Верхний баннер
05:43 | СУББОТА | 27 МАЯ 2017

$ 56.76 € 63.67

Сетка вещания

??лее ????ов??ое ве??ние

Список программ
18+

Программы / Здоровый подход (эфир)

28.04.2017 | 17:49
«В 94-м году, когда я женщине увеличивал грудь, все собирались как на чудо. Сейчас СМИ активно пропагандируют идеальную фигуру, что сказывается на людях, и сейчас к пластической хирургии интерес гораздо больший», - Сергей Плаксин, руководитель Центра пластической хирургии

Романова: 13:06 на часах, всем доброго дня! У микрофона Евгения Романова. Начинаем программу «Здоровый подход» на «Эхе Перми», как всегда, по вторникам, в час дня. За звукорежиссерским пультом помогает Мария Зуева, и сегодня мы говорим о пластической хирургии. Сегодня в гостях у нас главный внештатный пластический хирург по Пермскому краю Минздрава России, руководитель Центра пластической хирургии «ЭстМед», профессор кафедры хирургии ДПО медицинского университета, Сергей Александрович Плаксин. Здравствуйте!

Плаксин: Здравствуйте, Евгения!

Романова: Очень много у вас регалий. Перечислить их все невозможно. Член различных международных конгрессов, международных обществ по пластической хирургии. Можно сказать, что вы основоположник, родоначальник, зачинатель пластической хирургии в Пермском крае. Еще в 90-е годы. Немножко о себе. Когда, с кем начинали, на базе какой больницы, чего тогда революционного достигли?

Плаксин: Исполнилось 25 лет, как занимаемся этим разделом хирургии. Впервые в 1992 году мы начинали тогда вместе с главным хирургом Пермской области Леонидом Федоровичем Копытовым, делать первые операции. Было очень сложно, потому что не было практически никакой литературы, учиться было тоже мало где можно, поэтому на своем опыте мы приобретали навыки этой хирургии. И сначала делали операции по подтяжке груди, по уменьшению груди, по подтяжке живота, удалению фартука, а потом стали все больше новые технологии привлекать, стали устанавливать имплантаты, стали делать липосакцию. И наконец, с 95-го года у нас в России появилось Общество пластических хирургов, которое очень существенно занималось образованием. У нас начались ежегодные обучающие курсы, когда приезжали иностранные специалисты, показывали нам технику операций, появилась литература. А уже последние где-то 15 лет мы стали активно участвовать… вступили сами в международное общество по пластической хирургии, и не в одно. Ежегодно проводятся конгрессы, в которых мы принимаем участие, и смотрим всё, что новое, стараемся, чтобы пермские жители, жители Пермского края получили возможность тоже все эти технологии испытать на себе.

Романова: А вы можете оценить 90-е годы и сейчас? Тогда был бум на пластику, или мы сейчас его переживаем?

Плаксин: Нет, конечно, все изменилось за последние годы. Тогда это был какой-то эксклюзив. И допустим, 92-й, 94-й год, когда я женщине ставил имплант, увеличивал грудь, и она приходила в поликлинику, там собирались на нее посмотреть, как на чудо, все, включая санитарок. То, что средства массовой информации очень активно пропагандируют идеальную фигуру, активный образ жизни, это, конечно, сказывается на людях, и сейчас к пластической хирургии интерес гораздо больший. Я вам могу такой пример привести, я оперировал девушек из Германии, и у меня пациентка говорит: «Вот я приехала к вам, потому что на меня все мои подруги смотрят как неполноценную. У них у всех стоят импланты, а у меня нет».

Романова: Вот так.

Плаксин: И вот, приехала, всё хорошо сделали.

Романова: В России это всё-таки пока редкость, когда каждая вторая, каждая третья девушка, как в Германии…

Плаксин: Я не могу сказать, что в России это сейчас редкость. Пластическая хирургия, в силу того, что она хирургия хозрасчетная, имеет возможность приобретать всё, что необходимо, на самом современном уровне, то, что делается в Европе, в Америке, то есть выполняется то же всё и в России, точно так же.

Романова: Мы еще к имплантам вернемся, как вы говорили до эфира, это, пожалуй, самая массовая операция, да?

