Интересно, изменилось ли количество жалоб?  Больше их, или меньше стало? Может, меньше проблем все-таки в крае стало?

Т.М.:  Это обычное ожидание, наверно, и меня, и представителей органов власти. И, вообще, показатель количества жалоб – это тревожный показатель. Естественно, хочется, чтобы их было меньше. Я должна сказать, что, к сожалению, количество жалоб самих не уменьшается, а даже увеличивается. И эта тенденция, к сожалению, продолжает быть и в первом квартале текущего года. С этой точки  зрения можно расстраиваться. С другой стороны, наверно, важно, что у людей есть возможность обратиться с жалобой, если  орган власти, уполномоченный это сделать, по каким-то причинам  это не сделал. И, наверно, очень важно, что есть такой институт, когда есть еще одна попытка либо восстановить  это право, либо удостовериться в том, что, например, конкретное должностное лицо муниципального уровня, к сожалению, ничего сделать не может, потому что это неурегулированность на федеральном уровне законодательная.  Или  краевой нормативный акт так составлен,  что, по мнению получателя этой услуги, это несправедливо.  Вот очень важно, что сама возможность такая у человека присутствует. И по количеству жалоб здесь, конечно, структура их очень разная. И я, наверно, должна зафиксировать, что, например, таких массовых обращений, которые  были в предыдущие годы, связанные с монетизацией льгот, как мы говорили, таких жалоб практически нет. Сейчас жалобы на некоторую систему  оказания социальных услуг людям, уже состоявшуюся и принятую, если можно  так сказать. И вот сбои некоторые в этой системе, ни, к сожалению, есть.  Я имею  в виду  не то, что какой-то конкретный чиновник что-то сделал не  так, а именно  сбои в механизме предоставления  этой услуги.

И я очень озабочена тем, что очень зависимые в этой жизни люди – инвалиды,   сегодня, имея реальную возможность, гарантированную возможность получить  средства технической реабилитации, которые нужны им просто для жизни, например, больные люди, за которыми  ухаживают родственники, они в лежачем положении годами, если можно так сказать,  находятся. Им нужны самые необходимые средства, подгузники, например, или пеленки. Вот это  такие бытовые вещи, которые сегодня гарантированно может человек получить, но жалобы, которые   идут ко мне,  говорят о том, что люди  этого не получают. Есть средства технической реабилитации другого рода. Это то, что помогает человеку передвигаться, и это то, что гарантированно он должен получить, но не получает. Вот  очень  важно было,  когда пошли эти жалобы в прошлом году, понять, что происходит, почему? Это в Пермском крае так нерасторопны наши управленцы? Или причины в чем-то другом?  И мы увидели, что, во-первых,  недостаток финансирования. Потребности, которые есть, этих денег просто нет.  Очень важно, что во втором полугодии прошлого года и мы, и мои коллеги из других регионов, и я уверена, что и другие надзорные органы, эту проблему ставили. И в прошлом году по окончании года дополнительно было выделено 280,  в общей сложности получилось почти в два раза увеличение средств, 280 миллионов  на  это было направлено. Очень  важно, что в этом году этих средств стало еще больше. Сейчас это 350 миллионов. И по нашим расчетам те люди, а более 5 тысяч в Пермском крае в прошлом году не смогли получить  эти услуги, по нашим подсчетам вот эти финансовые средства позволят, чтоб все люди получили  то, что им необходимо.  Но есть и вторая проблема – организационная. Она связана вот с пресловутыми конкурсами. То есть пока не проведены конкурсы,  пока не поступили средства, поставок нет.  И люди, получается, в течение нескольких месяцев не могут  получить  то необходимое, что должны иметь.  Вот если с финансовой точки зрения проблема, на мой взгляд, в этом году уже решена, то с организационной – нет. И поэтому мы вновь обращаемся к министру федеральному  для того, чтобы сама организация этих процедур предусматривала конечный результат   - своевременное получение людьми того, что  необходимо от государства.

