Верхний баннер
10:34 | ПОНЕДЕЛЬНИК | 20 СЕНТЯБРЯ 2021

$ 72.56 € 85.46

Сетка вещания

??лее ????ов??ое ве??ние

Список программ
12+

отдел продаж:

206-30-40

22:00, 27 июля 2014

"В России современное искусство находится в состоянии чуть лучше амебы, инфузории-туфельки или чего-то в этом духе", - Андрей Люблинский

- Андрей готовит для пермяков, в среду откроется новая выставка в новом здании музея современного искусства. Расскажите, что такое ваша выставка и с чем ее едят? У нее как раз съедобное название – «Авокадо».

 

- Она съедобная только наполовину, вторая часть названия «Конструктор идентичности», его уже никак не съесть. Сначала было желание привезти в Пермь ретроспективу группы Pprofessors, все, что мы сделали за 12,5 лет.

 

- Так много.

 

- Это только группа Pprofessors существует так долго. А с Машей Зоборовской, с которой мы работаем в нашем коллективе, мы знакомы уже больше 20 лет. У нас еще был предыдущий творческий коллектив, мы такие долгожители, что ли. Когда мы стали советоваться с куратором, нам сказали, что ретроспективу везти не надо, надо сделать что-то новое. На этой выставке минимум одна треть будут совершенно новые работы, которые не видел пока еще никто. Есть старые, хорошие, запомнившиеся пермякам работы. Опять же, когда мы стали говорить про ретроспективу, выяснилось, что почти все новые проекты за 2-3 года в Перми уже были показаны. Я просто пришел в некоторый тихий ужас и понял, что надо делать новую выставку.

 

- Я напомню слушателям, что именно Андрей – автор тех самых знаменитых, нашумевших «Красных человечков». Хорошо, выставка новая на одну треть.

 

- Примерно. Мне сложно сказать, потому что многие работы придумывались и доделывались в процессе. Я стал считать, примерно будет показано 150 объектов плюс графика плюс настенные росписи, будет какое-то видео. Будет два этажа.

 

- Именно вашей выставки.

 

- Именно нашей, называется Pprofessors & Friends. Некоторые работы мы делали совместно с нашими прекрасными профессиональными друзьями. Это Боремир Бахарев, Константин Новиков, Ирина Ванеева – наши питерские дизайнеры и художники.

 

- Хорошо, расшифруйте название. Я смотрела афиши, ваши работы, но понять, что будет на выставке, мне очень трудно. Я понимаю, что нужно сходить посмотреть своими глазами, а описывать – все равно что чай из трубы пылесоса пить.

 

- Кстати, надо попробовать, в гостинице сегодня это сделаю. Пылесос я там видел. Мы добились своего, если у вас такие эмоции возникли. Наш прекрасный московский куратор Александр Евангели написал текст для выставки, он называется «Конструктор идентичности». Нам позвонили из Перми, спросили: «Как называем выставку? «Конструктор идентичности»?» Мы пришли в легкое замешательство. Не то чтобы у нас несерьезные работы, но в принципе они достаточно легкие. Такого пафоса, как в названии, нет, и нам надо было этот пафос немедленно снизить. Слово «авокадо» обладает у нас мистическим свойством, мы даже сделали один объект с названием «авокадо» и выставили его в Петербурге прямо на улице. И мы решили, чтобы буквально всех запутать, назвать выставку «Авокадо, или конструктор идентичности». Здесь есть тоже интересный момент. Когда все эти события состоялись в Перми с «Красными человечками», изнутри это было не всегда приятно, некий дискомфорт присутствовал. Это было связано много с чем, в том числе с тем, что очень многие люди находили те смыслы в наших работах, которых там не то что нет, они даже никак не закладывались. Второе дно, двадцать второе дно и так далее. Захотелось уже гиперболизировать эту ситуацию и назвать выставку так, чтобы уже совсем ничего не было понятно. Могу сказать, что после всей истории с «Красными человечками» мне захотелось перейти на абстрактные формы, чем я сейчас и занимаюсь. Некоторые вещи, самые первые, можно будет увидеть на выставке. Что такое абстракция? Какой смысл хочешь пристегнуть, такой и пристегиваешь.