Плаксин: Это самая частая операция.

Романова: Самая частая операция.

Плаксин: У нас по России статистики нет, но в Америке – это 200 тысяч операций в год.

Романова: Меняется ли жизнь женщин после этого? Вот вопрос. И много ли тех, кто недовольны?

Плаксин: Еще как жизнь меняется. Почему я тоже стал заниматься этим разделом хирургии вообще, потому что пластическая хирургия, эстетическая хирургия очень качественно меняет жизнь человека, она делает человека счастливым. Когда мы лечим болезнь и, допустим, удаляем какой-то орган, мы спасаем жизнь, но мы человека делаем инвалидом, уменьшаем качество его жизни. А после пластических операций очень существенно всё меняется. Я просто прекрасно знаю по этой же самой частой операции, по увеличению груди, у меня пациентки международные конкурсы выигрывали, после того, как эту операцию делали. И когда они приходят потом, через какое-то время, через несколько месяцев: «Доктор, это совершенно другая жизнь. Я уже как королева хожу. Если я до этого ходила сгорбившись, пригнувшись, то здесь я выгляжу совершенно по-другому. Это другая самооценка, абсолютно».

Романова: А были случаи, когда видишь, что всё в порядке, и лучше ничего не трогать, и уговаривали не делать? И с чем это связано, с эстетикой, пластикой?

Плаксин: Дело в том, что есть несколько типов эстетического восприятия личности. Есть пониженный тип, когда у человека имеется какой-то дефект, которого он не замечает, ему абсолютно всё равно. Есть нормальный тип, с которым лучше всего работать, когда человек реально видит то, что у него имеется какой-то недостаток, и он понимает, что его можно устранить, но это имеет определенные пределы, которые обусловлены его индивидуальными особенностями. Есть завышенный тип, когда у человека есть небольшой недостаток, но он гипертрофировано его оценивает, и высока вероятность, что у него после операции будут какие-то претензии, будет недовольство, он будет с миллиметровой линеечкой мерять каждый свой штрих. И есть извращенный тип, когда человек нормальный, но он считает, что ему нужно что-то изменить, он считает, что это отклонение от нормы, и этих людей оперировать нельзя.

Романова: Почему?

Плаксин: Потому что, во-первых, операция – это изменение, которое не имеет обратной силы. Если я операцию сделал, то у человека обратно уже не восстановится то, что мы у него изменили. В определенных пределах, естественно. Поэтому при такой ситуации мы можем получить результат, которым он стопроцентно будет недоволен, в любом случае. И у нас есть такое понятие «дисморфофобия» в хирургии. Это извращенное восприятие. По зарубежной статистике – это 10-15% людей, которые обращаются за эстетическими операциями. Их нельзя оперировать. Он без конца будет ходить, требовать новые операции, не будет доволен результатом. И задача хирурга…

Романова: Вычислить таких людей.

Плаксин: Конечно.

Романова: Вы сразу видите таких людей?

Плаксин: Сразу, не сразу, но имея достаточно большой опыт в хирургии, конечно, я уже стараюсь оценивать то, что реально. И опять же, основываясь на собственном опыте, когда я беседую с женщиной, я уже представляю, что она хочет, что для нее выбрать оптимальное, какой результат она бы хотела. Поэтому мы далеко не всех оперируем, гораздо меньше половины.

Романова: Были ли какие-нибудь ссоры, люди после операции недовольны, и как вы с этим справлялись?

Плаксин: Любая хирургия имеет какие-то проблемы, могут быть какие-то осложнения. Задача в том, чтобы…

Романова: Предупредить заранее.

