Верхний баннер
00:52 | СРЕДА | 13 ДЕКАБРЯ 2017

$ 58.84 € 69.3

Сетка вещания

??лее ????ов??ое ве??ние

Список программ
18+

13:19, 04 августа 2017
Автор: Юлия Хлобыст

«Я считаю, что назрела пора пересмотра полномочий. Сейчас все решения по конкретным людям принимаются только на уровне краевой власти. Пока реализация и контроль в одних руках», - Игорь Орлов, депутат Заксобрания края

Юлия: Всем добрый день, мы находимся на политической кухне «Эха», у микрофона Юлия Хлобыст

Ярослав: И Ярослав Богдановский, всем здравствуйте

Юлия: За звукорежиссерским пультом Александр Назарчук, в гостях у нас сегодня депутат Законодательного собрания Пермского края, полковник полиции, Игорь Орлов. Игорь Николаевич, добрый день

Игорь: Здравствуйте

Юлия: Надо сказать нашим слушателям, что у вас серьезный послужной список. Напомню, что Игорь Николаевич работал заместителем губернатора Пермской области, был министром общественной безопасности Пермского края, руководил центром по противодействию экстремизму по городу Москва, был директором общественной безопасности губернатора Пермского края, в сентябре 2016 года был избран депутатом законодательного собрания Пермского края. Сейчас входит в комитет по государственной политике, и представляет фракцию ЛДПР в законодательном собрании. Несмотря на то, что июль был отпускным в работе депутатов краевого парламента, у некоторых работа не останавливалась. Как депутатский прием может стать началом расследования? Почему расселение аварийного жилья происходит в аварийное жилье? Как эту проблему решить? Для чего нужна ревизия полномочий местного самоуправления? Об этом мы будем сегодня говорить на нашей кухне. В мае в средствах массовой информации появились сообщения, о том, что лысьвенские депутаты не могли отобрать кандидатов на пост главы. Одной из причин стало то, что краевые власти не смогли подобрать подходящую кандидатуру, позже появились силовики, которые говорили о связи нынешней администрации с прежним главой района, осужденным за превышение полномочий. Далее появились обвинения в адрес главы Лысьвы Виталия Шувалова, все это стало следствием появления вашей депутатской приемной. С чего и как все начиналось?

Игорь: Здесь надо какие-то вещи конкретизировать. Понятно, что эта не наша заслуга, мы пришли, что-то выявили, решили проблему. На самом деле, эта проблема годами зрела, получилось так, что руководство муниципалитета сдвигало проблему. Если речь идет о безопасности жителей, о жилище идет речь. Если бы люди на рынке приобрели жилье, тогда вопросы к продавцу и покупателю, здесь бы история по-другому играла. Но если речь идет, что людей переселили из ветхого аварийного жилья по госпрограмме. Были еще моменты, на мой взгляд, очень важные. Речь касалась и детей-инвалидов, обеспечение их медицинской помощью, другим вещами, группы детей инвалидов из семей, эта проблема 3 жилых домов. По всем трем домам у людей проблема с самого начала и по сегодняшний день.

Юлия: С самого начала – это 2014 год?

Игорь: Совершенно верно, с этого момента. Сначала люди культурно, вежливо приходили в местную администрацию, говорили. Мы когда читали документацию по последней экспертизе, которая стала результатом возбуждения дел, предъявление обвинений. Где должен быть потолок, проходить вытяжная труба, там некое подобие, цоколь не утеплен, и много чего другого

Юлия: Игорь Николаевич, к вам, как к бывшему представителю правоохранительных органов. Там проводились две экспертизы по заказу лысьвенской администрации. Эти экспертизы признали дома ограниченно работоспособными. Как такое могло происходить, что экспертные организации не реагировали на те безобразия, которые существовали?

