Верхний баннер
12:43 | ПЯТНИЦА | 25 ИЮНЯ 2021

$ 72.33 € 86.33

Сетка вещания

??лее ????ов??ое ве??ние

Список программ
12+

отдел продаж:

206-30-40


Программы / Крупным планом

03.12.2012 | 11:05
Ледовая Голландия на пермской эспланаде
Теги: Новый год

Добрый день, дамы и господа. В студии – Нина Соловей. За пультом звукорежиссера Сергей Слободин и Мария Зуева. Не успела в полной мере отдохнуть земля на эспланаде после летних «Белых ночей», и вновь грядет на нее массовый поход людей, желающих приятно отдохнуть, получить какие-то впечатления, и встретить Новый год, ну и, собственно, погулять. Хотя сегодня, когда я шла на эфир, проходила мимо эспланады, встретила такую картину: стоит маленькая девочка, а в руках она держит… как же это называется штучка, на которой катаются… под попу кладут детишек, подпопник она держит в руках и плачет, потому что они с мамой решили - раз снег пошел, то должны уже были там вырасти соответствующие катушки и соответствующие приспособления. Пока там стоит елка, наша конусообразная елка. Как вы уже поняли, поговорим мы сегодня о «Ледовой Голландии», которая в скором времени появится в центре нашего города. Арт-директор «Ледовой Голландии» Владимир Гурфинкель сегодня с нами. Также мы ожидаем Всеволода Аверкиева, который пробирается сквозь уральскую метель на Техническую, 5. В прошлом году, насколько я помню, вы тоже в паре создавали ледовый городок.

 

Владимир Гурфинкель: Всеволод замечательно владеет технологией. Искусство художника, оно же очень прикладное. Театральный художник может замечательно заниматься театром, попасть в съемочный павильон киношный, и у него ничего не получится, потому что художник должен не только чувствовать мир, стремиться что-то этому миру сказать, но еще и владеть технологиями. Сева уже два десятилетия занимается песком, льдом, получает от этого удовольствие, потому что жизнь наша так скоротечна и проходяща, что за всю жизнь может там удастся что-то сделать из бронзы вечное.

 

Пока бронзу не дают, попробуем…

 

Владимир Гурфинкель: Попробуем сделать изо льда.

 

Владимир Львович, в прошлом году у нас был такой театральный городок большой, много было уделено театру, и это было понятно, что придумали это вы и Всеволод Аверкиев, который тоже довольно тесно связан с театральным творчеством. В этом году вдруг возникла «Ледовая Голландия». Что это? Что за мечты о Голландии?

 

Владимир Гурфинкель: Изначальным толчком было то, что президент нашей страны объявил, что следующий год – это год взаимодействия с Голландией, голландская культура у нас, русская – в Голландии…

 

А год Германии уже ушел и всё.

 

Владимир Гурфинкель: Нет, он есть, но все равно ежегодно какой-то главный акцент. Вот сейчас главный акцент – Голландия. И мы, выбирая темы, потому что вначале возникло трехсотлетие дома Романовых в голове у нас, как тема. И чем больше мы в это погружались, тем больше мы понимали, что это не соотносимо со льдом, что лед – материал, который выразительный в определенных жанрах. А Голландия для нас все равно страна такая очень романтическая.

 

А 290-летие Перми никому не вспоминалось, когда сочиняли?

 

Владимир Гурфинкель: Будет еще трехсотлетие…

 

То есть успеем? А с Голландией можем не успеть.

 

Владимир Гурфинкель: Мы еще все успеем, да. И 290 лет, некие вкрапления внутри города будут, но посвящать целиком городок… Понимаете, любой акт творчества хорош, если в нем есть просветительское начало, если мы маленьким о чем-то говорим, если у нас есть возможность для разных жанров, если мы можем поиронизировать, если мы можем с темой связаться через глубину истории. А Голландия – это такая расплывчатая тема, которая дает много тем, к которым мы относимся, потому что величайшая живопись «Малых голландцев», потому что Петр I, который Петербург, как бы, родил там, в Голландии, море и флот, что мы не можем не любить.

 

Голландцы, которые к мастер-плану Перми имеют отношение.