Плаксин: …взаимопонимание между пациентом и доктором. Поэтому мы обязательно рассказываем обо всех последствиях, которые могут быть. Самое главное, чтоб человек реально оценивал результат, потому что индивидуальные особенности ограничивают, естественно. Мы, хирурги, не из пластилина лепим человека, и до операции максимально стараемся объяснить ему то, что будет потом непосредственно с ним. Сейчас очень хорошие технологии. У нас есть компьютерное моделирование увеличения груди, швейцарская программа «Crisalix», которая позволяет до операции посмотреть и уже сориентироваться, будет устраивать такой размер, будет форма такая устраивать. У нас есть наружные эспандеры, чтоб померить. Я во время консультации показываю: «Вот у вас такой величины будет, вот мы определяем с вами – вам такую надо или такую», – и выбираем то, что человек оптимально хочет. А если все-таки возникает какая-то проблема, то мы ее решаем сообща. И я всегда всё, что можно, сделаю для того, чтобы ликвидировать какие-то вопросы.

Романова: Напомню, у нас сегодня в гостях руководитель Центра пластической хирургии «ЭстМед» Сергей Александрович Плаксин, один из самых известных пластических хирургов в Перми и в России, я думаю, что вы входите в десятку, наверное.

Плаксин: В десятку я, может, и не вхожу. Но люди знают, конечно, по Перми, мою фамилию.

Романова: Но раз приезжают, вы говорите, из других стран, из других городов. Наверное, многие считают, что полечить зубы и пластику сделать в Перми дешевле, чем в Москве и за границей.

Плаксин: С одной стороны, это так. Но, с другой стороны, в эстетической хирургии очень важно для человека увидеть результат операции. У меня процентов 70-80 сейчас пациентов, которые идут от знакомых, от друзей, которые видели то, что было сделано. Почему из Москвы едут? Вот у нее подругу прооперировали, она хочет, чтобы у нее точно так же было. Было, наверное, лет 10 назад, из Италии у меня 5 человек приехало подряд за 2 месяца. Одну прооперировали из Милана, это им больше понравилось, чем миланские хирурги делали, и они поехали одна за одной. Поэтому здесь личный пример как раз очень важен.

Романова: Смотрите, с одной стороны, пластическая хирургия переживает бум, люди хотят выглядеть моложе, хотят выглядеть красиво, у кого-то зависит от профессии – актрисы, актеры, популярные какие-то личности – а у кого-то это просто необходимость жизненная – после ДТП, после пожаров, после операций, онкологии. У женщин это больная тема, если, например, удалили грудь. Эта часть пациентов, какой процент она у вас занимает? Приходят ли к вам с этими проблемами, и тихонечко перейдем к акции «Красота спасет мир», которая стартует в мае, о ней подробнее.

Плаксин: С этими проблемами тоже приходят. Но если говорить о популярности операций, то эстетика у нас на слуху везде, она в СМИ широко пропагандируется, а эти операции как-то меньше. Хотя для человека это может быть более актуально в плане жизненной какой-то ситуации. Но там часто на первый план выступает его общее состояние. То, что его беспокоит, у него какие-то проблемы с работой, у него проблемы жизненные, у него какие-то боли могут быть. Но, конечно, такие люди у нас бывают, и мы решаем эти проблемы тоже – оперируем их.

Романова: Акция «Красота спасет мир», в который раз она уже проходит и в чем ее смысл? Расскажите подробнее.

Плаксин: Впервые мы участвовали в благотворительной акции в 1998 году, когда к профессору Суханову приезжали американские пластические хирурги из Техаса. Дважды они приезжали. И я вместе с ними участвовал в этих операциях. Они выполняли их здесь совершенно бесплатно жителям Перми. А потом в 2002 году была всероссийская акция по пластической хирургии «Мир красивых людей», мы приняли в ней участие. И в 2003 году мы проводили первую акцию «Красота спасет мир», посвященную 170-летию Пермской областной клинической больницы, где тогда располагался наш Центр пластической хирургии. И заключалась она в том, что мы проводили большое количество бесплатных консультаций, чтобы отобрать из социально-незащищенных слоев населения, которые не располагают средствами для оплаты пластических операций, и где имеются такие дефекты, которые, жизненно важны для человека. Это были, в основном, реконструктивные операции, рубцы, послеожоговые рубцы. Детей мы оперировали, конечно, немного. Там другая техника используется. Недавно нашему Центру «ЭстМед» исполнилось 25 лет, и мы сейчас занимаемся открытием центра пластической хирургии на базе клиники Медицинского университета, где планируем более широко развивать раздел пластической хирургии и свою акцию «Красота спасет мир 2», потому что это уже наша акция. Она будет заключаться в том, что мы в течение мая будем проводить осмотр, консультации, и по результатам отберем трех человек, которым операции в течение июня будут выполнены бесплатно, и две операции мы еще выполним с минимальными затратами, человек оплатит только расходный материал, стоимость наркоза и нахождение на койке. Сама операция будет бесплатна.