 

- Я вспоминаю картины Кандинского.

 

- Можно вспомнить Кандинского, Малевича, что угодно. Просто искусство бывает разным, вот что хочется сказать. Оно может иметь восемь смыслов, может иметь один смысл, если искусство не имеет смысла, меньше искусством оно не становится. Может быть все что угодно сейчас, правильно? Желательно в рамках закона, возможно в рамках существующей морали.

 

- В рамках морали иногда идут отклонения, по мнению некоторых людей.

 

- И правильно, очень серьезные отклонения идут. Актуальное искусство – такое прибежище для людей зачастую с нездоровой психикой.

 

- То есть вот так?

 

- А для кого-то это новость? Психов полно, чё.

 

- Нас в ICQ уже спрашивают про смысл «Красных человечков»: «Сознайтесь, был в «Красных человечках» намек на депутатов или им показалось?»

 

- Им показалось, намека не было. Вот тоже история возникла. Приезжали постоянно журналисты и спрашивали: «Что вы хотели сказать «Красными человечками»?» Началось с того, что, по-моему, приехала «Комсомолка». Говорят: «У нас мало времени, 5-10 минут, давайте быстренько расскажем, что вы хотели сказать». А меня из себя выводит вопрос, что хотел сказать художник – это просто невыносимо и невозможно. Я работал над этим проектом последние 3-4 года, и за 5 минут коротко сказать о каких-то глубинных смыслах, которых для меня миллиарды, которые не обязательно должны знать зрители. Это настолько долгая история, что меня эти вопросы ставят в тупик. Я говорю: «Ребята, для меня «Красные человечки» - это конструктор, из которого можно собрать антропоморфного персонажа, и он будет в сером ландшафте ярким пятном». Мне никто не верит. Поставили «Слава труду!» у Речного вокзала незабываемую – мне писали утром, что я таким образом надругался над памятью отцов и дедов, погибших в Великую Отечественную войну.

 

- Каким образом, не понимаю.

 

- Не знаю, это был такой плевок в сторону светлого прошлого.

 

- А, люди имели в виду металлические буквы, которые сохранились в очень немногих городах нашей страны…

 

- Про буквы сейчас тоже расскажу. Я не знаю и не могу вдаваться в подробности, что имели в виду люди, которые восприняли это как плевок в сторону нашего советского прошлого. А вечером мне приходили письма, что я зову всех обратно в проклятущий коммунизм. Две совершенно противоположные – самый простой пример, так происходит со всем. Откуда взялась «Слава труду!», я много раз рассказывал, повторю еще с удовольствием. Я родился в 1972 году. Все, что меня окружало, когда я рос – это были лозунги, демонстрации, все остальное. Не буду сейчас высказывать свое отношение к этому, но я очень рад, что мне удалось пожить и при Советском Союзе, и после него. Конечно, засилье лозунгов во времена СССР и засилье рекламы сейчас – не одно и то же ли? Когда я несколько лет назад шел по району, в котором я вырос, в Ленинграде, на сталинском доме был лозунг, который еще не успели снять: «Слава труду!» В детстве все эти «Слава труду!», «Миру мир!», «Слава КПСС!» казались игрой слов, набором букв даже. Сейчас, вдумавшись в лозунг «Слава труду!», я понял, что для меня это соразмерно тому, как я живу. У меня прямо сердце екнуло, я тут же сделал этот объект. Кроме того, если еще продолжать про «Красных человечков» со словами «Слава труду!», у нас в проекте есть объект «LOVE», который стоял…

 

- Да, который стоит возле…

 

- Стоит еще, да?

