Верхний баннер
21:14 | ПОНЕДЕЛЬНИК | 01 МАРТА 2021

$ 74.04 € 89.45

Сетка вещания

??лее ????ов??ое ве??ние

Список программ
12+

отдел продаж:

206-30-40

11:05, 05 ноября 2012

Почему может исчезнуть пермская "Маска"? Говорим о "кондитерских войнах".

Здравствуйте, дорогие друзья. Сегодня праздник на самом деле. А какой праздник без сладкого? Но, как известно, в каждой бочке меда есть ложка дегтя. Так уж повелось у нас в стране, не бывает так, чтобы все было на сто процентов сладко и без ложки дегтя. Эта метафора вполне подходит к ситуации, которая складывается у нас на кондитерском рынке не только Прикамья, но и России. Итак, что происходит на кондитерском рынке, почему старейшая в Прикамье Пермская кондитерская фабрика, продукцию которой знает и любит не одно поколение пермяков, может прекратить выпуск всеми любимых конфет «Красная шапочка», «Алёнка», «Кара-кум», «Птичье молоко» и других? Говорим сегодня в нашей программе с генеральным директором ОАО «Кондитерская фабрика «Пермская» Борисом Абрамовичем Швайцером. Здравствуйте, Борис Абрамович.

 

Борис Швайцер: Добрый день.

 

Первый вопрос о ситуации, в которой оказалась пермская фабрика. Думаю, будет логично, если мы немножко радиослушателей погрузим в эту тему и объясним, что же вообще происходит.

 

Борис Швайцер: Я бы хотел пояснить вопрос о том, как обстоят сейчас дела с «социалистическими» брендами. Под этим брендом понимаются уже перечисленные конфеты «Кара-кум», «Маска», «Буревестник», «Ласточка» и так далее. Это те конфеты, которые ели наши родители, это те конфеты, которые мы продолжали есть до самого последнего времени. В конце 90-х годов в России было введено законодательство о торговых марках, и по этому законодательству кто первый пришел, кто зарегистрировал эти бренды, тот и получил законные права на их использование. Так получается в нашей стране, что в основном эти бренды зарегистрировали московские фабрики. И сейчас процентов 80 брендов принадлежит на законных основаниях «Объединенным кондитерам», в составе которых в основном московские фабрики и региональные фабрики, которые работали в социалистические годы.

До 2007-го года действовало положение в законодательстве, при котором те фабрики (и мы, в том числе), которые работали с этими конфетами до регистрации (то есть в социалистические годы), имели право продолжать выпуск этих изделий. В 2007-м году это положение законодательства было изменено, и с этого времени «Объединенные кондитеры» стали монополизировать рынок и предъявлять иски. На сегодня таких исков уже около 20. Это не только иски к нашей фабрике, это иски практически ко всем производителям, которые не входят в «Объединенные кондитеры».

 

То есть вся Россия попала в эту ситуацию, кроме тех компаний, которые входят в состав «Объединенных кондитеров»?

 

Борис Швайцер: Да, совершенно верно. Все компании, которые не входят в «Объединенные кондитеры», и которые не были организованы в последние несколько лет, попали под такую раскладку.

 

А каковы суммы штрафов? Насколько это крупно все?

 

Борис Швайцер: У нас вот сейчас иски на 35 миллионов рублей.

 

Это суммарно?

 

Борис Швайцер: Два иска. Один от «РОТ ФРОНТА», один от «Красного Октября», суммарно иск 35 миллионов рублей. Для понимания размера: в прошлом году наша фабрика заработала около 5 миллионов годовой прибыли.

 

Всего или на этих брендах?

 

Борис Швайцер: Нет, это всего. Сейчас вы можете посчитать, сколько лет надо работать для того, чтобы заплатить такой штраф.

 

В общем-то, действительно несложно. И вопрос, как повлияет на ваше финансовое состояние выплата этих штрафов, сразу же отпадает. Повлияет и очень серьезно.

 

Борис Швайцер: Очень серьезно, да. И здесь два вопроса. Вопрос того, что мы долгие годы взращивали своего потребителя, вкладывали в эти изделия, заказывали дизайн этой упаковки пермским художникам, работали над рецептурами, над качеством... И в одночасье вся эта работа оказалась… Ну всё: надо остановиться и всё выбросить.