Романова: Подробности есть на сайте estmed-plastica.ru. Запись на консультации проводится со 2 по 31 мая. Телефон 219-09-93. Есть также страница «Вконтакте», где можно и по интернету списаться…

Плаксин: Да.

Романова: …получить какие-то консультации…

Плаксин: Да.

Романова: …или записаться на консультацию. А находится «ЭстМед» на Пушкина, 80, офис 213. А что касается именно реабилитации… операций пластических, связанных с реконструкцией после ДТП, ЧП, пожаров, какой-нибудь пример вспомните, тяжелый случай, когда вы помогли, или операцию, которой вы наиболее гордитесь.

Плаксин: Дело в том, что эти ситуации, которые возникают после ДТП, преимущественно не касаются пластической хирургии. Это операции, направленные на спасение жизни пациента. Я занимаюсь как раз этим разделом хирургии. Потому что у меня основная специальность – это грудная хирургия, торакальная хирургия. Этих больных мы лечим в краевой больнице в отделении реанимации, в отделении торакальной хирургии. А к нам они могут прийти уже позже, когда у них прошел восстановительный период. После травм, допустим, после ожогов – это минимум должно пройти  6-7 месяцев.

Романова: Какой-то пример, когда поражена ожогами большая часть тела.

Плаксин: Дело в том, что лечение ожоговых больных – это компетенция центра ожоговой хирургии. Поэтому к нам они приходят уже, когда имеются какие-то рубцы. Вот, в частности, «Хромая лошадь», когда пострадало очень много людей, я потом принимал участие в лечении этих пациентов, но здесь мы занимались преимущественно неоперативными методами лечения, а восстановительными способами лечения, это методики, которые не требуют операции.

Романова: Вы довольны результатами?

Плаксин: Относительно, можно сказать, что довольны результатами. Там были очень тяжелые поражения, очень большие ожоги с функциональными последствиями, с ущербом для здоровья. Было сделано всё, что можно.

Романова: А у вас есть, операция-мечта, которую бы вы планировали, и хотели бы на что-то такое замахнуться? Сегодня, пока готовилась к эфиру, читала о том, что в Москве рассуждают, пересаживать голову, не пересаживать, какие-то были опыты. Из области, может быть, где-то фантастики.

Плаксин: В отношении операции-мечты сказать сложно. В центре, который создается, хотелось бы развивать именно пластическую реконструктивную хирургию. И, если, даст бог, всё будет складываться, то, конечно, хотелось бы уже с использованием микрохирургических техник, сосудистых лоскутов, сосудистого шва, какие-то сложные операции, направленные именно на восстановление послеоперационных дефектов.

Романова: Мы прерываемся на рекламу, и сразу после несколько слов о том, есть куда стремиться, и есть ли какие-то ориентиры на Западе, какие-то новинки, что обсуждается на международных конгрессах – об этом спрошу сразу после рекламы.

Продолжаем программу «Здоровый подход». Сегодня у нас в гостях пластический хирург, доктор медицинских наук, действительный член Российского общества эстетических, реконструктивных, пластических хирургов. Пластической хирургией занимается с 1996…

Плаксин: 2-го.

Романова: …92-го года. Сергей Александрович Плаксин. Если у вас есть вопросы, самые разные, уважаемые слушатели, пользуйтесь случаем, задавайте, в прямом эфире – 2-066-066; Viber, WhatsApp, Telegram – 8-963-870-1000. И до рекламы хотела спросить вас про международные конгрессы. О чем говорят пластические хирурги на международных конгрессах, за какими технологиями будущее?

