Верхний баннер
01:59 | ПОНЕДЕЛЬНИК | 21 ИЮНЯ 2021

$ 72.22 € 85.99

Сетка вещания

??лее ????ов??ое ве??ние

Список программ
12+

отдел продаж:

206-30-40


Программы / Дневник отличницы

08.07.2012 | 16:00
Итоги ЕГЭ
Теги: ЕГЭ

РП: - Это программа «Внеклассное чтение» и у нас в гостях Галина Гутник, начальник государственной инспекции по надзору и контролю в сфере образования Пермского края. Продолжается прямой эфир, и сейчас про предварительные результаты ЕГЭ. Галина Васильевна, давайте сперва объясним слушателям, почему результаты предварительные, несмотря на то, что все выпускники уже отстрелялись.
ГГ: - Отстрелялись не только выпускники нынешнего года, но и выпускники прошлых лет, которые сдавали в июне вместе с нынешними школьниками. Поэтому нужно время для того, чтобы корректно посчитать результаты, что мы имеем по выпуску этого года, и что по краю и в целом по России. Это во-первых. А во-вторых, вчера, в субботу, у нас начался июльский этап экзаменов, когда сдают выпускники прошлых лет, и те, кто закончил училище и техникумы. Заканчивается этот этап 16 июля, резервным днем. И только к августовским совещаниям мы будем иметь корректные результаты. Но я думаю, что тенденции уже понятны, и стоит о них поговорить, подумать, поразмышлять, чтобы к августовским конференциям, в частности, мои коллеги, родители имели какие-то суждения по поводу ЕГЭ 2012 года.
РП: - Самое неприятное, чем запомнилось ЕГЭ 2012 года?
ГГ: - Я должна сказать, что в этом году не было того нагнетания обстановки, которое было особенно в прошлом году. Кстати, простите, и в средствах массовой информации, и на уровне родителей, и политиков, и т.д. Вы спросили о неприятном. А я говорю, что атмосфера была более или менее спокойная настолько, насколько это возможно в период такого важного экзамена. Проблем несколько (но они были и в прошлых годах). Первая проблема – это глобальная проблема выбора. Я хотела бы обратиться к родителям. Когда ученик выбирает предметы, он определяется с будущей профессией, специальностью, в какой вуз, в какой техникум он пойдет. Мы, к сожалению, сталкиваемся с тем, чтоб выбор начинается 25-28 февраля, а 1 марта он должен завершиться. И государственная экзаменационная комиссия, которая создана при инспекции, вынуждена разбирать постоянные обращения родителей, выпускников о том, что они передумали, хотят поменять предмет. А я должна сказать, что это жестко регламентируется порядком проведения, и только в исключительных случаях это можно изменить. Это первая проблема, и над ней нужно работать в течение всего периода обучения ребенка. Вторая проблема: сами ученики нарушали порядок, который установлен нормативными актами. 11 человек мы удалили с экзаменов за то, что при них были мобильные телефоны. Несмотря на неоднократные разъяснения, телефоны имели при себе ребята Краснокамска, Перми, Александровска, Березников, без права сдачи в этом году, до следующего года удалены с экзаменов. Третья проблема, которая требует анализа: 1089 апелляций по сравнению с 473 в прошлом году – это заставляет задуматься: а почему так? Я готова это с вами сейчас пообсуждать. Но при этом я замечу, что в этом году на 2000 выпускников больше, чем в прошлом году.
РП: - А в процентом соотношении?
ГГ: - В процентом соотношении мы тоже считали по каждому предмету. Процент вырос. В этом году, для сведения скажу, 14696 выпускников, а на экзамен по обязательным предметам заявилось 15720, с учетом прошлогодних. На 2000 больше. Апелляции нас очень сильно напрягли. Еще одна проблема: не разрешено учителям, которые имели выпускные классы, вообще находиться на пунктах проведения в любом качестве. Если вы предметник – там всегда было. Если вы, например, биолог, сдают литературу, вам тоже запрещено там находиться, если были ваши выпускники. В малокомплектных школах невозможно было найти специалистов, поэтому инструкция предполагала, что увеличится количество организаторов. Но это наша проблема. Это не то, о чем вы спросили. Я думаю, среди проблем некоторое снижение результатов по физике и математике. И это требует очень тщательного анализа.
РП: - Давайте на последнем остановимся. Снижение результатов по физике и математике. Вы это вынесли в список проблем, хотя казалось бы, в этот год было похуже, в прошлый получше, а в позапрошлый вообще хорошо. Или снижение было настолько сильным, что впору быть в рынду?
