Верхний баннер
12:30 | СРЕДА | 16 ИЮНЯ 2021

$ 71.83 € 87.21

Сетка вещания

??лее ????ов??ое ве??ние

Список программ
12+

отдел продаж:

206-30-40


Программы / Дневник отличницы

17.02.2014 | 22:00
"Россиянам присуща тяга к математике, потребность в решении математических задач", - Юрий Айдаров, директор школы №146 с углубленным изучением математики

- Первым делом я вас хочу поздравить с недавно прошедшим юбилеем. Вашей школе исполнилось 20 лет, для школы нового времени, не имеющей серьезного бэкграунда, но успевшей сделать себе имя на федеральном уровне это очень серьезный срок. Как прошел юбилей?

 

- Большое спасибо. Примерно каждые 5 лет мы все собирались, этот юбилей был необычным. За 20 лет наши выпускники разбежались по стране и миру, собрать их было очень непросто. Если в прошлом году на юбилей мы поместились в ДКЖ, то на этот раз площадка меньше, чем ДК Солдатова, нас не устраивала. Было очень здорово, что нам удалось провести торжественный вечер там.

 

- Отлично. Говорить мы будем не только на праздничные темы. Школа как любое учебное заведение с повышенной планкой принимает на себя и повышенные вызовы современности. Буквально в декабре была опубликована новая концепция развития математического образования в Российской Федерации, которая на вас как физико-математическую школу с уклоном, профилем налагает определенную ответственность. Это тоже станет темой разговора. Начать хотелось бы с истории самой школы. Вы были одним из первых учеников 146 школы, когда она еще находилась в здании бывшего детского сада в Балатово. Вы ее окончили, работали в ней учителем и с сентября ее возглавляете. Как бы вы описали эту динамику, внутреннее развитие, которое прошла школа за эти 20 лет?

 

- Здесь нужно сказать, на юбилейном вечере один представитель из первого выпуска, у которого сейчас свой бизнес, сказал: «Я удивлен смелостью Александра Алексеевича Корзнякова, первого директора, начать с нуля в чистом поле». Когда начиналась школа, у нас не было своего здания, нам передали здание детского садика, нужно было переоборудовать его. Мы учились первый год в 122-й школе, было очень экстремально. До начала урока было практически непонятно, где будет проходить урок. Или это будет в кабинете труда, или в кабинете ОБЖ.

 

- Каждый раз это превращалось в квест.

 

- Я помню, по четвергам мы учились в университете. Нам нужно было изучать химию, а лаборатории как таковой у нас не было. Было очень здорово и весело. Но сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что в 2014 году это просто невозможно. По ряду причин было понятно, что школе из уютного здания на Самолетной, 40, где мы были почти 15 лет, нужно было переезжать в другую школу, чтобы мы могли выполнить те требования, которые сейчас предъявляются к школам.

 

- Кстати, 146-я – это часть моей личной истории. Когда вы бегали по 122-й в поисках кабинетов, я тоже там училась, и когда мы ходили на районные Олимпиады по математике уже в ваше обновленное отремонтированное здание, я испытывала хорошую белую зависть к ученикам физико-математической школы, которые учатся в таком интересном современном здании с такими классными учителями. Если мы говорим о развитии, как оно происходило? Чем отличается школа вашего ученичества, кроме организационных проблем, от школы, которую вы сейчас приняли в управление?

 

- Например, когда учился я, у нас в классе было 18 человек. Сейчас так не бывает. 25 человек – это нормативный минимум, но понятно, что в классах учится и больше. Наш нынешний выпуск будет порядка 90 человек. У нас сейчас начинается учеба с 7 класса, когда стало меньше детей возраста, когда будут поступать в школу, было принято решение, что будут набирать два седьмых класса и один восьмой. В то время, когда я поступал, там было два восьмых класса. По поводу изменений надо отметить, что ряд учителей, которые 20 лет назад приняли решение создавать новую школу, до сих пор работают, включая Александра Алексеевича Корзнякова, который получил звание народного учителя и достаточно успешно продолжает работать учителем математики, сбросив с себя груз всех проблем, которые бывают у директора. Приходят новые молодые, энергичные педагоги, и задача №1 – провести эту смену поколений, продолжить то дело, которое было начато 20 лет назад. В принципе это удается. Те ребята, которые в свое время оканчивали школу, ряд из них работает учителями достаточно эффективно и фактически по результатам, краевым конкурсам профессионального мастерства занимает первые места сразу же.

 

- С уходом Александра Алексеевича многие связывали определенные тревоги – казалось бы, как школа будет жить без ее основателя. Казалось, он уйдет и все рухнет. Вы с каким чувством, задачами заступали на должность директора этого знакового учебного заведения?