 

Как мы поняли, по финансовому состоянию компании выплата штрафов очень тяжело ударит. А как повлияет на финансово-экономическое состояние запрет на использование брендов?

 

Борис Швайцер: В портфеле фабрики это были серьезные объёмы продаж. Когда-то это было вообще сто процентов выпуска. Безусловно, мы работали и над своими брендами, мы их разрабатывали. Но до самого последнего времени это был серьезный портфель продаж фабрики. Понимаете, не зря народ любил эти конфеты. Ведь это не просто так появляется. Это были попадания во вкусы, попадания в потребительские предпочтения. И, соответственно, такого рода классические изделия, они очень ценны своей стабильностью. Новинки приходят, уходят, а вот классика… «Кара-кум», он остается «Кара-кумом», и наши дети тоже его очень сильно любят.

родаж фарики.мени это был сертьезный портфель трафовое? ого, чтобы

Да. Причем, это результат многолетней работы в нашем современном понимании маркетологов и других специалистов. Это десятилетиями приходили к тому, что эта марка, этот бренд любим народом.

 

Борис Швайцер: Безусловно. И была, по сути дела, общенародная государственная собственность, то есть это все принадлежало всем, но, как всегда бывает, попало в отдельно взятые частные руки.

И самое интересное, что последняя мотивация, почему нельзя продолжать выпускать старым фабрикам такого рода конфеты, была относительно качества. Мотивация была такая у судов России: что если мы позволим всем выпускать, соответственно, вообще будет что попало происходить с брендом, бренды качественно будут размазаны. То есть, по сути дела, презумпция того, что все выпускают некачественную продукцию. В том числе и мы. То есть как будто мы не выпускаем продукцию по сертификатам качества, у нас нет лаборатории и так далее.

 

Борис Абрамович, исходя из того, что мы с вами обсудили, возникает вопрос. Рынок, по сути дела, приобретает некие нецивилизованные формы, гротескные. Мне это напоминает ситуацию, когда один из футбольных клубов решил зарегистрировать синий цвет как свой фирменный. Не возвращаемся ли мы к идее государственного регулирования этих процессов?

 

Борис Швайцер: Безусловно, вы абсолютно правы. Когда больше 20 исков по стране происходит, то это уже не частное отношение двух хозяйствующих субъектов. Это вещи, которые относятся ко всей кондитерской отрасли.

 

Это отраслевая проблема уже, серьезная.

 

Борис Швайцер: Безусловно, это так, во-первых. Во-вторых, это мне напоминает следующее. Россия вступила в ВТО. Вместо того чтобы решать вопросы того, как конкурировать на большом цивилизованном рынке, государство позволяет субъектам рынка побить друг другу морду, ослабить свои силы и переложить денежки с одного кармана в другой. Для того, чтобы, ну я не знаю, западные компании свободно пришли на этот рынок и чувствовали себя вольготно, да?

 

Да. И ситуация с той же норвежской фирмой, которая уже просто начала это делать. Это показательно, да?

 

Борис Швайцер: Норвежская фирма – это немножко не так, потому что им принадлежит фабрика имени Крупской, которая выпускала эти конфеты все социалистические годы.

 

То есть сменился собственник предприятия.

 

Борис Швайцер: Просто сменился собственник. Но я говорю про другие компании западные. Это компания «Марс», это компания «Нестле», которым не принадлежали фабрики, которые работали в социалистические годы. Это другие очень крупные кондитерские игроки.

 

Они со своей оригинальной продукцией занимают рынок, который, по идее, должны занимать наши.

 

Борис Швайцер: Да. Потому что… ну вот наше финансовое состояние пошатнулось, мы вынуждены будем уже совершенно по-другому себя вести на рынке. В общем-то, поляна расчищена.

 

Скажите, а эти иски, которые уже были от «Объединенных кондитеров», не повлекут ли они следующие иски? Вошли ведь во вкус ребята.