Плаксин: На конгрессы собираются хирурги со всего мира. Там, где мы участвуем, на них бывает, обычно, от 800 до 1500 человек. Все рассказывают о своих последних достижениях, рассказывают о новых методиках, которые существуют. И мы всегда, мне это самому очень интересно, стараемся, все, что новое появляется, и то, что может хорошие результаты дать, внедрить у себя. И вот, в частности, в 2007 году был в Берлине конгресс, там показали методику водоструйной липосакции, когда специальный прибор специальной струей жидкости вымывает жир, не травмируя окружающие ткани. И мы первые приобрели такой аппарат в России, сделали первую операцию в 2008 году. Эта технология наиболее щадящая, она самая безопасная из всех методик липосакции. А самое главное, что сейчас еще популярно очень – это липоскульптура. Когда у человека из одного места, где жир лишний, вымывается или удаляется другой технологией, другим методом, а затем там, где его не хватает, его вводят, этот же самый жир. При водоструйной методике отмываются практически чистые жировые клетки. Поэтому когда мы их вводим обратно в организм, то они приживаются в гораздо большей степени, чем при заборе жира другими способами. И эта методика весьма популярна в последние годы. Причем мы можем одновременно, симультанно делать эти операции, с другими… допустим, с увеличением груди. Последний раз мы делали, у нас пациентка была из Москвы, у нее убрали жир с бедер и ввели его в ягодицы. То есть увеличили у нее ягодичную область, одновременно поставили импланты. Чаще всего это используется также для увеличения голени, ягодиц, для увеличения груди в какой-то степени тоже. Наряду с этим ставятся протезы, и не только в грудь. Протезы ставятся в ягодицы для придания формы. Очень, кстати, популярная операция в Латинской Америке.

Романова: Пышные формы.

Плаксин: …женской фигуры. Да. Увеличение голени, если там пустая, допустим, тоже бывает – внутренний контур голени. И опять же по новым имплантам в прошлом году в Японии был конгресс, там показали новое поколение – импланты груди, выполненные по нанотехнологии. Мы сразу же очень этим заинтересовались. И вот первую операцию в России сделали в феврале этого года. Она позволяет сделать разрез гораздо меньше, потому что они более эластичные. Они придают более красивую форму, более мягкие, более надежные. И сейчас пермские жительницы чаще стали их использовать тоже.

Романова: А скажите, есть какие-то противопоказания? Как насчет имплантов груди и кормления грудью, например, и рождения детей?

Плаксин: Абсолютно без проблем. У меня сделано больше 1200 этих операций, в общей сложности. Импланты абсолютно никак не влияют на функцию груди, они безопасны в онкологическом плане, они просто перемещают ее вперед. Поэтому здесь это ни на чем не сказывается. Это позволяет в дальнейшем заниматься любыми видами спорта, они сейчас идут с пожизненной гарантией, поэтому это очень высокотехнологическая операция.

Романова: Это все страхи и стереотипы, что что-то может порваться, травмироваться, вытечь из импланта?

Плаксин: Конечно, все очень изменилось. Потому что в 90-е годы мы ставили импланты с жидким содержимым, они действительно могли разорваться, их нужно было менять через 10 лет. А сейчас идет высококогезивный гель как наполнитель, он не попадает в окружающие ткани, если даже повредить капсулу этого импланта. Поэтому они позволяют не ограничивать себя в дальнейшей жизни.

Романова: Я так понимаю, что перспектива – за увеличением груди именно перемещением жира, эта новая технология. Это более перспективно, чем импланты. Правильно?

Плаксин: Нет, я не могу так сказать. Потому что перемещение жира ограничено, во-первых, возможностью достаточных объемов жира, потому что из того, что введено, приживает примерно процентов 40-50 –обычно делается одна-две операции. А грудь маленькая чаще всего у худеньких женщин, у которых жировых отложений практически нет или минимальное количество. Поэтому адекватно увеличить до такой степени, как имплантами, и придать им такую же форму, конечно, мы не можем. Это первое. И второй здесь тоже негативный момент, который я вижу. Дело в том, что те жировые клетки, которые не прижились, могут образовывать кисты, и в них может в дальнейшем попадать кальций. Это создает сложности в плане диагностики, если возникает какая-то онкологическая патология. Это может быть ложноположительный результат. Поэтому идеальных способов всё равно нет, у каждого есть свои какие-то плюсы, свои минусы. Но это технология, которая широко развивается, если говорить о груди. Это безопаснее вводить в другие зоны –те же самые ягодицы, голени – там последствия практически… Если в разумных пределах всё сделать, не по два литра закачать. Уменя была одна пациентка, из Питера приехала с проблемой такого плана.