 

Владимир Гурфинкель: Наверно. Голландские тюльпаны, голландский сыр. Есть много тем, которые однозначно нежно соотносятся с нами, с нашим детством, с нашим мироощущением. Кроме всего прочего, голландская живопись, она нас одаривает таким другим углом зрения на зиму и зимние развлечения… ну, вообще-то, создать место, где, мы предполагаем, большое количество людей будут существовать друг рядом с другом в таком припадке положительных эмоций - это очень привлекательно.

 

Владимир Львович, вот те, кто пользуется Интернетом, они могут зайти на сайт. Уже некоторые СМИ выложили макеты этой будущей Голландии.

 

Владимир Гурфинкель: Да-да, и сделали это ужасающе, потому что как-то мы надеялись, что когда выкладывают эскизы, внизу будет написано – художник, автор Всеволод Аверкиев. А в СМИ всё, что я ни вижу, как-то выложено без имени.

 

 

 

Вот я открыла prm.ru, ни слова.

 

Владимир Гурфинкель: Ни слова.

 

Они посчитали это неважным, это мелочи.

 

Владимир Гурфинкель: Некие тайные люди. Всеволод Аверкиев полгода жизни уложил в это и остался инкогнито. Оставим это на совести…

 

Да, на совести авторов этого материала. Те, кто не могут посмотреть в Интернете, можем мы как-то в трех хотя бы… в трех не сможем, в четырех словах рассказать, что там будет. Сейчас мы уже видим, что елка переехала со своего привычного места. Что там будет? Снежный сыр…

 

Владимир Гурфинкель: На привычном месте, с моей точки зрения, композиционно стояла не очень правильно, потому что она визуально впечатывалась в огромное здание Заксобрания, и от этого менялся ее масштаб. То, что она переехала к Попова, она, как бы, уравновесила пространственно эспланаду, стала соосна памятнику Фронту и тылу, и она как-то… вот мне кажется, что это место ее, во-первых.

 

Вас не смущает ее форма? Ваша бы воля, вы бы…

 

Владимир Гурфинкель: Есть же всегда данность. Вот данная елка, которая принадлежит городу, для нас с Севой данность. И, конечно, была бы наша воля, была бы совершенно другая елка, потому что, понимаете, искусство не может впрямую отражать природу. Если это явно искусственная елка, то почему она зеленая, почему она подделывается под елку? Неужели нельзя было приобрести серебряную елку, золотую елку? Она бы стоила тех же денег, понимаете, что и эта зеленая. Она все равно должна быть некой художественной акцией на тему елки. Не надо прикидываться. Эта елка, конечно же, мне не нравится, но раз она уже такая есть, мы с нею работаем.

 

Вы ее обыграли как-то?

 

Владимир Гурфинкель: Да. Когда вы увидите, что будет вокруг елки через месяц, вы поймете, что мы приложили большие усилия, чтобы эта елка все равно стала не самостоятельным элементом, а частью некого большого замысла, потому что мы вокруг этой елки выстраиваем огромный готический храм, который смыслово абсолютно связан с Голландией и с такой очень мощной голландской архитектурой. Вообще, Голландия для нас – это набережная, и дома, которые срастаются фасадами. Вот у нас будет один такой гигантская набережная-дом, внутри которой будет и сцена, между улицей Петропавловской и улицей Ленина параллельно Заксобранию будет такая огромная-огромная набережная.

 

А покатушки-то там можно будет устраивать?

 

 

 

Владимир Гурфинкель: Конечно.

 

Самое-то главное. Искусство искусством, а дети плачут уже, по эспланаде ходят.

 

Владимир Гурфинкель: Постойте, постойте. Я не чувствую собственной вины, потому что, хотя… извините, дети… я понимаю, что потребности детей, они раньше наших возможностей, потому что есть определенный технологический цикл, который я за последние годы изучил, благодаря Всеволоду Аверкиеву и мастерам замечательным, которые с нами работают. Да, в районе 10-го числа мы соберем всех мастеров. Должны собраться под одной крышей в реализации одного проекта 83 скульптора из Перми, во-первых, как опора основная, и всякие еще выдающиеся мастера из разных городов нашей любимой Родины. И я очень надеюсь, что на этой пресс-конференции мы сможем каждого назвать по именам. Не должно быть безымянных героев, потому что столько уникальных художников соглашаются к нам приехать. Мы с кем-то работали в прошлом году, кто-то приезжал к нам на Фестиваль «Песочной скульптуры», с кем-то Всеволод Аверкиев знаком уже много лет. И мы собрали такую междугороднюю и международную всероссийскую команду, чтобы сделать этот проект, потому что замысел столь сложен художественно, что исполнен он должен быть равными мастерами.