ГГ: - Я считаю, что к результатам нужно относиться очень аккуратно. И особенно корректно нужно подходить к сравнениям школы со школой, что на мой взгляд, вообще-то недопустимо, территории с территорией. И не случайно Рособрнадзор не дает нам общероссийские баллы, а дает только процент несправившихся, как раз для того, чтобы мы не увлекались сравнением. Хотя в принципе рассчитать потом можно будет, каков средний балл по России. Вы совершенно правы, математика и физика совершенно по-разному представлены каждый год, но эти предметы никогда не были успешными. В прошлом году мы немного улучшили математику. А я сужу сейчас по результатам несправившихся. У нас выше российских показатели несправившихся с заданиями по математике и физике.
РП: - У нас в Пермском крае? Или у нас можно как-то подробить территориально, например, условно Барда и Куеда – лучше по математике, Чайковский – хуже.
ГГ: - У нас в Пермском крае. Я уже сказала, что по районам у нас на данном этапе нет данных, потому что вычищаем контингент сдающих экзамен.
РП: - Пермский край вами делится на Пермь и регионы? Или вы в любом случае всегда все вместе считаете?
ГГ: - Естественно мы всегда все вместе считаем. Но согласитесь, при всем уважении к другим территориям, я не могу сравнивать результаты города Перми, в котором сосредоточено большое количество учреждений повышенного уровня, и территории сельские. Мы с вами можем отнестись к результатам с такой точки зрения: есть ли успехи в сельских школах? Или успешны только элитные, брендовые школы города Перми? В этом году 21 территория может гордиться тем, что у них есть 100-балльники. Меня порадовал тот факт, что пермские школы, которые по государственной аккредитации имеют статус повышенного уровня, они этот уровень подтвердили. 146-ая школа (как известно, это школа с углубленным изучением математики, информатики и физики) имеет несколько 100-балльников по математике, физике и, что очень приятно – по русскому языку. 9-ая школа с углубленным изучением математики и физики дает  100-балльников по информатике и русскому языку.
РП: - Было бы странно школе с именем Пушкина не давать результатов по русскому языку.
ГГ: - Совершенно верно. Было бы странно, но теоретически это возможно. А теперь, что касается сельских школ. Давайте вместе порадуемся, что Косинский район, Юсьвинский район – имеют такие успехи, у них есть 100-балльники. Готова перечислять. Это и Кишертский район, и Нытвенский, Добрянский, Ординский, Куединский. 21 территория представила успехи. В том году было 14. Кстати, 100-балльников в этом году 90 против 78 прошлого года.
РП: - 100-балльник – это человек, набравший ровно «соточку»? Или 98 мы тоже можем к 100 причислить?
ГГ: - Нет, мы считаем отдельно. Я считаю, более корректный подход, когда мы смотрим, сколько выпускников набрали от 80 до 100 баллов, т.е. повышенное количество.
РП: - То есть это оценка «5»?
ГГ: - Нет, это не оценка «5». Не надо так округлять. Это другая система, 100-балльная. Не переводится это в «5».
РП: - Ну, не могу я так. 20 баллов – это «единица», 40 – «двойка, например.
ГГ: - А если, допустим, проходной балл в вуз – 76 баллов? Вы скажете, что это «5», а в другой 67 – и он проходит. Нельзя так, 5-балльной.
РП: - Я просто скажу, что в один вуз проход – это «4+», 67, а в другой «4-».
ГГ: - А зачем эти стереотипы, Роман?
РП: - Галина Васильевна, Вы ж прекрасно понимаете, что эти стереотипы нужны только мне. Я уверен, что выпускникам школ до них, как до лампочки.
ГГ: - Мы в прошлом году это уже обсуждали. Давайте в этой связи скажем, что действительно сильны стереотипы, что 100 баллов – это «5». Ведь на апелляции идут с 98 баллами, с 86 баллами. Спрашивают: «А почему у меня не 100?» 100 баллов – это эксклюзив. И я должна сказать, как только зашкаливает количество выпускников с повышенными баллами, в частностью, со 100 баллами…
РП: - Сюда прилетает комиссия Рособрнадзора.
ГГ: - Совершенно верно. Считается, что это аномальные результаты. Может быть, в эфире не стоит этого говорить, но я скажу, что какое-то время мы испытывали тревогу по русскому языку. В прошлом году было 29 100-балльников, а в этом году их 46. Вот радоваться или бояться? А вдруг это аномальный результат?
РП: - Ну и прекрасно. Ну прилетит сюда комиссия Рособрнадзора.
ГГ: - Она уже не прилетела. Я лично проанализировала результаты и пришла к выводу, что 100-балльники распределены равномерно по территории Пермского края. Вот если бы, например, в Нытве было 15 100-балльников, это было бы аномально.