Романова: Мы делаем небольшой перерыв, сейчас федеральные новости на «Эхе Москвы». Я вам напомню, что у нас в гостях пластический хирург Сергей Плаксин. Мы продолжим через несколько минут. На часах 13:33 продолжаем эфир. У нас в гостях сегодня руководитель Центра пластической хирургии «ЭстМед» Сергей Александрович Плаксин. Не так часто мы говорим в эфире «Эха» про пластическую хирургию. Вопросов много, много и мифов, и стереотипов, связанных с этим. Сейчас во время перерыва я вдруг поняла, мне казалось, что на липосакцию идут люди с излишним весом – больше 100 килограмм. Но это стереотип. Вы с таким излишним весом можете даже не взять на операцию – ни мужчин, ни женщин. Правда?

Плаксин: Мы не то, что не можем, мы не возьмем на операцию.

Романова: Почему?

Плаксин: Потому что для того, чтобы убрать жир, во-первых, показания – это какие-то локальные отложения жира – галифе, допустим, у женщин стандартная зона – внутренняя поверхность бедер, бока, живот. То есть максимальный объем… операция должна быть безопасна, прежде всего, пластическая. Максимальный объем можно убрать – 5 литров. Это уже установлено в мировой практике. То есть больше 5 литров –уже представляет угрозу для здоровья. Поэтому здесь эти объемы, если, говорить об ожирении, там, конечно, они другими цифрами исчисляются. Хотя есть Объединенные Арабские Эмираты, где по 30 литров убирают (но это реанимация в последующем, это делать совершенно ни к чему). Поэтому при таком избыточном весе, во-первых, будет эффект малозаметен, хотя мы уберем много, это не скажется существенно на фигуре. И во-вторых, это уже будет опасно в плане травматичности самой операции. Поэтому если небольшой избыточный вес есть, то мы можем на операцию такого плана взять. А если это будет ожирение, там уже другие способы лечения, о которых я пациенту во время консультации рассказываю.

Романова: Но когда приходят к вам с ожирением, вы советуете идти к диетологу, заниматься спортом?

Плаксин: Нет, диетолог – это, как правило, малоэффективно. Я говорю уже о каких-то хирургических… Видите, стереотип питания – это легко сказать. Чтобы похудеть, нужно на 30% есть меньше, чем ты ешь обычно. Это эндокринологией установлено. Но это очень трудно человеку осуществить. У меня были единичные пациенты, которые могли похудеть за счет этого на 40, на 50 килограммов. Поэтому там есть другие методы –внутрижелудочный баллон, есть операции на желудке. Это уже бариатрическая хирургия, это немножко другой раздел.

Романова: Сокращение желудка.

Плаксин: Да, уменьшение объемов желудка. Я просто отправляю к соответствующему специалисту.

Романова: И результаты есть.

Плаксин: Да, конечно. Ко мне они когда попадают? Сделали эту операцию, и он похудел килограммов на 50, у него все отвисло. Кожа везде висит. И тогда уже там нужно и на животе подтянуть, и на груди подтянуть, и на ногах подтянуть, и на руках подтянуть. Вот тогда это уже пластическая хирургия. А избыточный вес – это как раз другой раздел.

Романова: Мужчины с какими вопросами приходят к вам? И приходят ли вообще мужчины к пластическим хирургам?

Плаксин: В нашей стране мужчины достаточно редко обращаются к пластической хирургии. Мне чаще всего приходится оперировать по поводу гинекомастии, когда в результате эндокринных изменений у мужчин грудь принимает женскую форму – то есть она большая, и мы ее удаляем.

Романова: Говорят, любители пива.

Плаксин: Не могу сказать, что любители…

Романова: Связано ли это как-то с пивом?