 

А вы их приглашаете уже как исполнителей, раз это художники? Вы скажете – вот этот корабль вы делаете, ваша команда.

 

Владимир Гурфинкель: Есть тема, есть основной тематизм и основные формы, но это тот случай, когда материал диктует. И в определенный момент художник, приняв на себя основной замысел, вносит… понимаете, личность творца, которая режет данный предмет, всегда видна, потому что искусство в мелочах, искусство в нюансах, искусство в каких-то тонкостях, которые ни Всеволод Аверкиев, ни я, мы не можем передать, потому уровень сотворцов должен быть достойный, потому что именно они создают конечный продукт. И по поводу этой маленькой девочки. До тех пор, пока лед не встал, снег не насыпался, не улежался, не устоялся, как бы мы ни хотели…

 

Папы выходите во двор, делайте из дерева катушечку, чуть-чуть покрывайте, и все будет хорошо.

 

Владимир Гурфинкель: Да. Потому что даже если 9 женщин соберется, за месяц они не смогут родить сына.

 

Владимир Львович, как мог, рассказал о изобразительной части этого городка, комментарий мы хотели получить от Всеволода Аверкиева, но он пока у нас в пути, продираясь через пробки.

 

Владимир Гурфинкель: Он так долго мечтал о снеге, чтоб он шел, что вот он, наконец-то пошел, и Сева не может добраться.

 

Вы - арт-директор этого городка, значит ли это, что нас ждут ряд мероприятий, которые аналогично проходили на «Белых ночах»? То есть кроме покатушек, кроме Нового года, Деда Мороза, что там будет?

 

Владимир Гурфинкель: Ну, конечно же, это пространство, как и прошлой зимой…

 

Кроме периодических выступлений фольклорных ансамблей и художественной самодеятельности… Тут как с Голландией? Голландцы будут?

 

Владимир Гурфинкель: Создана, естественно, довольно специфическая большая программа, которая направлена на разный возраст. Она вся связана с зимой. Эта программа для детей, юношества и зрелых, уже состоявшихся людей. Эта программа по жанру однозначно романтическая и комическая, ну, зима, развлечения, и ничего драматического вносить в это нельзя. И она создана… понимаете, сделать ее в чистом виде на Голландию направить, практически невозможно, потому что в течение такого длительного периода, в течение двух недель одновременно на пяти-семи площадках…

 

Это ж не богатая русская культура во всем ее многообразии.

 

Владимир Гурфинкель: Да-да. Потому что в прошлом году, конечно же, было во многом легче. Но каждый год надо делать что-то другое. И если в прошлом году было очень много завязано на этническом, на фольклоре и на тех ребятах, которые рядышком с нами, то здесь, конечно, большой акцент на европейской культуре 17-19-го веков. Потому что век 20-й и 21-й, он уже, как бы, снивелировал очень многое. Мы все стали похожи друг на друга. И для нас Голландия, честно говоря, вот для нас с Севой вот в мировосприятии, она все-таки Голландия романтическая времен Петра I, когда она там работал на верфи.

 

Когда он тоже с ума сошел от Голландии.

 

Владимир Гурфинкель: Да-да, от счастья. Это Голландия, как бы, еще тех времен, которые мы не можем помнить по факту собственного рождения. Но мы ее как-то очень чувствуем через изобразительное искусство, литературу, и через то, как это Петр отразил в Петербурге. Потому это более европейский Новый год, и это Новый год, который будет, как бы, пробовать соотносить наше время, наше мировоззрение с таким расцветом европейской культуры в 17-м веке.

 

Ну Дед Мороз-то наш будет, или Санта-Клаусов набег?

 

Владимир Гурфинкель: И наш, и голландский. Вы знаете, вот у нашего Деда Мороза - Снегурочка, а у голландского Деда Мороза, у него помощник – маленький черненький мальчик.