 

Борис Швайцер: Да, происходит очень странное. Вот, допустим, те иски, по которым мы сейчас в судах, по ним есть заключение о том, что у нас нет степени смещения в этих названиях. Я поясню. У нас конфета называлась не «Кара-кум», а «Вечный Кара-кум». Плюс активный оранжевый цвет, очень видный логотип и название фабрики «Пермская» присутствует крупно на всех конфетах. По сути дела, у конфеты название было «Вечный Кара-кум. «Пермская». То, что это конфеты нашей фабрики, мы явно показывали потребителю. Мы не подстраивались под московские конфеты, потому что на самом-то деле нас больше любят, чем московские конфеты. Во всяком случае, я очень на это надеюсь. И именно по этому комплексному соотношению восприятия наших изделий мы получали экспертизу о том, что у нас нет степени смешения с московским «Кара-кумом».

 

Давайте попробуем разобрать подобную ситуацию, в которую попали на уровне России компании другие российские. В подобную ситуацию попала, напрример, питерская кондитерская фабрика, входящая в компанию «Оркла Брэндс». И вообще, как оценивают ситуацию питерские кондитеры, попробуем сейчас уточнить у Ольги Агафоновой. Это менеджер по внешним и внутренним коммуникациям компании «Оркла Брэндс».

 

КОММЕНТАРИЙ В ЗАПИСИ

 

Ольга Агафонова: Нашу оценка ситуации, которая сложилась на российском кондитерском рынке в целом, и позицию ФАС о том, что кондитерские предприятия, которые десятилетиями выпускали известные, популярные сорта конфет, карамели и шоколада, имеют полное право на продолжение их выпуска, мы изложили в нашем пресс-релизе, который был опубликован летом этого года. И там же мы сказали о том, что в последние годы в российской кондитерской отрасли происходят события, которые не имеют прецедента в мировой правовой практике. Известные предприятия, которые десятилетиями выпускали популярные сорта кондитерских изделий, вынуждены не только сворачивать производство, но и разбираться с финансовыми претензиями со стороны компаний, которые в 90-х годах прошлого века приобрели фактически монопольные права на большую часть советских кондитерских брендов и зарегистрировали их как товарные знаки. Эти действия могут привести к ограничению конкуренции на кондитерском рынке России. Совершенно очевидно, что монополизация прав на советские бренды в руках одной структуры способна негативно отразиться на ценах на кондитерскую продукцию, что, несомненно, скажется в конечном итоге на кошельке потребителя.

Ольга, скажите, какие суммы штрафов сейчас вам предъявлены?

Ольга Агафонова: На сегодня размер штрафа чуть более 2-х миллионов рублей. Решение ФАС о признании действий «Оркла Брэндс России» недобросовестной конкуренцией было нами оспорено в судебных инстанциях, судьба постановления о привлечении «Оркла Брэндс России» к административной ответственности зависит от результата исхода этого судебного дела. Кроме того, мы имеем полное право обжаловать постановление о наложении штрафа. Поэтому говорить о наличии и о размере административной ответственности можно будет только после того, как будет принято окончательное решение судом.

Какие прогнозы вообще вы делаете по этой ситуации? Может быть, исходя из консультаций с вашими юристами. На ваш взгляд, как вообще может эта ситуация разворачиваться?

Ольга Агафонова: Конечно же, в последнее время ситуация, которая сложилась в кондитерской отрасли вокруг советских брендов, широко обсуждается. И споры, которые связаны с определением, какому предприятию принадлежат права на тот или иной советский бренд, они все чаще возникают, причем, не только среди производителей внутри Российской Федерации, но и между производителями из бывших стран содружества, стран СНГ. Это и Украина, и Казахстан, и Белоруссия. И, конечно же, эта проблема не могла остаться без внимания руководителей наших структур законодательных, в частности, федеральной антимонопольной службы. Буквально на прошлой неделе состоялась конференция «Антимонопольное регулирование в России», и на этой конференции Игорь Артемьев высказался о том, что предприятия, производившие в советские времена продукцию под определенным брендом, могут продолжать это делать и сегодня.

В отношении же других игроков, появившихся на рынке позже, необходимо выработать решение, можно ли разрешать им производство продукции под советскими брендами и на каких условиях. У нас сложилось твердое убеждение, что сложившиеся проблемы должны быть урегулированы на законодательном уровне. Хочется отметить, что в законодательстве Российской Федерации уже существовала такая норма, которая позволяла производителю - тому, который до октября 92-го года выпускал продукцию под известным брендом - продолжать в дальнейшем использование этого бренда на условиях безвозмездной простой лицензии. И мы считаем, что возвращение данной нормы на законодательном уровне могло бы способствовать разрешению, если не всех, то очень многих конфликтных ситуаций, существующих на сегодня. Если же не урегулировать эту проблему на законодательном уровне, то это может провоцировать развитие конфликтов не только на российском рынке, но и внутри таможенного союза.