Ведущий:   Насколько я поняла, главные проблемы в отчете, которые вы озвучили,  это такие основные – это вот невозможность  получения жилья социально незащищенным категориям, это, насколько я понимаю, малообеспеченные семьи, инвалиды, дети-сироты, ветераны.  Вторая проблема – это   отказы в возбуждении уголовных дел. Какие-то еще, может быть, вот основные  есть? Вот я помню, в прошлом отчете  за 2010-й год была большая проблема с применением насилия сотрудниками правоохранительных органов. 

Т.М.: В местах принудительного содержания.  Да, конечно, эта проблема сохраняется.  Я начну с последней, поскольку вы на ней остановились.  Я должна зафиксировать, что  количество обращений на подобные факты у нас сократилось.  Это очень важно.  Но теперь тем более важно, об этом я  говорю в ежегодном докладе, чтобы расследование этих дел проходило объективно, оперативно. Это требование к тому, чтоб  подобные факты расследовались очень быстро в соответствии с требованиями европейского  суда. Вот в этой части еще есть проблемы, именно их я и обозначаю.  Очень надеюсь, что в этом году именно эту составляющую мы… мы, я имею в виду все  в нашем Пермском крае, ответственные за решение этой проблемы, все-таки сумеем сдвинуть с места. Мне кажется, что каждый факт не должен оставаться  безнаказанным.  Вот это очень важно. Помните казанское дело,  нашумевшее на всю страну. Но там, действительно, совершенно ужасные пытки. Но и само  незаконное применение физической силы, избиение – это ведь тоже вопиющее нарушение личной свободы человека.  Вот нам очень важно, чтобы реагирование на подобные факты, было по всем ведомствам, ну, просто оперативным, объективным,  и  чтобы виновные в этом были наказаны. А если возвращаться к другим  проблемам, о которых вы говорили. Вот если относительно  действия правоохранительных и надзорных  органов, у меня все-таки есть уверенность, что  все это будет приведено  в соответствии с законодательством, то вот по выделению социального жилья, к сожалению, я не могу сказать, что эта проблема решена. За то, чтобы получил жилье,  полагающееся ему  по закону, жилье  человек, малоимущий, который сам никогда для своей семьи  приобрести не сможет,  у него просто малые доходы, инвалид, в том числе, с  хронически больными человеком, который вообще без всякой очереди должен  получать жилье, человек, жилье  которого пострадало  в пожаре, вот  за эти категории отвечает поселение, органы местного самоуправления.  Ресурсов у них на это, денег,  попросту говоря, по большому счету нет. И сегодня возможности решить эту проблему… она ведь не решается   уже многими годами. В этом ведь очень серьезно. Если по ветхому жилью, по аварийному жилью у нас есть сегодня механизмы, объединяющие ресурсы и федерального, и краевого, и местного уровня, то на решение  этой проблемы сегодня не направлены усилия всех уровней власти. А само поселение решить эту проблему не может. Вот почему я об этом  говорила губернатору Олегу Анатольевичу Чиркунову. Я уверена, что моя встреча с исполняющим обязанности  губернатора,  начнется именно с этого.  Нельзя оставлять это только на уровне поселений,  нельзя. Нам надо  это делать.  Вот просто искать механизмы, как решать эту проблему, чтобы социально незащищенные категории  могли жилье получить.

Ведущий:  А насчет жилья детям-сиротам Павел Владимирович, ваш  коллега, уже  не раз говорил вот по механизму. Да,  механизм, насколько я помню, есть, выделение детям-сиротам, но  он много раз возмущался тем, что   детей-сирот селят как  в коммуналки. Он много  раз говорил, что хватит создавать коммуналки,  потому что лицо, которое не имело  до этого  раньше жилья,  не может жить в коммунальной квартире. Насколько я понимаю, ничего не изменилось.