РП: - И в одном классе.
ГГ: - Там не классы. Там на пунктах они объединены. Поэтому равномерность говорит о том, что очень хорошо мы справились в этом плане.
РП: - Прикидочку по прошлому году не вспомните? Такие регионы, как Мордовия, Чечня, Дагестан, которые вообще очень любят играть с цифрами, не сильно были отмечены?
ГГ: - Были отмечены. Вице-премьер Калмыкии Голодец в этом году уже дважды проводила селекторное совещание по ЕГЭ, в котором и мы принимали участие. И заслушивались на уровне заместителей губернаторов территорий, те территории, где аномально высокие результаты. Докладывали, каким образом они усилили контроль.
РП: - А это никак не кореллируется с результатами партии «Единая Россия»? 146% они набирают с территории и тут же 200 100-балльников по ЕГЭ у них.
ГГ: - Вы меня в политику не втягивайте.
РП: - Мне только-только мысль такая пришла.
ГГ: - Ну, это ассоциативный ряд у вас такой выстроился.
РП: - Да. А не сравнить ли нам 100-балльников и зашкаливающие политрезультаты партии власти?.. Ну, может быть там просто считать умеют по-другому. Смотрите, еще одна интересная история – количество общественных наблюдателей. Я так понимаю, что народ попёр.
ГГ: - Попёр.
РП: - А почему? Ведь статус общественного наблюдателя кроме дополнительной нагрузки не дает вообще ничего.
ГГ: - Вы исключаете активную жизненную позицию?
РП: - Ну, давайте. Если это ответ на вопрос…
ГГ: - Я готова ответить на вопрос. У нас есть анализ того, кто идет в общественные наблюдатели. Это 800 человек. Это прилично, мы этому очень рады. Мы, кстати, с вами как-то обсуждали вопрос, что их статус повышен. Они имеют право апеллировать, в том числе и в федеральные структуры. Так вот, это члены наблюдательных советов, попечительских, управляющих советов общеобразовательных учреждений, родительские комитеты, депутаты, ваши коллеги-журналисты. В основном, вот эти категории. Они аккредитуются и работают наблюдателями. Некоторые из них весьма активны и вникают во все тонкости нормативных документов. И когда на «горячую линию» идут возмущения, это естественно, не все порой удовлетворены результатами, кто-то по слухам это обсуждает, то мы всегда говорим: В каждом пункте, кроме организаторов, есть совершенно не заинтересованные общественные наблюдатели. Есть уполномоченный ГЭК. И это те люди, которые должны фиксировать любые отклонения от нормы. Я очень рада, что общественные наблюдатели так активно работают, и спасибо им за это большое.

РП: - А по большому счету, в чем заключается работа общественного наблюдателя? Что он должен отконтролировать?
ГГ: - Он должен смотреть, чтобы не была нарушена процедура, начиная от старта экзамена. То есть, каким образом пропускная система налажена, проверены ли документы у самих организаторов. Кстати, мы по одному из районов зафиксировали, что, так как все друг друга знают в лицо в сельском районе, то организаторов пустили, не проверив документы. Хотя они действительно организаторы. Наблюдатели это зафиксировали. Они могут входить в аудиторию в период начала экзамена, когда идет инструктаж и определить, насколько полон инструктаж, насколько интересы выпускников были представлены в инструктаже. Что значит интересы? Напомнили ли ребятам, что они могут апелляцию подать в частности по процедуре, по результатам, к кому могут обратиться, могут ли поднять руку, могут ли, простите, выйти в туалет. У меня по одному пункту было обращение, что не выпускали в туалет. Я провела расследование, не подтвердились факты. То есть очень широкая миссия у общественных наблюдателей.
РП: - У нас в гостях Галина Гутник, и говорим мы про предварительные результаты ЕГЭ. Про общественных наблюдателей упомянули. Теперь дальше. Апелляции. Я так понимаю, что у нас количество апелляций закономерно увеличивается от года к году.
ГГ: - Можно Вас спросить, почему Вы так считаете?
РП: - Я считаю, что рано или поздно будет набрана некая критическая масса, которая будет постоянной. Мне кажется, что изначально инструмент апелляции родителями и выпускниками не рассматривался всерьез. Когда я смотрел на цифры, на количество апелляций, мне казалось, что это дикость. Это правда дикость. Какие-то 400-500-600 апелляций на 15 тысяч. Апелляций должно быть очень много. Это нормально, когда люди недовольны результатом, когда они хотят уточнить, узнать. И вот этот процент «нормально недовольных», мне кажется, еще не набран. Это мое личное убеждение. Это абсолютно нормально.