Плаксин: Нет, нет, с пивом это не связано никак, хотя считается, что там…

Романова: С эндокринологией связано.

Плаксин: Это эндокринология, это гормональный фон сам по себе. Обязательно эндокринолог консультирует перед этой операцией. И там выбирается… из очень небольшого разреза. Еще у мужчин часто – это с жировой тканью бывает, тоже большая грудь, там липосакцию как раз можно использовать.

Романова: А что касается самих операций – насколько это болезненно? Всегда ли у вас общие наркозы? И вообще после реабилитации, после операции сколько времени… Я понимаю, каждая операция – всё индивидуально, но какие-то примеры.

Плаксин: Хирургия есть хирургия, всегда есть какой-то период восстановления. Нужно сказать, что у нас почти все операции – это один день госпитализации, то есть в день операции человек приходит на койку и на следующий день уходит домой. За исключением абдоминопластики, когда фартук с живота убирается – там дренажные трубочки стоят 2-3 дня, то есть там 2-3 дня приходится лежать на койке. Часть операций может выполняться под местной анестезией – там, где это эффективно. Та же самая липосакция делается, рубцы, допустим, убираются. Но если операции более объемные, то они требуют наркоза. Хотя абдоминопластику мы последнее время делаем под перидуральной анестезией – то есть ставится катетер, и у человека нижняя половина туловища не чувствует, а сознание при этом не выключается. Поэтому сам этот период непродолжительный. И, как правило, болевые ощущения первичные – 2-3 дня, 4 дня – максимум. У нас пациенты через 4-6-7 дней, в принципе, могут выйти на работу, не связанную с физической нагрузкой. Конечно, ограничения какого плана будут? Полтора месяца нельзя заниматься спортом. Полтора месяца нельзя поднимать тяжести. Нужно носить компрессионное белье для того, чтобы были неподвижны ткани в зоне операции – это будет, конечно, требоваться. Поэтому у нас большая часть операций по количеству – это март-апрель, чтобы к летним отпускам люди могли уже восстановиться и прийти в форму. Об этом обязательно предупреждаем и учитываем всё это. А так операции – они достаточно легко переносятся.

Романова: Мода. Да, всё-таки считают, что где-то пластическая хирургия на гребне волны, и где-то в трендах, делали все крупные губы. Сейчас, говорят, наоборот, приходят к хирургам и просят убрать эти накачанные губы. Как вы к этим изменениям относитесь – надутые губы, так скажем?

Плаксин: Не надо сводить всё только к надутым губам. Потому что, я еще раз повторю: хирургия – это раздел агрессивный, и вернуть потом то, что было изначально, уже или бывает невозможно, или бывает очень сложно. Поэтому я очень критично отношусь, когда человек требует сделать что-то неестественное. Те же самые надутые губы, то же самое непропорциональное увеличение груди до какого-нибудь 5-го размера. Всегда подбирается так, чтобы это было красиво, чтобы это было эстетично для восприятия человека и для всех окружающих. А если он этого хочет, то это уже патологическое восприятие, его нужно постараться или не оперировать, или отговорить, или как-то избежать этого. Потому что потом это исправить будет очень сложно или невозможно.

Романова: Если говорить о людях публичных, поклонники иногда смотрят и не узнают актеров, которых они любили в советских фильмах, но сейчас, понятно, что хочется быть… хорошо выглядеть, свежо и молодо. Но при этом люди перебарщивают откровенно с хирургией, косметологией. Здесь что можно сделать?

Плаксин: Сделать это сложно. У публичных людей, на мой взгляд, еще в какой-то степени – это способ привлечь к себе внимание. То есть они, за счет того, что иногда могут выглядеть и противоестественно, но это привлекает к ним вновь внимание, это уже их психология.

Романова: Обсуждение.

     

Плаксин: Это им жизненно необходимо. Поэтому здесь обратной дороги очень часто просто может не быть. И поэтому хирургия – еще раз подчеркну –должна в разумных пределах выполняться.

Романова: Женщины после пятидесяти. Насколько они часто появляются у вас? Омоложение именно лица. Вот сейчас на сайте вашего центра «ЭстМед» есть реклама про омоложение золотыми нитями. Что это? Чем отличается эффект от ботокса, диспорта?