Т.М.: Вы знаете, очень важно что вот относительно других категорий, ситуация изменилась.  Например,  те, кто проживают в аварийном и  ветхом жилье, у нас точно также продолжали плодить коммуналки. В данном случае мы цитируем с вами Владимира Владимировича Путина.   Но изменилось федеральное законодательство  в прошлом году. И человек, переселяемый из такого жилья,  уже должен получать это  по другим нормативам, а не просто  дублируя те квадратные меры, которые  он занимал в аварийном жилье.  Относительно детей-сирот. Изменилось краевое законодательство. И количество квадратных метров  на ребенка-сироту увеличено с этого  года. Это тоже очень важно. Кстати, мы обратили внимание, что ежегодно у нас идет увеличение средств на выделение  жилья детям-сиротам,  но нуждающихся, причем, тех, кто уже вышли из возраста опеки, или вышли из  детского дома, их сегодня много. Их  более двух тысяч  тем, которым вот прямо сейчас нужно выделить  жилье. Кроме того,  около 500 неисполненных решений  судов по детям-сиротам. А это тоже то, что должно прямо вот сегодня исполняться.  Но я должна сказать, что  начала, видимо, работать система постинтернатного, так называемого, сопровождения. И поэтому вот уже в этом году  жалобы от детей-сирот  стали иного плана. Если в предыдущие годы к нам  обращались с тем, что мне негде жить, помогите решить эту проблему, то сейчас  к нам обращаются люди, которые по каким-то причинам  органами опеки и попечительства просто не были поставлены на жилищный учет.  То есть это такая, ну  в данном случае,  недобросовестность органов опеки и попечительства, которые в свое время человека на учет не поставили. И это всегда работа идет индивидуальная. К сожалению, не всегда  это можно решить  во внесудебном порядке. Мы в данном случае просто консультируем и помогаем, сопровождаем в судебном плане. Но  сама структура обращений  детей-сирот стала изменяться. То есть временную крышу над головой, как правило, имеют,  это очень важно. И сейчас вот  принципиально важно, чтобы выделяемые средства  оперативно были израсходованы  органами местного самоуправления, чтоб своевременно уже по новым нормативам  приобреталось это жилье или выдавали сертификаты детям-сиротам.

Ведущий: Татьяна Ивановна, у нас на сайте вопрос вот как раз по  жилью. Он довольно длинный. Я постараюсь его весь зачитать.  «Здравствуйте. Я помогаю молодым семьям по программе «Молодая семья». В последние две недели возросли обращения семей, которые вставали в очередь в 2007 году  по условиям отсутствия у них в собственности жилых помещений.  Супруги могли быть прописаны в разных районах Пермского края. И вот, простояв в очереди 5 лет, получив в апреле 2012 года уведомление, что им можно получить сертификат на 35 процентов, сталкиваются с тем, что изменилась методика определения нуждаемости. Об этом их своевременно никто не уведомлял. Многие на 2007 год,  оказывается,  были не нуждающимися, да и сейчас не нуждаются. Срок на сбор документов дают от 2 недель до месяца и отправляют в суд для установления факта проживания в 2007 году  в Перми. Конечно, за 2 недели это сделать нереально. Но если в этом году они не смогут получить субсидию в 35 процентов, то на следующий год их подвинут молодые семьи, кто находится в приоритетных категориях. Да, конечно исключение из очереди может  быть обжаловать в суде». Задает  вопрос  человек. Эти семьи волнуются по поводу своей очереди.  «Возможно ли помочь этим семьям , чтобы вопросы по нуждаемости на 2007-8-й года  решались без обращения семей в суд? Ведь они были поставлены в очередь при старой программе». Такой вопрос я не первый раз уже слышу. Потому  что когда при старой программе становились в очередь, сейчас они, получается, все дальше и дальше отодвигаются из-за того, что… 