ГГ: - Я думаю, Вы правы. Я тоже не склонна драматизировать ситуацию. Кстати, Вы наверно слышали, что в целом по России количество апелляций возросло. Анализ-то тоже должен быть по этому поводу. Кто сдавал в этом году ЕГЭ? Это те дети, которые пришли в 1 класс, когда в стране начинался эксперимент по единому государственному экзамену. Я не думаю, что с 1 класса они в это погружались, но, по крайней мере, контекст уже был задан. Согласитесь. И Вы совершенно правы, что это более информированные дети и родители о своих правах. С одной стороны, это нас должно радовать, потому что человек действительно хочет увеличить свои результаты. С другой стороны, надо ведь и доверять тем экспертам, которые проверяют работы. Но они безликие для выпускника. Они их не знают в лицо. Это, скорее всего, наши домыслы, чем точка зрения выпускников, доверяют они или не доверяют экспертам, проверяющим работы. Я хочу заметить, что только две апелляции было на процедуру. Как вы знаете, можно подать апелляцию на процедуру и апелляцию по результату. Мы с вами уже говорили выше, что ЕГЭ прошел в штатном режиме, в соответствии с порядком. Когда выявляются нарушения, они тоже выявлены в соответствии с порядком, потому что они зафиксированы. Так вот две апелляции. Одна из них была связана с тем, что выпускнику не хватило бланка для черновой работы, для черновика. Он подал апелляцию. Естественно, она была.
РП: - А что значит «удовлетворена в его пользу»?
ГГ: - Добавили балл, потому что он не дописал то, что хотел дописать на черновике.
РП: - А насколько много баллов добавили?
ГГ: - Один. Комиссия всегда решает в пользу выпускника, если сбой идет в системе.
РП: - Один балл – ведь это ничтожно при 100-балльной шкале.
ГГ: - А сколько Вы хотите?
РП: - Не знаю.
ГГ: - И я не знаю. Так решила комиссия. Это не мы с вами решаем. Хотя в принципе можно поразмышлять в таких ситуациях.
РП: - Ну, чисто теоретически: он не успел дописать какое-то задание, это задание было признано выполненным неверно, и если так вышло из-за того, что у него не было дополнительной бумаги, то наверно логично за это задание дать ему высший балл. Это аналогично спортивному поражению по очкам или технической победе. Да, высший балл! А он имел возможность решить это задание при наличии дополнительного листа бумаги? Допускается ли, что он бы взял высший балл за него конкретно? Значит дайте ему высший балл.
ГГ: - Я думаю, что комиссия проанализировала, что не дописано, в каком объеме и насколько это принципиально. Апелляция идет и в присутствии того, кто апеллирует, если он того пожелает. Вторая апелляция была: по наблюдению организатора в аудитории, выпускник пытался чем-то там воспользоваться. То есть не понравились его телодвижения.
РП: - А он спину чесал?!
ГГ: - Нет. И организатор встала за его спиной. Так вот выпускник воспользовался своим правом и подал апелляцию, в которой написал, что его нервировал организатор, и он, по его мнению, хуже написал.
РП: - Добавили?
ГГ: - Не добавили, не удовлетворили.
РП: - А почему?
ГГ: - Потому что организатор делала свое дело. Она обязана отслеживать, насколько соблюдается порядок в аудитории. Она совершенно права была.
РП: - Ай, как можно было придраться! Процедурные апелляции – это понятно. Здесь можно и пошутить, и напридумывать кучу всего. Но все остальные-то апелляции были по существу. На оценку.
ГГ: - Да, это все серьезно. По математике в этом году 546 апелляций, в прошлом году их было 159. Несмотря на то, что большее количество сдавало, в процентном соотношении все равно это большее количество. По русскому языку 189 апелляций, в прошлом году 82.
РП: - А вы не считаете, из 189 сколько апелляций на часть С.
ГГ: - Все апелляции только на часть С, потому что части А и В через программу, это компьютерная обработка.
РП: - То есть там уже не придраться.
ГГ: - Да. Вот почему вообще возможны апелляции и почему возможно изменение баллов? Ведь мы помним с вами, что можно и повысить, и понизить. То есть члены апелляционной комиссии могут констатировать, что по их мнению, завышены баллы у апеллянта, можно было бы и снизить. Но в интересах ребят мы никогда этого не делаем, хотя такое право у членов комиссии есть. Когда члены апелляционной комиссии проверяют часть С после своих коллег, они руководствуются критериями. Каждый год эти критерии шлифуются, уточняются. Они резко не отличаются по годам, но все равно критерии не идеальны, поэтому возможно субъективное отношение к работе в части С, которая очень личностная. Это материал, который требует очень скрупулезного анализа со стороны эксперта. У нас был случай, один эксперт по русскому языку поставил 18 баллов, а другой – 15. И машина не взяла. То есть разрыв в 3 балла машине показался большим. И мы назначили еще одну экспертизу. Третий эксперт поставил 15, и эти баллы были утверждены. Мы их, кстати, отправляем в федеральный центр тестирования.