Плаксин: Имплантация золотых нитей предполагает то, что мы проводим нить 999 пробы, чистейшее золото. Она имеет очень маленькую толщину – 0,01 миллиметра. И при имплантации нитей они дают эффект омоложения не за счет того, что они сами что-то подтягивают – они вызывают образование вокруг себя молодой соединительной ткани, то есть то, что у нас растягивается и с годами утрачивается. Поэтому 50 лет – это уже возраст поздний для этой методики. Эта методика оптимальна, когда начинаются заметные возрастные изменения – 33-35 лет.

Романова: Это в основном пациентки?

Плаксин: Она дает лучший эффект. Но я ведь тоже определяю показания. Ко мне придет женщина – 50 лет. Я посмотрю ее состояние кожи, чаще всего скажу, что «вам не нужно это делать, вам нужно подтяжку какую-то делать», – уже другую методику использовать, она будет неэффективна. А вот 35-45 лет – это как раз оптимальный возраст. У нас ситуация какая? Если у человека всё хорошо, он повторно, как правило, не приходит. Эффект от ниток сохраняется 8-10 лет. Мы с 2000 года эту методику стали использовать. И когда ко мне приходят женщины через 8-10 лет на повторную процедуру, они говорят: «Доктор, вы знаете, вот был эффект для окружающих такой, что, на самом деле, – говорит, – «что ты с собой сделала, что так стала хорошо выглядеть, так помолодела?» Я не всегда могу это документально подтвердить, но у меня пришла пациентка – ей сейчас 53 года, я ей делал в 43 года. Я сделал ей фотографии. И когда я показываю – просто уже ради эксперимента, что ли, относительного, да –она выглядит на 45. Посторонние люди просто посмотрели на эту фотографию, я показываю то, что было 10 лет назад, и то, что сейчас. Они говорят: «Ну вот, вроде как 45 лет должно быть, выглядит». Хотя ей 53 года сейчас, она, допустим, хочет повторно, еще раз это армирование сделать. Хотя, может быть, оно уже будет не так эффективно.

Романова: У нас несколько минут до конца эфира. О каких технологиях еще хочется сказать, связанных с лицом, или с телом, или с моделированием? Пользуйтесь случаем, что называется.

Плаксин: Компьютерное моделирование – оно, конечно, позволяет показать результат до операции. Поэтому человек максимально получает информацию в этом отношении. И, опять же, будет более реально оценивать то, что мы получим, в конце концов. Мы постоянно стараемся у себя внедрить новые методики, которые появляются, чтобы это было с наилучшим эффектом для пациента, чтобы это было максимально безопасно. Поэтому всё, что новое есть, об этом я уже рассказал. Если что-то новое появится, мы будем, естественно, активно у себя тоже использовать.

Романова: Еще раз напомню, что Центр пластической хирургии «ЭстМед» объявляет о благотворительной акции «Красота спасет мир». Во время акции будет сделано 3 совершенно бесплатных операции, 2 операции с минимальными затратами. Запись начнется в мае, со 2 числа. В течение месяца успевайте записаться по телефону 219-09-93, подробности есть на странице «Вконтакте», эта группа так и называется – «ЭстМед центр». А сегодня, я напомню, у нас в гостях был руководитель Центра пластической хирургии «ЭстМед» Сергей Александрович Плаксин. Спасибо большое, что были с нами. Приходите еще.

Плаксин: С удовольствием. Если пригласите, приду.

Романова: И всем слушателям желаю быть…

Плаксин: Спасибо!

Романова: …красивыми. До свидания!

Плаксин: Всего доброго! До свидания!

Программа вышла в эфир 25 апреля

Обсуждение
3058
0
В соответствии с требованиями российского законодательства, мы не публикуем комментарии, содержащие ненормативную лексику, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Недопустима публикация комментариев: содержащих оскорбления участников диалога или третьих лиц; разжигающих межнациональную, религиозную или иную рознь; призывающие к совершению противоправных действий; не имеющих отношения к публикации; содержащих информацию рекламного характера.