Т.М.: По разным основаниям, кстати, не только поэтому. Вся проблема в том, это, наверное, самая серьезная проблема, что очень важная и  нужная для молодежи программа, для молодых семей, она постоянно меняет условия. И получается, что, если мы вставали  на условия там 30-35 процентов, то вдруг оказывается, когда, собственно, подошла моя очередь,    это уже я могу   рассчитывать   только, например, на 10 процентов. Вы помните, в прошлом году была проблема, когда изменились и федеральные условия,  когда я, например, находясь в очереди, мог приобрести квартиру, а потом собственно, эти выплаты  в банк я мог  погасить за счет  причитающейся мне выплаты  здесь в крае. И эти условия были изменены. Но поскольку коснулось это  70 процентов всех стоящих в очереди, вот такие активные были люди, стоящие   в очереди, то уже по истечению  первого квартала прошлого  года,  эта норма была, вновь введенная, отменена. Тем самым   были восстановлены  права тех, кто стоял  на прежних условиях  в данной программе. И здесь мы тоже фиксируем, что,  когда  принимаются сами тексы, они…  зачастую вот  очень трудно создать, собственно, образ того, что должна  делать та или иная семя. И когда изменения в правила происходят,  уже по факту   складывающейся практики, мы постоянно обнаруживаем  жалобы молодых семей по тому или иному поводу. Я все-таки считала бы нужным, тем более, это, скорее всего, человек, который, действительно, выполняет  такую защитную функцию  этих семей, автор этого обращения. Я думаю, что с этими конкретными обращениями, хотя они типовой характер имеют, надо внимательно… вы уже внимательно разобрались, но я все-таки  прошу подойти к нашему консультанту,  чтобы мы могли вместе  с министерством социального развития посмотреть, есть ли у них  механизм не судебного урегулирования этой проблемы. Ведь, насколько я понимаю,    не через суд происходит включение этих людей вот в получатели этих финансов.  Это все без суда  обходится. Поэтому, если там  были   какие-то сложности или спорные вопросы, тогда да.  Ежели очевидные документы  образца 2007-го года подтверждали это, то, скорее всего, это через   судебную процедуру проходить  не должно. Но  в данном случае через радиоэфир  это сделать  достаточно сложно. Убедительно прошу вас подойти на Куйбышева, 8, можно завтра с 17 до 20 часов вечера, для того, чтобы внимательно посмотреть эту проблему, попытаться порешать ее  напрямую. С министерством социального развития края.

Ведущий: Татьяна Ивановна, какие еще   были  острые проблемы в 2011-м  год, которые вы озвучили для еще Олега Чиркунова? Возможно не по  жилью уже,  какие-то другие.

Т.М.: Я не все проблемы  в ежегодном докладе представила  Олегу Анатольевичу.  Но особо это в плоскости решений правительства  будет, особо выделяю все-таки  в ежегодном докладе проблему того, что такое  минимальный размер оплаты труда,  по структуре входящих туда выплат.  Понимаю, что  сами даже  определения Верховного суда Российской Федерации   очень  противоречивые. Мы наблюдаем это, что если  сначала был  обзор  законодательства, который   говорил о том, что  различного рода  компенсационные, стимулирующие, социальные  выплаты   не входят в размер минимальной оплаты труда, и это устраивало многих, то уже в 9-м году вновь было   определение прямо наоборот говорящее о том, что всё входит в  минимальный размер оплаты труда. Но в то же самое время  в середине 11-го года  уже стали приниматься Верховным  судом решения, в которых  была другая позиция изложена. Например, в  районах Крайнего севера и  в приравненных к ним местностях,  районный коэффициент и процентная  надбавка   за стаж работы  на этой территории  должна  начисляться сверх того. То есть уже появились какие-то исключения, что, на мой взгляд, только подтверждает наличие проблемы. Вот смотрите, человек работает на какую-то ставку, и если есть стимулирующие   выплаты. По логике это должно  быть    дополнительно? Или вот  эти как раз климатические условия, тот же уральский коэффициент,  он же присутствует не в каждой территории.   То есть вот по справедливости люди, чувствуя это, говорят, что   должна быть другая структура этого минимального размера оплаты  труда.  Вот почему я заявляю эту проблему  вновь.  И очень надеюсь, что в формате  трехсторонней комиссии,  которая объединяет и работодателей, и работников, и администрацию, правительство Пермского края, и очень надеюсь, что  эта тема в 12-м году будет взята в работу. Вот что является тем минимумом? Ведь жалобы идут совершенно конкретных работников, в том числе,  бюджетных учреждений.    Это очень важно.  Я имею в виду и библиотечного работника, и сотрудника дошкольных учреждений. Ответственность  за них несут  муниципалитеты. И там в каждом муниципалитете, к сожалению, практика  начисления заработной платы  разная. Вот очень важно, чтобы  мы здесь  и  общие какие-то законодательные меры  посмотрели, и, в то же время, проанализировали  те отрасли, которые уже вышли на другой формат оплаты труда. Мне очень нравится, что  правительства начали проводить мониторинг  заработной платы, средний размер ее по бюджетным учреждениям. Но очень важно   обратиться к тем конкретным  людям, которые  получают вот  средний достаточно высокий по отрасли. Но если в учреждениях люди   получают чуть-чуть выше, чуть-чуть выше, чем минимальный размер оплаты труда, иногда ровно в ровно, есть такое вот выражение даже у них, я думаю, что   это требует особого внимания  нашего правительства и муниципальных образований.  Обратите внимание, вот на первомайской демонстрации, если брать такую протестную ноту, то именно  это -  «достойной оплаты труда» люди писали  на своих лозунгах, оплаты по справедливости. Мне кажется, что это тема, над которой     в Пермском крае нам всем предстоит еще работать.