 

- Когда я последний раз обращала на него внимание, он вроде был на месте возле Органного зала.

 

- Да, он там стоял. По-моему, когда я его видел последний раз, он был в удручающем состоянии, практически абсолютно развалился. Это реплика на работу нашего любимого американского художника Роберта Индианы. Нам хотелось, чтобы у нас сквозь призму «Красных человечков» мы посмотрели на западное искусство и наше советское, наглядную агитацию и так далее. Из советского бэкграунда появилась «Слава труду!», а из американского – «LOVE». Я думаю, я на вопрос ответил.

 

- Такое соотношение двух времен, культур получается.

 

- Вот видите, вы уже начинаете рефлексировать на эту тему. Мы этого и пытались добиться. Данный проект помог нам в исследовании самых разнообразных сторон творческой жизни. У нас есть комиксы про красного человека, есть принты с красным человеком, вот их можно будет увидеть на выставке, пермяки их не видели. Реплики на западных художников тоже будут на выставке. Есть у нас любимый художник Джакометти, будет на него реплика с помощью красного человечка, который будет скорее всего не красным, а черным. (смеется) Я так сказал, как будто хочу кого-то заинтриговать, но кому интересно, заходите.

 

- Давайте обсудим в принципе современное искусство. Мне очень интересно, как работает современный художник и в принципе художник. Понятно, очень трудно выяснять, как в его голове возникает то или иное, но мне интересно больше ваше отношение к современной реальности. Вы говорили о советском прошлом. Смотрите, у нас недавно был большой скандал с советским прошлым, Орден Ленина, который город получил, то снесли, то перенесли, непонятно что сейчас с ним происходит. Пока он лежит в закромах родины, и его хотят восстановить с Законодательным Собранием.

 

- Я так понимаю, на месте, где сидел красный человек на стуле.

 

- Как вы относитесь к сохранению таких вещей в городах?

 

- У меня очень резкое мнение на этот счет. Мне кажется, что все это обязательно надо сохранять. Ситуация на Украине эта, не вдаваясь во все подробности, умом-то я понимаю, почему все так произошло. А вот то, что произошло, в голове не укладывается – там в феврале было снесено огромное количество памятников Ленину по всей стране. Это вообще очень интересная ситуация, для меня достаточно ужасная в силу разных причин. Мы даже сделали на эту тему проект. У нас на новой выставке будет выставлен новый проект «Равновесие», он посвящен тем памятникам, которые снесли на Украине в феврале 2014 года. Мы в силу своих возможностей взяли и сделали реплики на снесенные памятники из тех материалов, которые были под боком. Самые простые материалы, типа «Русского бедного» все получилось. Это старые деревяшки, камни и все простое. Сразу скажу, что это не издевательский проект, меня ситуация со сносом памятников очень сильно задела.

 

- А почему она вас так задевает?

 

- Не потому, что я разделяю коммунистические идеалы, и фигура Ленина живого и не очень живого уже мне не нравится, честно говоря. Но когда я был ребенком, мы с родителями ездили по Советскому Союзу, заезжаешь в любой город, любой населенный пункт – везде есть памятник Ленину. То же самое, как на металлических игрушках в игрушечных магазинах цена была выбита чеканкой. В этом была некая стабильность. Я понимаю, что застой, пятое-десятое, но приезжаешь в любой город, и там есть памятник Ленину. Для меня фигура Ленина десакрализована, как и фигура Гитлера, наверное. Не знаю, насколько можно говорить об этом на радио. А фигура Сталина, если продолжать разговор об этом, совершенно не десакрализована. Что такое для меня памятники Ленину? Это стабильность. Даже не вдаваясь в подробности, что это был за человек, для меня, парня, родившегося в 1972 году, это был мультипликационный персонаж вне политики. Дедушка не дедушка, но вроде того. Было много слащавых рассказов про Ленина, я был и октябренком, и пионером, и комсомольцем, в пионерский лагерь ездил, что только не делал… Ленин был не то что вне идеологии, это была часть жизни.