Ярослав: На ваш взгляд, когда глава местного самоуправления такие вещи делает, он на что рассчитывает? Человек подписывал документы, знал, на что шел, о последствиях он знал. Судя по всему, «лысьвенская» история не только «лысьвенская».

Игорь: Я до сих пор не понимаю, чем думал глава. Этот человек подписывает документ, который остается в истории навсегда. Люди заезжают в непригодное жилье, причем это не об одной семье речь, семье, где есть малолетние дети. Глава, принимающий решение идет на то, что в одну из квартир, выделенных на расселение людей из ветхого аварийного жилья, заезжает родственник одной из чиновницы администрации. Мне не понятно, когда мы всю эту историю качнули по-новому. Экспертиза экспертизе рознь. Не было государственной экспертизы. Любое жилище должно соответствовать параметрам, не тем, которые мы с вами придумаем. Должно быть либо пригодно, чтобы люди там жили, либо оно не пригодно. Что значит ограниченно? Сегодня потолок не валиться, а завтра может упасть? Были попытки завуалировать это не правильное решение местной властью. Меня удивило, когда мы инициировали проведение экспертизы, надо отдать должное всем силовикам, и прокуратура, следственные комитет, все работали слаженно. Я с дружескими намерениями приехал в Лысьву, провел там прием, собрал средства массовой информации. Сначала они долго согласовывали со мной все, что мы проговорили, потом они кривые статьи и комментарии выдали. Говорили, что мы в этого главу верим, есть проблемы в домах, сейчас в точности поменялись. Те люди, которые с 2013 года выходили сначала по-хорошему, все инстанции прошли. Заходишь в дом, сверху капаем, потому что отвесов нет.

Ярослав: Игорь Николаевич, как так получается? Кроме депутата заксобрания существует масса надзорных органов. Почему именно после депутатского приема, когда больше идти некуда, начинаются проверки, возбуждаются уголовные дела? А раньше что наши федералы делали?

Игорь: Я бы не хотел забросить камень в огород моих коллег. На самом деле, было прокурорское реагирование. Прокурор внес представления, это есть. Мы реализовали комплекс этих вопросов, мы расширили, завели все это на одну площадку. Это нам позволило, глядя друг на друга, придать новый виток оценки этого всего, что произошло. Сейчас один-в-один ситуация в Добрянке. Строили больницу на 1000 коек, рядом поликлиника, все это должно было функционировать на благо жителям Добрянке, не  достроили. Появились предприимчивые, околовластные товарищи, которые все это дело прибрели. В 2014 году ЖКХ играет комплекс и приспосабливают данное строение для расселения детей сирот.

Юлия: Получается, что проблема, которую вы вскрыли в Лысьве, которая есть на других территориях края – это системная проблема?

Игорь: В каждой системной проблеме есть свои герои. В данном случае, надо решать проблему системно. Сначала в двух районах – это в Лысьве и Добрянке. В данном случае герой – это глава Лысьвенского округа. Надо отвечать. Что касается Добрянки, если здесь отвечало министерство ЖКХ, значит к ответственности министра, если он отвечал на 2014 год, если Демченко, то его, неважно, где он сейчас находится. На эти вещи срока давности быть не должно. Вы представляете, ребенок сирота всю жизнь, он нуждается в нашей помощи, вместо ванной у него корыто, потому что ванной это не назвать. У нас есть бумаги подтверждающие, можно играть конкурс на предоставление жилья детям-сиротам, потому что отвечает всем требованиям.

Юлия: То, о чем вы сейчас говорите открыто на нашей политической кухне, давно шептались на кухнях края. О том, что надо привлекать людей к ответственности, которые ответственны за правонарушения. Каким образом? Можно это сделать с помощью депутатов, либо системно решать на уровне исполнительной власти?