Ведущий:  У нас телефонный звонок. Здравствуйте. Алло.

Слушатель:  Здравствуйте. Сергей Тихонович, Пермь, Индустриальный район.  Работником   УВД   Федулеевым в свое время насильно была установлена  дверь в мою квартиру по просьбе, возможно, и по заказу  родственницы. Причем, в качестве объекта были избраны я – инвалид и тяжело больная мать, 78 лет. Сейчас уже померла. При этом он утверждал, что  дверь устанавливается по решению… лгал, точнее, по решению администрации. С применением насилия все делалось. На различные жалобы в УВД, в прокуратуру никаких реакций практически не последовало. Я практически даже и не получал ответа.

Т.М.: Сергей, я вас очень попрошу,  те факты, о которых вы говорите,  они вопиющие по сути своей. Если вас не затруднит, телефон 217-76-70, или если вы зафиксировали этот телефон здесь на передаче у оператора, мы с вами обязательно свяжемся. Я думаю, что мы это ваше  обращение просто берем в работу.

Ведущий: Телефонный звонок. Здравствуйте. Алло.

Слушатель: Здравствуйте. Анатолий. Вопрос к госпоже Марголиной такой, что  Перми, как известно, много ветхого   аварийного жилья. И возможно ли решение этого вопроса  с назначением нового губернатора Басаргина? Я знаю, что на Куфонина  был долгострой, и Басаргин, в частности, помог сдать, при его участии был сдан этот дом. И, вообще, фонд ЖКХ, по-моему, тоже  при Минрегионразвития был, то есть, который решает  эти вопросы в целом по России и, в частности, по Перми. Я хотел спросить, вот будет  ли решен этот вопрос по  расселению в ближайшее время? Сам я был расселен  по этой программе,  наша семья. Конечно, нас не устроила сумма, потому что достаточно мало оценили  это жилье. Ну, бог с ним.  Но еще много людей остается жить в этом старом ветхом аварийном и непригодном часто для проживания, то есть  неблагоустроенное, и так далее. Спасибо.

Ведущий: Спасибо вам большое.

Т.М.:  Я думаю, что мы, Анатолий,  будем это воспринимать, как пожелание новому губернатору,  если он будет избран или назначен. Но то, что это, безусловно, очень важная и  нужная программа, особенно      для городов крупных, в том числе,  для таких, как Пермь, это очевидно.  Поэтому я присоединяюсь к вашему пожеланию, и, в том числе, усиленная вашим обращением, буду ставить эти вопросы в администрации  губернатора. Возвращаясь к той теме, что мы вели, я бы еще   раз хотела назвать телефон для Сергея – 217-76-70.  Я вас попрошу позвонить, и мы договоримся, как  будем работать с заявленной вами проблемой. Если говорить по трудовым правам, то я бы  назвала еще одну проблему, требующую, на мой взгляд, для начала просто серьезного анализа. У  нас на аутсорсинг передаются многие социальные   услуги, в том числе,  такие серьезные, как сопровождение семей, находящихся вот в трудной жизненной ситуации, вы социально опасном положении, если точнее сказать, и некоторые другие социальные услуги  тоже. Например, по обслуживанию интернатов, где люди всю жизнь свою  живут. Вот  в связи с этим мы зафиксировали  ухудшение положения людей, которым передаются эти функции на аутсорсинг.  Они лишаются социального пакета. А кроме того, и в 11-м и в 12-м году, к сожалению, мы зафиксировали просто   злоупотребление своим служебным положением  руководителей либо структурных подразделений, если это сетевая организация, либо самих организаций, когда люди просто не получают заработную плату, или не получают ее длительное время. И даже через суд иногда это становится  достаточно проблематичным   сделать. Вот, на мой взгляд, это тоже проблема, которая требует в этом году специального анализа. Я намерена готовить по тому поводу  специальный доклад Уполномоченного по правам человека, потому что за нарушением  этих трудовых прав  работающих   людей по выполнению социальных услуг, вообще-то, впрямую зависит качество  этих социальных услуг. А это либо семьи, находящиеся  в социально опасном положении, требующие очень профессиональной работы, либо   возвращающиеся из мест лишения свободы. Как вы понимаете, судьба каждого человека – это совершенно отдельная история, требующая  разносторонней социальной помощи и поддержи, поэтому  еще одна проблема, на мой взгляд, которая требует сегодня просто внимательного отношения к ней.