 

ПРОДОЛЖЕНИЕ ЭФИРА

 

Юля Хлобыст задавала вопросы Ольге Агафоновой. Борис Абрамович, всё-таки при всех призывах наших властей «Покупай пермское», при всех декларациях того, что нужно защищать пермского производителя, поощрять его как-то, стимулировать его работу, помогать ему, создавать ему условия – все-таки помогают они каким-то образом, защищают вас?

 

Борис Швайцер: У нас Пермский край – это не Татарстан, и не Башкирия, где к своим относятся…

 

Где своих не сдают.

 

Борис Швайцер: Может быть, так. Может быть, капиталистические формы отношений в Пермском крае дошли до конца. Но нас здесь не пытались защищать и к нам не приходили с вопросами, как вас уберечь от этих нападений. Мы самостоятельно работаем и самостоятельно боремся.

Я хотел бы еще вернуться к вопросу качества этих изделий, потому что, мне кажется, это самый существенный вопрос, постольку с этими изделиями люди соотносили определенный вкус. То есть, когда человека спрашиваешь, любишь ли ты конфету «Маска», человек понимает, какого вкуса конфету он должен найти на полке и какого вкуса конфету он должен попробовать. Смотрите, что происходит оттого, что пошли такие действия, направленные, по сути дела, на монополизацию рынка социалистических конфет. Во-первых, цены взлетели неимоверно. Если вы сейчас посмотрите на полки, то от цен трехлетней давности цены поднялись на 50-70% и держатся на запредельно высоком уровне. Во-вторых, мы проанализировали несколько конфеток. Конфета «Маска» - что было в социализме по рецептуре, прописанной в рецептурных справочниках, и что сейчас выпускается «Объединенными кондитерами»? В конфете «Маска» социалистических времен должен был присутствовать орех кешью или другой благородный орех. Этого ореха нет сейчас совсем в этой конфете. Полностью конфета выпускается на арахисе.

 

На неблагородном арахисе, да?

 

Борис Швайцер: Ну да, на неблагородном арахисе. Присутствует мука соевая, которой, в принципе, не должно было быть в конфетах…

 

Вообще, в принципе?

 

Борис Швайцер: …в принципе, во все социалистические годы её там не было. И присутствует химический антиокислитель Е-300, который добавлен туда для того, чтобы эта конфета имела срок годности 1 год. На мой взгляд, это существенные вопросы к качеству этих изделий, к бренду, который монополист выводит совершенно в не ту плоскость. И говорить о том, что кондитерская фабрика «Пермская» незаконно выпускала конфеты «Маска», по крайней мере, смешно, потому что на самом-то деле мы эти конфеты выпускали по тем рецептурам, которые выпускали все годы.

 

А как вы считаете, должны ли стать эти бренды общенациональными?

 

Борис Швайцер: Да, безусловно, они должны быть общенациональными, и государство должно предъявлять требования к качеству этих изделий, в первую очередь требования к рецептуре этих изделий. И давать возможность с выполнением этих требований выпускать их всем цивилизованным производителям.

 

Давайте теперь послушаем мнение технолога кондитерской фабрики «Пермская» с 30-летним стажем. Клара Александровна Туманова у нас сейчас будет в эфире.

 

КОММЕНТАРИЙ В ЗАПИСИ

Клара Александровна, вы знаете все тонкости вкуса конфет пермской кондитерской фабрики. Отличается ли пермский «Кара-кум», «Красная шапочка», «Птичье молоко» от других конфет с такими же названиями других фабрик?

Клара Туманова: Я считаю, что, конечно, отличаются. Не зря говорят: «Та же мучка, но не те же ручки». На нашей фабрике технология и рецептура отработана применительно к нашему оборудованию. Контроль над соблюдением рецептур и качеством сырья был очень строгий. Все это обеспечило качество и вкус, соответствующий именно «Кара-куму», «Маске» и другим, присущему пермской кондитерской фабрике. На базе нашей фабрики проводились совещания технологов по обмену опытом. Качество наших изделий всегда было высоким.