Игорь: Эта проблема повсеместно. Она везде, сплошь и рядом. Некоторые такие самостоятельные, что он там говорит, у нас денег нет. Ты пришел работать и мусолить? Я считаю, что назрела пора пересмотра полномочий. Что касается ветхого аварийного жилья, расселения этой очередности. Надо все переводить на краевой уровень. Здесь будет заказчиком минЖКХ, минстроительства, корпорация развития Пермского края, пускай они делают. Проще контролировать, на мой взгляд, что мы за каждым муниципалитетом будем бегать, пускай помогают контролировать и отвечают.

Юлия: Это вопрос выльется в законодательную инициативу?

Игорь: Мое участие было скромное. Если брать юридически, то я не пробовал вторгаться в компетенцию соответствующих органов. Мы говорим о том, что это общедоступная информация, я вам выдал то, что знаю, владею, у меня есть переписка официальная. Сейчас будет решение суда. Мы доведем до логического завершения ситуацию по Добрянке. Конкретные факты, которые подтверждают, что надо менять систему

Юлия: Хороша ли централизация полномочий? Ведь раньше у нас истории шла с децентрализацией.

Ярослав: Не будет ли это обюрокрачено?

Игорь: 131 закон когда вышел, с самого начала была положительная оценка, как он пойдет, и сразу же были скептические вещи. На мой взгляд, если есть системная проблема, в какой-либо отрасли, надо брать ее, пока не будет урегулировано до совершенства. То же самое по обманутым дольщикам. Какие решения были приняты? Все на уровне краевой власти, сейчас все решения по конкретным людям решаются только на этом уровне. Потом, когда это урегулируется законом и подзаконными актами, там уже смотреть. Так всегда проще, если построена модель, бери и реализуй, оставь только контроль. Пока реализация и контроль в одних руках. На мой взгляд, только там можно навести порядок. Сюда же я отношу суждения, есть у нас фонд кап.ремонта или нет, будем ремонтировать или нет. Куда, что, кто ремонтирует. Люди говорят, кто-то умный принял решение все дома с лифтами. Так не по этой категории надо

Ярослав: Надо сделать так, чтобы было удобнее для людей.

Игорь: Существует очередность не просто так, нравится, не нравится. По другим совершенно требованиям. Завтра человека реально задавит, или он простывает там из года в год, всем ветрам открытый дом. Какие-то такие критерии.

Ярослав: Игорь Николаевич, эта лысьвенская история, на ваш взгляд, что показывает? Что у нас неприкасаемых нет, главы отвечают по закону и так далее? Демченко призовут к ответу?

Игорь: В этих вещах надо юридической составляющей придерживаться. Если вылезет его история, он должен ответить. В данном случае, у нас и раньше нет неприкасаемых. Назовите хотя бы одного главу муниципалитета, когда была шумная история, и потом все шептались, что ушел от ответственности. У меня нет такого примера

Юлия: Тем не менее, в этой истории, даже то, как ее освещали средства массовой информации, нигде эта подоплека, причина называлась, но вскользь. Причем, та же история с лысьвенскими СМИ, когда вы туда только приехали. Если в каждой территории у нас появятся общественные приемные. Вам еще помогала ваша профессиональная компетенция. В принципе, мы можем быть уверены, что все те недочеты на территориях будут выявляться.

Игорь: Я бы сказал так, что многие мои коллеги по депутатскому корпусу очень активны, и я думаю, что эта не наша цель сидеть и выискивать такие вещи. Если организован контакт с населением, то люди сами придут. Если ты в этом деле не разбираешься, есть коллеги, вперед и включаемся. Более того, эта системная задача в нашей структуре ЗС постоянно действующей рабочей группы. Мы не отпустим эту тему, и не важно, наша группа, из которой мы избирались, не наша, нам без разницы. Есть проблема, она озвучена, взяли и начинаем работать.

Юлия: То есть лысьвенская проблема взята под контроль вашей действующей рабочей группы?  И теперь вы будете смотреть по другим территориям, чтобы понять, насколько системны эти нарушения?