 

- В учебниках на каждой странице был его портрет. И гимн с другой стороны.

 

- Некоторые еще татуировки делали. А что плохого, чтобы гимн на другой странице тетрадки? Не вижу ничего плохого абсолютно. Спросите у меня – я на Селигер ездил преподавать, лекции читать, что в этом плохого? То, чем в Англии является чаепитие, королева и лужайка, тем для меня (не могу сказать, что для России) является памятник Ленину. Не фигура Ленина, а памятник Ленину в городе. Почему Англия так хорошо живет, в отличие от России? Все-таки они получше живут. У них есть свои проблемы, у нас свои. Но по ряду факторов Англия обгоняет Россию, надо признать. Потому что у них есть традиционные ценности, а у нас это все постоянно рушится, особенно последние 100 лет. Была монархия, советская власть, сейчас то, что есть. нестабильность доводит людей до умопомрачения, мне кажется. И сейчас постоянно ищут скрепы.

 

- Духовные скрепы, да.

 

- Да хоть какие-то! И постоянно то в футболе находят, то в Крыму, то еще где-то. А в это время на Украине сносятся памятники Ленину, и у вас вот убрали этот Орден Ленина. Зачем его убрали?

 

- Потому что земля там частная.

 

- Кому-то не нравятся коммунисты или еще что-то? Этот Орден Ленина был кому и за что дан?

 

- Городу за трудовые успехи.

 

- Государство наградило город, что в этом плохого? Его наградили в период советской власти, зачем убирать этот орден? Люди работали!

 

- Потому что это частная земля, и там они хотели ситивизор поставить.

 

- Отлично! Ну, перенести – он сделан хорошо. Я когда первый раз прилетел в Пермь, долго фотографировал его со всех сторон, он прекрасно сделан. Как произведение декоративно-прикладного искусства, он вполне и вполне, я не знаю, зачем его убирать.

 

- Смотрите, в Москве существует такая вещь, как «Музеон». Туда как раз свезли символы, там есть Дзержинский, которого свалили в 1991 году, есть Ленин, памятники, скульптуры и так далее.

 

- Это называется резервацией на самом деле. Это мое субъективное мнение, не хочу никого ни в чем убедить. Но есть у нас проблемы с традицией. Если в Англии – это чаепитие, то у нас те или иные традиции постоянно обрубаются. Потом обратно вытаскиваются из шкафа, потом их заталкивают обратно, и вообще непонятно ничего. а вторая проблема – государство должно дать оценку деятельности того же Иосифа Виссарионовича Сталина. Государство молчит, появляются всякие автобусы с изображениями Сталина и так далее. Если Германия дала на уровне правительства и государства оценку деятельности Гитлера, мне кажется, то же самое должно произойти и в России, чтобы уже не возникало вопросов.

 

- Либо да, либо нет?

 

- Как-то так, наверное. Я не говорю, какая оценка, но должна быть у государства позиция по этому поводу. Из-за этого у россиян происходит в мозгу разжижение, раздвоение. Пока государство не скажет и не расставит акценты, о чем можно говорить? Если в моем творчестве попадаются такие деятели, как Владимир Ильич Ленин, то работать с образом Сталина мне вообще неинтересно. Для меня это абсолютно закрытая тема.

 

- Закрытая, потому что спорная?

 

- И поэтому тоже.

 

- То есть вы не знаете, как себя вести с таким материалом.

 

- Я не хочу с ним вообще работать. Погибло огромное количество людей, и во время войны, и в лагерях, и где угодно. При Сталине были хорошие вещи, но это совершенно не плюс к его фигуре. Все эти вещи надо четко высказать. Для меня это фигура безусловно отрицательная. Но при этом то, что в СССР было много хорошего, тоже нельзя отрицать. Пока у нас не будет четкой государственной позиции по этому поводу, с этим очень сложно.