 

Почему он черненький?

 

Владимир Гурфинкель: А потому что маленький черненький мальчик считался огромной экзотикой, и что именно оттуда приходит Новый год. Понимаете, да?

 

Вот я опять же на упомянутом сайте открыла материал, посвященный культурным событиям, где тоже не написано тут ни слова про Гурфинкеля арт-директора, но уже написано о том, что возможно участие сразу двух уличных театров: одного - болгарского, другого - московского. И огненное шоу.

 

Владимир Гурфинкель: Я вам хочу сказать, что вот это замечательное соотношение зимы, снега и огня… в прошлом году у нас в гостях было «Искреннее шоу» театра «Огненных людей», и мы видели, какое количество положительных эмоций в саму новогоднюю ночь это вызывало. И, вообще, ребята замечательные. С моей точки зрения – это лучшее огненное шоу в стране. А в этом году мы попробовали собрать несколько команд, связанных, как они все называют – фаерщиков, мы собрали несколько команд, которые будут совместно выступать в новогоднюю ночь.

 

Не растопят они Голландию-то?

 

Владимир Гурфинкель: Там есть один фокус, мы не можем говорить обо всем, что будет в новогоднюю ночь. В прошлом году мне говорили: «Да не старайтесь, Владимир Львович, в новогоднюю ночь никто не придет. Ну придет двести…». И рассказывали об ужасах, как они будут себя вести, и что ж стараться. Но я поступил по-другому, так, как посчитал нужным, и мы сделали довольно большое представление. И яблоку негде было упасть. У нас было около 90 тысяч в новогоднюю ночь. Я не смею приглашать в новогоднюю ночь на площадь, потому что все-таки это такой праздник семейный. Но кто придет к нам на площадь, тот не пожалеет, потому что мы кое-что придумали, что для нас очень связано с городком, с Новым годом и с той землей, которая все это рождает, потому что здесь очень многое будет связано с Пермью, с узнаваемыми лицами Перми. И мы попробуем, как Пушкин говорил о том, что «вода и камень, лед и пламень не так различны меж собой». Так вот мы считаем, что лед и пламень очень хорошо соединимы, особенно в новогоднюю ночь. И мы придумали некое огненное шоу, которое должно произойти в 2 часа ночи. Потому те, кто будет в новогоднюю ночь именно в эти секунды, в полночь со своими близкими, а потом придут на площадь…

 

Город с автобусами поможет? Вот самое главное.

 

Владимир Гурфинкель: Да. Мы для них в этом отношении кое-что сделаем. Более вам скажу, если в прошлом году я выслушивал, не понимаю, правда, почему я, претензии по поводу того, что «да запарковаться негде, что это такое, вы виноваты». В этом году мы постарались об этом побеспокоиться. И будет значительно больше мест поблизости, где можно будет парковаться, потому что в таком деле все должно быть комфортно. Люди должны видеть прекрасные произведения изо льда, они должны слышать и наблюдать достойные художественные коллективы с достойными программами, они должны накататься так, чтобы обязательно замерзнуть, быстро-быстро куда-нибудь зайти, отогреться, и опять выходить на покатушки.

 

Будет опять, куда зайти?

 

Владимир Гурфинкель: Мы прилагаем к этому усилия. Это сложнее сделать. Но мы стараемся.


Но это нужно.

 

Владимир Гурфинкель: Я это прекрасно понимаю, что для того, чтобы не страшен был холод, должно быть рядышком тепленькое место, где ты зашел, выпил стакан чая, и тебе хорошо. Но мы прилагаем усилия. Вообще любое такое крупное дело сделать сложно. Мы будем стараться.

 

В общем, я надеюсь, что когда будет открыт этот городок, Всеволод Аверкиев до нас дойдет, и тут уже будет спрос с вас двоих. Спасибо, что рассказали нам о будущем.


Обсуждение
2388
0
В соответствии с требованиями российского законодательства, мы не публикуем комментарии, содержащие ненормативную лексику, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Недопустима публикация комментариев: содержащих оскорбления участников диалога или третьих лиц; разжигающих межнациональную, религиозную или иную рознь; призывающие к совершению противоправных действий; не имеющих отношения к публикации; содержащих информацию рекламного характера.