Ведущий: У нас звонок. Здравствуйте, алло.

Слушатель:  Здравствуйте. Александр. Мой вопрос. Вот я проработал год в одном частном охранном предприятии. И мне там  должны 50 тысяч рублей. Я думал, заключил договор трудовой. Пришел в прокуратуру, а мне говорят, что  договор на оказание услуг. Пришел в инспекцию по труду, мне говорят то же самое. Вы понимаете? И всё. И меня послали  везде. У меня все документы собраны, что мне должны, всё расписано, какие деньги. Ну, 50 тысяч, ???????? (неразборчиво)  в ЧОПе зарплата крохотная, и, представляете, 50 тысяч, и ни  в какую. Ни в инспекция труда, ни прокуратура, мне отписку  дала.

Т.М.:  Это, к сожалению, очень распространенная ситуация  именно по частным  охранным предприятиям. В прошлом году это был не единичный случай. Поэтому я убедительно  прошу вас также подойти на Куйбышева, 8, можно это сделать завтра с 17 до 20 часов.  Надо  внимательно посмотреть ваши документы. К сожалению, восстановление прав возможно только в судебном прядке. И практика работы с частными  охранными   предприятиями складывается именно таковым образом.  Очень попрошу со всеми имеющимися у вас документами подойти на Куйбышева,8.

Ведущий:  Татьяна Ивановна, мне кажется, вообще, в принципе, очень  трудно урегулировать отношения между нанимаемыми людьми и частными какими-либо  предприятиями, в принципе. Если все-таки идешь работать в муниципалитет, государственный орган, тут  довольно все четко, а с частными организациями, мне кажется, всегда сложно работать.

Т.М.: Вы знаете, очень по-разному. Ведь у нас есть просто замечательная практика  такого партнерства социального в сфере трудовых отношений. И чем крупнее организация, чем их репутация  для них если важна, то там вообще никаких вопросов, это просто пример, если можно говорить, для подражания, для  тех, кто приходит в малый бизнес, в средний бизнес. Вот там, к сожалению, эти нарушения распространены. И мы всегда  обращаем внимание  людей, что  обязательно должен  быть какой-то договор, не соглашаться на работу без договора. Это первое обязательное условие. Потому что я, например, столкнулась с тем, что, если у человека нет договора, то формально, я подчеркиваю, формально его  защищать права, например, Государственная инспекция по труду, она, в общем, иногда даже   отказывалась, потому что  нет, фактически отношений нет. Что исследовать, если  даже оговора нет. И хотя я считаю, что это неправильная практика, и надо  просто иногда вот такое трудовое расследование проводить. Есть люди, которые работали в этом коллективе, всё это можно, действительно, восстанавливать. Кстати, очень интересно в этом плане последние годы стала работать прокуратура… районные прокуратуры. И, наверно, очень важно, что, если… вот особенно в формате взаимоотношений  с такими структурами, как частные охранные предприятия, прокуратура вплоть до того, что  подает иск в суд и представляет интересы человека, чьи трудовые права  реально нарушены. В каждом случае это делается индивидуально, но вот очень-очень важно, что трудно доказывать. Но если есть договор, это делать легче. Если его нет, то  это дело значительно осложняется.  

Ведущий: Еще один  телефонный звонок. Здравствуйте. Алло.