РП: - А сколько людей (не машин) посмотрит одну отдельно взятую работу?
ГГ: - Первичная проверка осуществляется двумя экспертами. Причем они не видят друг друга, не знают друг о друге. Предположим, мы с Вами 2 эксперта. Вы сегодня посмотрели 15 работ, а я, предположим, дня через 4, потому что я смотрела другие работы. Там же все закодировано, фамилий нет, и мы не знаем, какая это территория, и друг друга не знаем. Так вот когда машина фиксирует большие расхождения в оценке, тогда из группы экспертов выбирается еще один, третий, который смотрит. А еще два эксперта будут смотреть в ходе апелляции, если таковая будет. То есть посмотрите, насколько защищен человек с точки зрения объективности оценивания. Оценивание все равно субъективное в части С, в той или иной степени. Но все равно максимально учитываются разные точки зрения независимых экспертов. На мой взгляд, это правильно.
РП: - А Вы мой балл видите? Вот я проверил, поставил 15. Вы это видите?
ГГ: - Нет, не вижу. Передо мной лежат критерии. Может быть не стоит говорить о таких тонкостях, но это интересно. Родители, особенно продвинутые, сами иногда считают, и у них не совпадает количество баллов по их мнению с тем, что получил их ребенок. А все достаточно просто. Есть сырые баллы. Вот вы решили какое-то количество заданий и набрали какое-то количество баллов. Кроме того, по каждому заданию еще коэффициент сложности присваивается. И вот когда вместе с коэффициентом считается, это уже в 100-балльной шкале получается. Там целая система работает, поэтому я бы не рекомендовала самим родителям перепроверять. Я в это тоже до конца не вникаю. Я понимаю принцип, но не мое это дело. Специалисты федерального центра подготовлены, они асы в этом деле, они этим занимаются.
РП: - Апелляция на математику, апелляция на физику, апелляция даже на русский язык мне вполне понятна. Как можно апеллировать по истории в части С, когда там, например, мини-сочинение на тему «Столыпин и его роль в истории государства российского». Там к чему апеллировать? Что там проверит учитель?
ГГ: - В соответствии с критериями. Выпускник может усомниться в том, что действительно по его мнению завершенное мини-сочинение недооценено. И он тогда вправе спросить, по каким критериям его работа оценивалась. Мы в перерыве говорили об этом примере. Но, может быть, он для данной мысли не очень удачен. Был такой пример, когда дали готовый текст (по литературе это было), и нужно было каким-то образом отнестись по каким-то вопросам к этому тексту: с позиции автора, какие-то ценностные моменты нужно было отразить. Так вот эксперт, с которой я встречалась (потому что там конфликт целый был), сказала, что выпускница вообще не поняла, о чем этот текст. Было полное непонимание, и она поставила те баллы, которые поставила.
РП: - А Вы сам текст помните? О чем он был. Может быть, хотя бы отрывок.
ГГ: - Не надо меня провоцировать. Я не имею права вникать в контрольно-измерительные материалы, я до сих пор их не видела. Это все запаковывается после экзамена, и уходит в центр тестирования.
РП: - Опять же тут вечная проблема. С одной стороны, учителя литературы или истории говорят: «Как можно знания литературы проверить цифрами?» А с другой стороны включается в процесс часть С. И вот тут уж никаких цифр. Давайте, проверяйте это сочинение. И тут уже другая проблема: откуда вы знаете, что она не поняла, может она поняла, но по-другому.
ГГ: - Конечно. Но ведь это хорошо, что есть эта часть, которая так или иначе субъективно оценивается. Нарекания в адрес ЕГЭ идут по какому поводу? «Да или нет, однозначный ответ, теряется и говорение, и развитие речи, мы не можем это проверить». Хотя я убеждена, что не надо это проверять на экзамене. Но тем не менее, часть С дает возможность человеку как-то выразить свои позиции.
РП: - Вы произнесли слово «говорение». Я подумал, что в литературе оно, может быть, и не так обязательно. А вот в английском языке – вполне даже.
ГГ: - На экзамене по иностранному языку я имела ввиду, конечно.
РП: - На экзамене по иностранному языку вы правда считаете, что не нужно проверять говорение?
ГГ: - По иностранному языку нужно.
РП: - То есть нужно часть С как-то аудифицировать.