 

- Современный художник, который говорит о политике – это очень удивительно, у него абсолютно свой взгляд на эти вещи. Вы так интересно рассуждаете о традиции, но при этом вы современный художник.

 

- А почему современный художник не может работать с традицией?

 

- Я не говорю, что вы не можете с ней работать, я говорю, что вы о ней очень интересно рассуждаете. Хочется спросить про современные объекты. У нас в Перми сложное отношение к современному искусству и всем этим объектам. Я не могу сказать за другие города, в них я тоже видела объекты современного искусства, но я не знаю отношение местного населения. У нас букву «П» у «Перми-2» обзывают табуреткой, яблоко ненавидят всей душой, тех же «Красных человечков» несколько раз чуть ли не пытались сжечь. Другая половина наоборот: «О, классная штука, здорово!»

 

- А вы уверены, что 50 на 50?

 

- Последний раз, когда мы спрашивали людей, было 50 на 50.

 

- (смеется) С ума сойти, реально был опрос?

 

- Да, мы на «Эхе» эфир вели, и у нас люди голосовали, было 50 на 50. Но это было до того, как начали увозить все эти вещи, убирать. «Айконмена» убрали уже, если я не ошибаюсь. «Красных человечков» тоже. Еще думают разбирать букву «П». Скажите, в России и Перми в частности умирает современное искусство или нет? Или есть шанс и надежда на что-то новое?

 

- В России современное искусство находится в состоянии чуть лучше амебы, инфузории-туфельки или чего-то в этом духе. Есть к чему стремиться, вот как. Есть художники, очень хорошие авторы, которые совершенно прекрасно работают и для нас, и для запада, уровень очень хороший. Но на что жить современному художнику? У нас рынок почти отсутствует. Галерея в Москве занимается продажами, в Петербурге несколько галерей занимаются продажами на весь город. В Петербурге нет музея современного искусства, а в Перми он есть, не устаю об этом говорить. Конечно, государство должно все это поддерживать, хотя оно и поддерживает. Грех говорить, как в фильме сказал один мужчина: «Я родился и вырос в аду» (смеется). Такая точка зрения тоже присутствует у некоторых россиян. Государство не устраняется от этого вопроса, хотя хотелось бы, чтобы оно еще больше в это вкладывалось. Это опять же касается всех этих скреп и всего остального. Надо понять, куда государство будет развиваться. В сторону матрешек или опять же актуальные художники, которые не делают лаптей, тоже имеют право на существование? Большой вопрос, ответа на него пока нет. Ни положительного, ни отрицательного. Современное искусство настолько разнообразно, что про него нельзя сказать – вот абстракция, еще что-то такое. Я пытаюсь как-то проще выражаться. Должна быть какая-то поддержка, очень серьезная, она существует, но хотелось бы большего, хотелось бы официальной позиции государства по этому вопросу. Сегодня одно скажут, завтра другое. В один из дней Медведева, когда он еще был президентом, спрашивают про «Красных человечков», а в другой день закрывают выставки, еще что-то.

 

- Смотрите, рынок современного искусства достаточно большой у нас.

 

- Его нет (смеется). У нас разные версии.

 

- Перманентный рынок достаточно большой, единственное, он не вышел на официальный рынок.

 

- А какой он большой-то, откуда? Там есть какое-то количество коллекционеров, которые покупают эти работы бессмысленные, вот и все. Какой рынок-то, о чем можно говорить? Он есть, но достаточно ничтожный. Конечно, есть коллекционеры, их достаточно мало, но они все купили (смеется).

 

- Вы говорили об отношении государства и власти по отношению к современному искусству, но как же люди? Основную-то часть зрителей составляют люди, а не власть и не государство.

 

- Правильно. Окей, хотите вообще издалека начну и приведу пример не из этой серии? Вот поставили человечков, потом сожгли или снесли, два-три года они просидели. Хчоу сразу добавить, что «Красные человечки» - это был временный объект.