 

- Стоит отметить, что Александр Алексеевич никуда не ушел, он продолжает работать учителем. Наверное, у него даже больше времени на то, чтобы учить детей математике, тогда как у директора времени максимум 6 часов можно вести. Сейчас Александр Алексеевич ведет 10 уроков математики в неделю. Это ему нравится, ребята от этого только выиграли. Но если говорить про ситуацию в школе и вообще образовании в целом, то она радикально изменилась. С первых дней моей работы я уже действовал в реалиях нового федерального закона об образовании в РФ. Очень много изменений в нормативных документах, понятно, что здесь нужно радикально перестраиваться и по-новому на это смотреть. По каким-то задачам понятно, что я могу себе поставить задачу еще на 20 лет и думать, как школа будет выглядеть.

 

- Кстати, вы задумываетесь об этом? У нас просто сегодня такой день – с утра мы начали фантазировать с моим коллегой Артемом Жаворонковым, приучаем наших слушателей к тому, чтобы моделировать реальность через 15-02 лет, как оно будет. Школа через 20 лет, 2034 год – что она должна собой представлять?

 

- У нас сейчас идет разработка концепции под кодовым названием «20-30». Поскольку у меня прошлым летом родился сын, я точно знаю, что в 2030 году он будет где-то в 11 классе. Я один из немногих людей, которые могут сказать, что будут иметь гарантированное отношение к школе в 2030 году. Но здесь важно отметить, что школа перестает быть единственным источником информации. Ребята знают очень многое, но не все умеют фильтровать информацию. Сейчас появляется понятие информационной гигиены, так это специалисты называют – универсальный навык, которому нужно учиться в школе с первых лет о том, как пользоваться интернетом, какая информация достоверна, какая недостоверна, как защищаться от информации, которая вредит развитию.

 

- Для вас главный вызов как для директора и учителя – это поколение ребят, которые у вас учатся, отличное от вашего или моего, другая информационная среда, в которой они растут?

 

- Да, у ребят сейчас больше возможностей. Можно ездить за границу, изучать язык, посмотреть мир. Можно в интернете найти практически любую информацию, все доступно. Если раньше ответ на решение сложной задачи нужно было сложно искать, идти в библиотеку, сейчас можно зайти с планшета на сайт, посчитать интеграл – ввел функцию, она тебе результат вывела. Фактически речь идет о том, что ребят нужно учить навыкам, методикам, каким-то универсальным умениям. Почему можно гарантированно обещать, что 146-я в 2034 или в 2030 будет? Потому что основной акцент на фундаментальное образование. Мы не ориентируемся на специализацию, профориентацию в школе, потому что за то время, пока ребенок заканчивает школу и вуз, какие-то технологии, которые были до его поступления в вуз в школе, он их изучал, уже устареют. Тот же самый Office – сейчас есть облачный Office, как будет складываться через 5 лет, никто не знает.

 

- А математика вечна, универсальна и глобальна.

 

- Когда мы учим детей математике, мы, по крайней мере, можем, не обманывая абсолютно, обещать, что они смогут в течение жизни неоднократно менять свою карьерную траекторию, выбирать область деятельности и быть в ней успешным. Один из моих друзей, который окончил школу на год младше меня, учился в физтехе на ядерной физике, был там чуть ли не замдекана по какой-то магистратуре. Он ездил в центр ядерных исследований, где адронный коллайдер, а потом решил поехать в Калифорнию, получил диплом EBA, занимался каким-то бизнесом, а сейчас работает в Москве в «Озоне».

 

- У человека появляется огромный выбор возможностей для того, чтобы гибко и непринужденно выстраивать свою жизненную траекторию.

 

- Потому что фундамент, какие-то универсальные неизменные знания, думаю, все согласятся, это те знания, которые не меняются, максимально эффективное использование времени в школе.

 

- Я живу недалеко от школы №146, регулярно проезжаю мимо и вижу ваших учеников. Во-первых, сама школа выделяется своим обновленным фасадом, очень привлекательна. Но при этом это одна из немногих школ, может быть, единственная, у которых собственная велопарковка, ребята туда ездят на велосипедах. Когда я смотрю на ваших школьников со стороны, мне кажется, они выделяются из общей среды, такие люди мира, немножко похожи на европейских, американских студентов. У вас есть ощущение того, что в вашей школе учится особый контингент.