ГГ: - В 9 классе это предложено делать. Я думаю, что на каком-то этапе в ЕГЭ вернут говорение. Я тоже об этом вам рассказывала когда-то. Когда экзамен шел и в письменном, и в устном виде, это было страшно. Ребенок проводил в пункте проведения огромное количество времени. Он сдал одну часть, потом походил, пришел, разговаривает с преподавателем. Каким-то образом это все надо уплотнить, более лаконичным делать экзамен. Это очень сложно.
РП: - В моей практике, на тот момент еще ученической, был пример сдачи экзамена по иностранному языку, который делился на две части: письменную и устную. Я могу сказать, что несколько часов, которые на всё это уходят, довольно сильно выбивают из колеи. Другое дело, что мощность человеческого организма и ресурсы сил ребенка взрослыми очень серьезно недооценивают. Это тоже правда. То, что взрослому кажется абсолютно неприемлемым, будет бросать в шок, то дети с этим справляются только так. Давайте о «плюсах». У нас есть положительные результаты по целому ряду предметов. Результаты, которыми можно гордиться. У нас отлично отработаны гуманитарные специальности. Давайте пробежимся по этому пункту.
ГГ: - Извините, Роман, давайте завершим предыдущую тему. Удовлетворено 133 апелляции из 1089.
РП: - Кстати, это неплохой процент. Это как раз то, о чем я говорю. Должен быть такой большой вал апелляций, рано или поздно он должен достичь своего максимума, чтобы устаканился процент. 2000 апелляции подано – 200 удовлетворено. И когда такой процент получится, мы их прогнозировать будем.
ГГ: - Я привела вам пример по обязательным предметам. А у нас есть интересный пример: по французскому языку ни в прошлом, ни в нынешнем году апелляции не удовлетворены. Всего 3 было. По химии: ни в прошлом, ни в нынешнем году. И смотрите, что интересно: 18 апелляций было подано в этом году, 18 в прошлом, и по нулям по удовлетворению. Каким-то образом апелляционная комиссия такую позицию занимает.
РП: - Зато химия из предметов у нас в зеленой зоне находится?
ГГ: - Давайте теперь об успехов. Мы 6 предметов фиксируем в зеленой зоне: это география, история, немецкий, литература, химия, русский язык. Это те предметы, по которым результаты значительно улучшены. И это радует. На прежнем уровне у нас информатика, обществознание, французский и биология. И как мы с вами уже отмечали, физика, математика и английский – это то, что в красной зоне. Прежде всего, несправившиеся набрали ниже минимальной границы по количеству баллов. Очень аккуратно мы считаем средний балл. Потому что контрольно-измерительные материалы ежегодно шлифуются, немного меняются, хотя стандарт-то прежний. Немножко меняется шкала. Кстати, если нас слушают специалисты, они упрекают порой чиновников в том, что допускают такие сравнения, по их мнению, некорректные. Я должна сказать, что мы имеем разъяснения федерального центра тестирования. Шкала изменяется таким образом, чтобы оставлять возможность территории сравнивать свои собственные результаты. И мы этим аккуратно пользуемся.
РП: - А если еще поговорить об успехах, попытка аналитики этих успехов хотя бы предварительно проводилась? У нас только по сравнению с прошлым годом так все скакнуло? Или можно говорить о последовательном улучшении качества результатов по предметам зеленой зоны?
ГГ: - В принципе, тенденция с прошлых лет обозначена. Я хочу об анализе сказать. На мой взгляд, очень важен этот вопрос. Какой должен быть анализ? Что нужно анализировать? Почему такие результаты в Бардымском районе, допустим, в городе Перми, в Нытве? А не иные? Мне кажется, что тщательно нужно анализировать все: и по каким образовательным программам работают педагоги, и что там с повышением квалификации, и какие современные технологии используются. Все это предмет разговора и на тех же августовских конференциях, и тема для специальных совещаний методического характера. Мне кажется, сейчас очень интересно вот что: раз математика в проблемной зоне уже не первый год, по инициативе государственной инспекции в этом году проведено широкомасштабное исследование математической подготовки учащихся школ и ПТУ, 15-летних учащихся. Проверять результаты будут международные эксперты. 5000 учащихся мы обследовали. И там уже не 100-балльная шкала. Уже Вы не скажете: «4» или «5». Там 1000-балльная шкала. Там анализируется всё: и социальное окружение, и условия. Очень много контекстных моментов. Такая компетентность, как умение читать текст математический и разбираться в нем. И к осени мы с вами получим обработанный результат. Я думаю, это явится хорошей основой для повышения квалификации педагогов.