 

- Вы постоянно об этом говорили.

 

- Да, я хочу делать временные объекты, мне это нравится и интересно. Потом не знаю, как будет, раньше тоже не знаю, как было. Как сказал Ленин про кино, что оно является для нас основным видом искусства, что-то такое (на самом деле тоже выхвачено из контекста, но неважно), сейчас кипят страсти из-за всего, чего можно, и под шумок делаются страшнейшие вещи. Самое страшное, что сейчас происходит, полнейшая катастрофа с архитектурой. Это же кошмар! Просто адский ад, я не понимаю. 90%, если не 99% из того, что строится – я не понимаю, почему рядом не висит и архитектор. То есть понимаю, почему не висит, потому что зачем приглашать архитектора хорошего, если может сделать плохой? Архитекторы скорее всего вообще не виноваты. В России есть хорошие дизайнеры, художники, архитекторы.

 

- Они и в Перми есть.

 

- У вас есть хорошие дизайнеры, не буду рекламу делать, но слежу за двумя дизайн-студиями. Но дизайнер не всегда может сделать то, что хочет. То же самое архитектор, только в более глобальных масштабах. Так называемые глобальные ошибки – не ошибки, а вредительство на самом деле, совершенно безумное. Сколько может дом простоять? Лет 150. Сколько поколений сменится за это время? Хоть один дом снесли ужасной архитектуры? Говорят – ну, все равно построили, что с ними делать, пусть стоят. Вспомните историю с хрущевками. Сколько у них был ресурс?

 

- Лет 20-30 им отмеряли.

 

- В этих хрущевках выросло несколько поколений. Хорошие люди, но условия там не очень. На тот момент, когда Хрущев это делал, это был очень хороший шаг, когда были коммуналки и все остальное. Люди получили жилье, но это было временное жилье. Несколько поколений выросло в условиях конуры. Тогда это было необходимо, но они до сих пор стоят. С ними пытаются что-то делать, но это все, не знаю, с чем сравнить цензурно. Это же касается новой архитектуры, которая есть в России и в том числе в Петербурге. Эти дома будут стоять 150-200 лет, в них вырастут новые поколения.

 

- Все, что делается временно, будет оставаться надолго?

 

- Ни одного здания не снесли. Некоторые здания урезали на несколько этажей со скрипом, но облик наших городов меняется в плохую сторону. В городах живут люди, как я люблю это говорить, визуальная культура очень сильно влияет на культуру бытовую. В Перми все время спрашивали: «Зачем нам красные человечки?» А что вы у меня спрашиваете? Меня пригласили…

 

- У себя спросите.

 

- У тех, кто их ставит, зачем у себя спрашивать. Пермяки как раз хотели узнать, зачем это надо. Они говорят, что плохие дороги, здравоохранение, как везде. Проблемы общие в стране. «Зачем нам это надо?» В принципе, конечно, незачем. Уровень дизайна, искусства и архитектуры повышает привлекательность города и страны. Кто-то едет в Турцию, а кто-то в Голландию. Ну ладно, пример не очень хороший, все знают, зачем едут в Голландию (смеется), но в Финляндии с дизайном получше, чем у нас. Страна привлекательна для туристов, это касается городов, сел, чего угодно. Мы можем всю жизнь заниматься дорогами, и все равно у нас ничего не будет. Благодаря ситуации, которую устроил Гельман при поддержке всех остальных, про Пермь хотя бы услышали как про город с культурной жизнью.


Обсуждение
2120
0
В соответствии с требованиями российского законодательства, мы не публикуем комментарии, содержащие ненормативную лексику, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Недопустима публикация комментариев: содержащих оскорбления участников диалога или третьих лиц; разжигающих межнациональную, религиозную или иную рознь; призывающие к совершению противоправных действий; не имеющих отношения к публикации; содержащих информацию рекламного характера.