 

- Конечно, школа создавалась как школа для работы с одаренными детьми. Например, я перешел в школу №146, потому что в той школе, где я учился, было очень сложно развиваться. На том уровне, на котором я хотел изучать математику, друзей в школе или классе у меня было немного. Естественно, я мечтал о том, чтобы попасть в такую среду, где много таких, как я, где я могу себя чувствовать комфортно и психологически, и получать те знания, которые соответствуют каким-то моим образовательным потребностям. Поэтому в первую очередь в школу идут те ребята, которые создают проблему в своем классе, когда я учился до 146-й школы, то мог решить оба варианта контрольной за 5 минут и подсказать ответы всем своим одноклассникам. Понятно, что для учительницы математики было своего рода суровое испытание. Было очень хорошо для всех, что 146-я школа появилась, и я там мог реализовать какой-то свой потенциал. Поэтому те ребята, которые у нас учатся – это те ребята, у которых образовательные потребности, которым нужно углубленное изучение отдельных предметов. У нас есть ребята, которые в Усть-Качке живут, человек приезжает в Пермь каждый день, чтобы изучать предметы. Бывает, что еще 8 утра нет, кто-нибудь приехал в школу, и с учителем физики до того, как уроки начались, разбирают задачу, что-то обсуждают. Это уникальная среда.

 

- А год назад, когда мы общались примерно на эту же тему, вы дали мне определение одаренности, которое я достаточно часто с тех пор использую. Одаренность – это спонтанная деятельность. Ребенок начинает делать что-то не потому, что ему говорят «садись и делай», а потому, что он сам этого хочет. Он приходит, решает задачи одну за другой, щелкает как семечки, получает от этого истинное удовольствие – значит, он в этой сфере одарен. У меня появляется другой вопрос, мы сейчас плавно перейдем к обсуждению концепции математического образования в России. Один из постулатов, как я поняла – нет детей, неспособных к математике. Любая школа должна иметь возможности и инструменты, чтобы любого ребенка обучить математике на достаточно высоком уровне. Вы рассматриваете этот постулат как собственный вызов особой школы?

 

- Что здесь нужно отметить и в рамках концепции, и по ситуации с математическим образованием? Надо понимать, что после 9 класса, появляется сейчас ОГЭ, и ЕГЭ после 11 класса, математика – это обязательный экзамен. Понятно, что уровень у ребят разный. Концепция предусматривает ориентирование в трех направлениях. Первое – те, кто не будет применять математику в профессиональной сфере, кому нужна математика для того, чтобы получить аттестат. К сожалению, есть в ЕГЭ ряд элементарных задач: «Магазин закрывается в 11 часов, закрывается в 19, перерыв на обед с 13 до 14 – сколько часов в день работает магазин?» Примерно 5 задач такого уровня можно решить и получить тройку. Это с моей точки зрения не то чтобы катастрофа, но лазейка, чтобы не знать математику на уровне 11 класса, с такого уровня заданиями ЕГЭ справится пятиклассник. Я не думаю, что в этом году кардинально поменяется ситуация. Вообще наличие какого-то процента двоек на ЕГЭ удивительно. Получается, что второй уровень – это те, кто будет применять математику в профессиональной сфере. Это будущие инженеры, экономисты, бухгалтеры. Понятно, что им нужен второй уровень. И есть задания очень высокого уровня, которые позволяют увидеть будущих профессиональных математиков. Конечно, они в школах концентрируются, где есть педагоги, которые умеют и знают, как работать с такими детьми.

 

- Происходит кластеризация. Концепция развития математического образования в России как раз призвана донести до каждого жителя России, что математика ему нужна, отойти от этого разделения, профилизации – вот это математики, это гуманитарии, представители естественных наук. А вот математика для инновационного прорыва, чтобы наша страна выходила на лидирующие позиции в мире, должна быть в мозгах у каждого жителя.

 

- Конечно, очень важно, чтобы концепция развития человеческого образования была рождена постановлением правительства Российской Федерации. Это было удивительно. Это достаточно высокого уровня документ, который окажет большое влияние на то, каким будет отношение к математике на всех уровнях власти. Среди россиян тяга к математике, потребность в решении математических задач присуща. Думаю, многие замечали за собой тягу к решению задач. Математические кружки в советское время, 146-я школа возникли потому, что такая потребность есть. Каждый год в школу приходят семиклассники, восьмиклассники, проходят серьезные испытания, потому что это стремление у кого-то сильнее, у кого-то меньше, но интерес очень большой и высокий. По крайней мере, эта концепция – это ответ на вызов общества. Тем вариантам, которые сейчас есть, математики не хватает, и эта потребность есть, очень много мероприятий, посвященных математике, проводится сейчас, и я думаю, что их количество увеличится в разы в ближайшее время.

 

- Вы видите прямую причинно-следственную связь, о которой нам говорит правительство? Будет больше математики, хорошей и разной на всех уровнях обучения от дошкольников до вузов – и будет наша страна лучше жить?

 

- Я думаю, что это правда, один из принципов нашей школы – фундаментальное образование, которое позволяет делать инновационные вещи. Когда у нас считают, что школьники должны делать проекты, исследовательски, технически что-то изобретать, я всегда говорю, что если ребенок физику знать не будет, то ценность этого изобретения будет низкая. Придумает он вечный двигатель или летательный аппарат – чтобы раздвигать границы, нужно изучать и знать физику, с этим тоже не то чтобы проблемы, но одна из причин, по которым ребята идут в нашу школу.