РП: - В принципе, ЕГЭ и такого рода контрольные тесты нам нужны не только для того, чтобы измерять уровень знаний. Они нам нужны, чтобы просто понимать динамику. Мы должны знать, каким образом преподавать. А как тогда раньше без этого справлялись?
ГГ: - Ну почему? Всегда, экзамены в традиционной форме когда проверялись, учителя всегда анализировали, почему так, а не иначе, кому на курсы, у кого какие темы западают. Это естественно. Это было всегда. Просто новое время, другие стандарты, технологии. И есть возможность в глобальном образовательном пространстве каким-то образом себя увидеть. Ведь мы не просто выявим причины неуспешности, мы увидим, а как мы вообще с математической подготовкой смотримся в масштабах той же Европы. Это интересно.
РП: - А сопоставимы ли результаты наших единых государственных экзаменов с аналогичными контрольными измерениями в европейских, американских образовательных учреждениях и т.д.
ГГ: - Американских оставим. Спасибо за этот вопрос. На протяжении уже почти 10 лет мы участвуем в международных обследованиях естественнонаучной подготовки школьников, по чтению у 4-классников, обследуем по математике, по ряду гуманитарных предметов. Что сравнивается? Сравниваются те позиции, которые сопоставимы. Те, которые не сопоставимы, естественно, не сравниваются. Основа для сравнения есть, и она интересна. Очень много издано литературы по этому поводу, и мы с ней работаем, многие учителя и методисты знают.
РП: - Теоретически наши ЕГЭ-баллы рано или поздно могут быть основанием для поступления, допустим, в Сорбонну, Гарвард, Оксфорд?
ГГ: - В принципе ведь есть механизмы для того, чтобы наши учащиеся обучались в других странах. Эти механизмы связаны с подтверждением документов государственного образца. Кстати, инспекция занимается новым для нее полномочием: это простановка оппостиля, когда мы подтверждаем документ государственного образца, с которым человек может уехать учиться в другой стране.
РП: - То есть рано или поздно все это может быть возможно.
ГГ: - Это и сейчас возможно. Просто надо знать дополнительные условия. Например, если ты в Оксфорд направляешься, ясно, что к языку соответствующие требования, посмотреть, что дополнительно ты должен там сдать. Многие ориентируются на эти требования и заранее готовятся.
РП: - Вузы ведь тоже следят за ЕГЭ, преподавательский состав вузов, ректорат, всех очень волнуют цифры, общие показатели, что лучше и хуже. Как они сейчас оценивают ЕГЭ 2011 и 2012 годов? От вузов к вам перестал поступать поток претензий, который был на старте эксперимента.
ГГ: - Претензии и были, и есть. В частности, бывают такие замечания, что в первую сессию те, кто успешно по результатам ЕГЭ прошли, этот успех не всегда подтверждают. Остаются проблемные моменты. Хотя мы с вами знаем, что главное завоевание – это то, что мы совместили один и другой экзамен. Один раз человек сдает экзамен. А что касается противоречий, они естественны. Если даже два эксперта, проверяющих ЕГЭ, не всегда одну точку зрения имеют, то что говорить о том, как уже вузы оценивают тот продукт, который получают. Это предмет для обсуждения.
РП: - Тем паче, что вузы оценивают не результат ЕГЭ, а качество абитуриента. Если они будут предъявлять претензии к школам, то эта претензия будет не в том, зачем вы к нам посылаете абитуриента с 80 баллами или с 60. Они будут спрашивать, почему посылают человека, который не знает таблицу умножения. Этот момент их будет волновать гораздо больше, чем те цифры ЕГЭ.
ГГ: - Совершенно верно. Не надо навешивать на ЕГЭ все проблемы качества образования. Единый экзамен зафиксировал то, что зафиксировал по выполнению задания. А те компетентности, те знания стандартные и сверхстандартные, которые в течение 10 лет формировались, они проявляются конечно в процессе обучения в вузе. Процесс гораздо сложнее. То, что ты набрал 98 баллов и так же успешно продолжаешь обучение в вузе. Зачастую это совпадает, но есть и коллизии.
РП: - Пермский край – это 10 лет ЕГЭ. Я так понимаю, что даже Москва – это не 10 лет.
ГГ: - Они на два года, по-моему, позднее вступили.
РП: - Соответственно, у нас накопленный опыт ошибок, удач, есть чему поучиться. Мы действительно передовой регион? Мы действительно чем-то делились за время работы с госэкзаменом со всей Россией?