Сейчас складывается такая ситуация, когда, возможно, известные названия конфет запретят к употреблению региональным производителям кондитерских изделий. Вы сожалеете об этой ситуации? И должны ли эти, всем известные, знакомые с детства названия стать общенациональными брендами?

К.Т.: Да. Я живу в Перми уже 50 лет. Все сорта вырабатываются с еще более давних времен. И к «Кара-куму», в «Маске» и другим конфетам наши покупатели привыкли. Очень часто спрашивают именно изделия пермской фабрики. Пермяки не имеют сейчас возможности покупать эти сорта, не имеют возможность покупать ни Птичье молоко», ни «Русский сувенир», так как по чьему-то хотению все наименования унифицированных сборников рецептур вдруг оказались запатентованы. А ведь для того, чтобы покупатели полюбили наше изделие, проводилась очень большая работа с сотрудниками нашей фабрики и по качеству, и по оформлению. Я вообще считаю, что для решения этого вопроса нужно выходить на правительство России.

 

ПРОДОЛЖЕНИЕ ЭФИРА

 

Я так понимаю, что сейчас каким-то образом из ситуации нужно выходить, Борис Абрамович. Есть ли у вас понимание, что делать дальше?

 

Борис Швайцер: Да, у меня есть предложение, что нужно возвращать ту поправку в законодательство, по которой фабрики социалистических времен, выпускающие эти конфеты, имели возможность продолжать их выпуск. Нужно конкретизировать те вещи, которые сейчас говорит Федеральная антимонопольная служба в конкретных нормативах и в конкретных разъяснениях.

 

Я правильно понимаю, что не должен допускаться монополизм одних и, в общем-то, разорение других?

 

Борис Швайцер: Да, безусловно, вы абсолютно правы в том смысле, что государство должно подключиться к этой проблеме. Это проблема не между двумя хозяйствующими субъектами, это проблема отраслевая, относящаяся ко всему кондитерскому рынку.

 

Причем, России уже. Это не ситуация одного региона, правильно?

 

Борис Швайцер: Абсолютно точно, всей России. Я хочу сказать, что это должно быть решено на законодательном уровне для того, чтобы расставить все точки до конца, и дать возможность потребителю продолжать покупать качественную дешевую продукцию, а не монополизировать рынок и не давать возможность за счет такого рода законодательства наживаться на судебных исках.

 

Давайте немного поговорим все-таки о чем-нибудь хорошем. Какие у вас планы дальнейшие, как ваша фабрика будет развиваться? Что новенького у вас будет, что вкусненького?

 

Борис Швайцер: Спасибо большое, что вы перевели разговор в позитивную плоскость. Знаете, на последнем суде пермский судья так сказала: «Я люблю пермские конфеты, но, к сожалению, я их уже никогда не буду кушать». Так вот я хочу сказать, что будет не так, пермские конфеты все пермяки будут иметь к своему столу. Мы активно занимаемся новыми разработками, расширяем линейку алкогольных конфет под названием «Мономах». У нас уже очень много таких вкусных конфет. Мы развиваем линейку молочных конфет под названием «Буренкина любовь». Занимаемся разработкой совершенно новых изделий, которых нет сегодня на рынке. И к выставке февральской мы хотим эти изделия выпустить на рынок. Мы выпустим больше 100 тысяч новогодних подарков к Новому году. Снежок пошел, и уже настроение сейчас будет новогоднее. Мы уже начали поставку новогодних подарков в пермские сети. Фабрика на самом деле развивается, фабрика живет. Пока еще не совсем процветает, но, во всяком случае, точно не уходит с рынка, не закрывается. И пермяки будут иметь к столу наши конфеты.

 

Я думаю, что выражу общее мнение радиослушателей: продукция вкусная, мы ее ждем.

 

Обсуждение
2844
0
В соответствии с требованиями российского законодательства, мы не публикуем комментарии, содержащие ненормативную лексику, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Недопустима публикация комментариев: содержащих оскорбления участников диалога или третьих лиц; разжигающих межнациональную, религиозную или иную рознь; призывающие к совершению противоправных действий; не имеющих отношения к публикации; содержащих информацию рекламного характера.