 

- Одна из проблем, заявленных в концепции – низкий уровень мотивации. Есть ребята, которые идут к вам в школу, но признаемся честно, их единицы на фоне серого большинства, которым математика не так-то особо и нужна. Какие возможности замотивировать школьников? Мне кажется, к вам идут не потому, что безумно любят математику, а потому что 146-я школа славится как отличная кузница кадров для самых крутых предприятий Пермского края, России, зарубежья. Она воспринимается вполне справедливо как стартовая площадка. Дело не только в персональных склонностях ученика к математике. Как замотивировать школьника любить математику? Что для этого нужно – хороший учебник, учитель или какие-то перспективы?

 

- Во-первых, нужно самому интересоваться математикой, вместе с ребенком этот интерес выявлять и поддерживать. Моей дочери 5 лет, в марте я купил ей калькулятор, сейчас его можно купить для детей, розовый, красивый, с наклейками – по крайней мере, она может выполнять на нем самые простые операции. Это для наших сегодняшних детей никакой проблемы не составляет. Если я увижу, что калькулятор и какие-то арифметические действия ребенку интересны, понятно, что это нужно поддерживать. Но объективно тяга к математике и одаренность проявляется ближе к 7 классу, когда ребята приходят к нам в школу. Поэтому у нас нет набора с 1, 2, 5 класса. В этот момент еще не видно, насколько ребенок действительно интересуется математикой.

 

- Вы все-таки говорите о естественном интересе, а я об интересе, который правительство хочет возбудить в людях на системном уровне. Это реально, чтобы население страны разом полюбило математику так, как оно не любило ее раньше?

 

- Стимулировать или привить интерес, заставить любить математику невозможно. Но есть традиционный путь – показывать ребятам возможности, а воспользуются они или нет, уже второй вопрос. На уровне правительства принято решение какие-то возможности школьникам, студентам, молодежи предлагать – конечно, это плюс. Интерес к математике вырастет за счет того, что кто-то не задумывался о своей любви к математике, а у них будет возможность почувствовать.

 

- На ваш взгляд, это приведет к качественным сдвигам, о которых мечтает наша власть? Я зачитаю цель: «Цель настоящей Концепции - вывести российское математическое образование на лидирующее положение в мире. Математика в России должна стать передовой и привлекательной областью знания и деятельности, получение математических знаний - осознанным и внутренне мотивированным процессом». О чем мы говорим? Предлагается какой-то сдвиг, что мы жили-жили, и вдруг мы понимаем, что без математики нам вообще никуда! Чтобы каждый проникся.

 

- Да, понятно, что если ребята, которые интересуются математикой, будут в каждой школе, если каждый учитель математики будет ощущать поддержку учебников и образовательных технологий, сможет сделать предмет интересным, банально будет больше часов, то это приведет к необходимому результату. И математическая культура вырастет, и те научные школы, которые существуют, будет их подпитка. По крайней мере, здесь какой-то задел и потенциал у нашей страны есть.

 

- Тем не менее, в новом законе об образовании я не нашла упоминаний о школах для одаренных детей. Специальных статусных школ у нас не предполагается. Ваша школа с углубленным изучением. Есть школы с авторскими особыми специальными программами, получается, на вас как на лидера в образовании делается ставка. С другой стороны, формально какого-то особого статуса, получается, у вас уже нет как у школы, которая действует в особых условиях. Как вы разрешаете для себя это противоречие?

 

- По крайней мере, до последнего года была программа, для наших педагогов, педагогического коллектива как одного из ведущих в крае серьезная значимая поддержка, потому что в рамках школы лучшего учителя поддержать премией я всегда смогу. Но серьезный результат на уровне страны, края – это должна быть поддержка, завязанная на серьезные результаты, я уверен, что такой механизм будет работать в том или ином виде, и норматив в нашей школе больше, чем в обычной, обязательств у нас в связи с этим больше. Я думаю, лучшие учителя будут как-то дополнительно поддерживаться, кроме норматива, который есть в школе. Понятно, что любовь к математике и определенный трудоголизм, то колоссальное количество времени, которое посвящается образованию, будет как-то вознаграждаться. Пермскому краю нужны хорошие учителя, я в этом уверен.


Обсуждение
2432
0
В соответствии с требованиями российского законодательства, мы не публикуем комментарии, содержащие ненормативную лексику, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Недопустима публикация комментариев: содержащих оскорбления участников диалога или третьих лиц; разжигающих межнациональную, религиозную или иную рознь; призывающие к совершению противоправных действий; не имеющих отношения к публикации; содержащих информацию рекламного характера.