ГГ: - Во-первых, не только Пермский край 10 лет. Москва не пожелала, Санкт-Петербург свою позицию занимал, но значительное количество субъектов РФ вступило в этот эксперимент. Кстати, мы тоже не с первого года. На втором году мы стали участвовать. В первый год 7-8 территорий всего апробировали единый государственный экзамен. Я не могу сказать, что мы успешнее других. Я не слышала таких сравнений со стороны Рособрнадзора. Конечно, какие-то вещи наработаны. Я горжусь, что за эти годы у нас целая армия специалистов, которые умеют проверить современные результаты, современные работы выпускников, специалистов-организаторов, общественных наблюдателей. Это как раз продвижение вперед по организации ЕГЭ. Что касается неудач, то они есть. Они заключаются в моментах, связанных и с порядком проведения, и с отношением к выпускникам. К сожалению, есть и безответственное отношение, которое мы жестко наказываем.
РП: - Как то?
ГГ: - Например, выбрал ребенок предметы. И ему просто не предложили расписаться в том, что он эти предметы выбрал. А потом выясняется, что он выбрал одни, а в базу подали другие. Каждый год такой сбой бывает и не только по вине операторов, но и по вине моих уважаемых коллег. Если бы это было точечно, я бы сейчас об этом в эфире не говорила. Но это ежегодно.
РП: - То есть это исключительно с мотивацией: «Да куда тебе, балбес? И это точно так же на «тройку» сдашь и ладно тебе».
ГГ: - Просто не выполнены функции. И то, о чем Вы говорите, тоже имеет место быть, когда отговаривают: «Показатели, дескать, ты нам снизишь». Естественно, есть нюансы, которые нам с вами нужно регулировать, улучшать.
РП: - Нас слушают родители 10-классников. В сентябре у них начнется страшная головная боль. Сейчас что Вы им пожелаете? У детей последнее лето. Больше у них не будет такого лета никогда вообще.
ГГ: - Я бы пожелала родителям не строить жизнь с прицелом только на ЕГЭ. Насколько возможно создавать условия, чтобы ребенок учился равномерно и нормально. Если мы целью поставим только подготовку к ЕГЭ, то это никакое не образование. Это путь в никуда. Поэтому просто создать нормальные условия для завершения очень важного этапа в образовании вашего ребенка.
РП: - А Рособрнадзор не контролирует школы в выпускных классах на предмет соответствия программы, образовательного процесса стандартам образования. Ведь ситуация, когда 11 класс полностью посвящен подготовке к ЕГЭ – сплошь и рядом.
ГГ: - Мы контролируем, и это функция нашей инспекции. Мы выезжаем в территории, проводим выборочные тестирования, мы фиксируем. Кстати, мы контролируем и с учетом результатов ЕГЭ этой конкретной школы. Мы смотрим: «Ага. С физикой у вас были проблемы. Давайте посмотрим, как у вас на этапах промежуточных». Берем и 6, и 7 класс по ряду предметов. И предъявляем эти результаты. Кстати, у нас есть очень интересный анализ, как одни и те же дети по этому же предмету начинали в 4 классе, допустим, по математике, как это было в 6-ом, в 9-ом и на выходе. Тема качества образования – действительно тема очень глубокая. ЕГЭ – это то, что на поверхности, это уже финал.
РП: - Завершая наш разговор, контактные телефоны: ваши, комиссии, инспекции, чтоб переговорить с вашими специалистами, задать вопросы, что-нибудь уточнить, пожаловаться.
ГГ: - Всё на сайте инспекции. Телефоны отделов, приемных, мои, горячая линия круглогодично работает в штатном режиме.
РП: - То есть в принципе вы доступны не только в мае-июне.
ГГ: - В любой момент, естественно.
РП: - Горячая линия, понятно, в экзаменационный период просто раскалывается.
ГГ: - На прошлой неделе 64 обращения было. Но и зимой звонят. Как с демо-версиями познакомились, спрашивают: «А как нам здесь быть?»
РП: - Кто-нибудь звонит со словами: «Галина Васильевна, спасибо Вам за Ваш нелегкий труд».
ГГ: - Нет, таких звонков не было. Но я получаю удовлетворение от того, что задают вопросы зачастую конструктивные. Действительно люди хотят вникнуть в проблему, и спасибо им за это.
РП: - В таком случае я Вам скажу за всех: «Спасибо Вам, Галина Васильевна, за Ваш нелегкий труд». Ждем Вас в эфире.


 


Обсуждение
2368
0
В соответствии с требованиями российского законодательства, мы не публикуем комментарии, содержащие ненормативную лексику, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Недопустима публикация комментариев: содержащих оскорбления участников диалога или третьих лиц; разжигающих межнациональную, религиозную или иную рознь; призывающие к совершению противоправных действий; не имеющих отношения к публикации; содержащих информацию рекламного характера.