Слушатель: Алло, здравствуйте. Вот такой вопрос. Скажите, пожалуйста… мы хорошо знаем по всей России такое понятие «бомж». Скажите, пожалуйста, вот без определенного места жительства  человек, есть ли какие-то направления в том, чтобы  этих людей как-то определять  в жизни для того, чтобы они и работой занимались, и, например, где-то жили хотя бы? Почему? Потому что вся Россия буквально  этим больна. Я просто  лет десять тому назад видел, как существуют ??????? (неразборчиво), которые занимаются этой проблемой во Франции. Там все поставлено на свои  места.  Там люди работают и получают какую-то минимальную зарплату, и как-то в этой жизни выживают, а еще плюс у них пособия идут, и всё прочее.  То есть у них есть стимул для жизни. А наши, по-моему, только уходят в мир иной, потому что  так легче от  них избавиться.

Т.М.:  Очень серьезная проблема. Я вплотную столкнулась с ней, начиная буквально вот с конца января этого  года в связи с обращением ко мне людей именно этого статуса. И мы сейчас опять же готовим  специальный доклад Уполномоченного по серьезнейшим  проблемам в работе с этими людьми. Я должна сказать, что сегодня в Пермском крае никто не назовет цифру количества людей без определенного места жительства.  И ответственные за это структуры  этой цифры тоже не знают. И та государственная услуга, которая сегодня реализуется, она рассчитана   на 350 мест по всему Пермскому краю. И всё. Это очень мало.  Вторая проблема. Мы выяснили, что, собственно, реабилитационных услуг, конечных показателей  выведения человека по возможности из этого состояния… конечно, во всем мире  какой-то процент из этого состояния  не выйдет. Это их собственная воля, если угодно, образ жизни. Но абсолютное  большинство вынужденно попали в эту ситуацию. И вот  для того, чтобы эту вынужденную ситуацию изменять,  нужна профессиональная социальная работа.  И стандарт   не просто консультационных услуг,  стандарт реабилитацинных социальных услуг, которые могли бы выводить человека. Этого стандарта пока нет. И потому… ну, я уж не говорю о том, что  в январе мы зафиксировали  грубейшее нарушение в центре, куда людей перевели,  абсолютно не готовому  для проживания людей. Сейчас ситуация изменилась. Но когда в конце  декабря, в январе переводят  людей в здание без отопления,  в том числе, лежачих, я думаю,  все  помнят эту ситуацию. Вот это отношение, понимаете? И  это тоже стандарт отношений. Важно, что эта ситуация изменилась, что сейчас здание фактически отремонтировано, и люди там в тепле находятся, и питание, и медицинское обслуживание нормально. Но, я повторяю, вот разве можно допустить, чтоб подобное отношение было?  Это серьезные вещи, которые   требуют еще дальнейшей работы. Ведь люди без определенного места жительства… есть такой образ маргинала, опустившегося человека. Но, к сожалению,   жизнь такова, что сейчас  в эту категорию попадают  люди, например,  лишившиеся своей квартиры в результате чьих-то мошеннических действий.

Ведущий:  Чаще так и бывает.


Т.М.: И это совершенно  другая уже категория людей. Или женщины с детьми  жертвы бытового насилия.   Ведь это тоже забота  государственная. Поэтому всё это требует отношения человеческого к этим людям и, действительно, поиска  других стандартов  отношения к ним. 

Ведущий: Заканчивается прямой эфир на пермском «Эхе».  К  сожалению, у нас, как всегда, очень мало времени, и очень много проблем. Я надеюсь, Татьяна Ивановна к нам зайдет и еще много чего интересного расскажет.  За звукорежиссерским  пультом нам сегодня помогали Сергей Слободин и Антон Мелехин. У микрофона  была Катерина Шафиева. Спасибо

Т.М.:  Всего доброго.


Обсуждение
2058
0
В соответствии с требованиями российского законодательства, мы не публикуем комментарии, содержащие ненормативную лексику, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Недопустима публикация комментариев: содержащих оскорбления участников диалога или третьих лиц; разжигающих межнациональную, религиозную или иную рознь; призывающие к совершению противоправных действий; не имеющих отношения к публикации; содержащих информацию рекламного характера.