Игорь: Как появился этот факт Добрянки? Когда уже факт нарушения по строительству и отношению администрации был доступен не только для узкого круга, на меня вышли депутаты Добрянки с этой проблемой, которую я вам сказал. На их уровне не хватало полномочий, в том числе знаний и компетенции, они не виноваты, что раньше были медиками, учителями, врачами, это нормально. Но если мне не хватает компетенции в этих вопросах, я иду к своим коллегам

Ярослав: Формально, они вам не подчиняются как местный орган, заксобранию они не подчинены. Это получается человеческая история, а не юридическая?

Игорь: Мы пришли, говорим: «Люди, десятки семей, люди годами ходят, давайте мы будем разбираться». Я приезжал к главе, глава за стенкой сидит, придумал совещание, два часа не выходит из кабинета, а мы рядом в зальчике. Я провожу прием по проблемам, по детишкам-инвалидам, по доступности, пандусам в школах. Я анонсировал свой приезд, так и не вышел, как молния улетел. Куда там лететь, там два дома на территории. Улетел, ему срочно куда-то надо. Как я могу к нему относиться? Закон есть, нарушил, вперед по полной программе.

Юлия: Мы сейчас прервемся на короткую паузу, напомню, что мы находимся на политической кухне «Эха». Сегодня у нас в гостях депутат Законодательного собрания, полковник полиции, Игорь Орлов. Не переключайтесь.

Мы снова находимся на политической кухне «Эха». У микрофона Юлия Хлобыст, добрый день

Ярослав: Добрый день – Ярослав Богдановский.

Юлия: Александр Назарчук за звукорежиссерским пультом. Напоминаем, что сегодня у нас в гостях депутат Законодательного собрания, полковник полиции, Игорь Орлов. Игорь Николаевич, добрый день

Игорь: Добрый день

Юлия: В первой части нашей программы Игорь Николаевич рассказал о ситуации, которая началась незатейливо с обычного депутатского приема в той местности, от которой он избирался в Законодательное собрание, я имею в виду город Лысьву. Благодаря своей профессиональной компетенции, я напомню, что Игорь Николаевич возглавлял центр по борьбе с экстремизмом по городу Москва, был заместителем губернатора Пермской области, руководителем общественной безопасности Пермского края. Эта профессиональная компетенция помогла разворошить осиное гнездо, выйти на системные проблемы, с которыми начали приходить жители других территорий. Мы сейчас о систематизации этих проблем, потому что в Законодательном собрании Игорь Орлов возглавляет постоянно действующую рабочую группу по общественной безопасности. Кроме озвученных вопросов, какие еще обсуждаете на рабочей группе? Какие найдут в скором времени законодательное воплощение?

Игорь: В числе вопросов, которые были завешены, как некие проблемные со стороны силовиков. Постоянно действующая рабочая группа – депутаты и в качестве экспертов все представители всех территориальных структур, которые базируются на территории Пермского края. Мы создали такую площадку, формат постоянно действующей рабочей группы, что туда не важно кто с любой темой заходит. Мы предварительно просматриваем, в повестку включаем и обсуждаем. Пример, одно из следственных управлений территориальных вышло с проблемой, отфильтровав ряд уголовных дел, пришел к заключениям. Территория охраняется плохо, препятствий нет. Надо решить вопрос строительства забора.

Ярослав: Тот случай, когда новостной контент идет с деятельностью законодательной. В июне была новость, что задержан опасный пациент психбольницы, находившийся в состоянии, опасном для окружающих. А это история тоже не простая. Мы видим, что находится на поверхности, что человек сбегает из специально отведенного места. Ведь есть первый руководитель, который не исполняет законодательство по безопасности. Или здесь системная проблема?

Игорь: Конечно, за все отвечает руководитель, это априори так должно быть, вникай, 25 часов в сутки трудись и так далее. Он что будет за свои деньги забор строить? Это финансирование. Это пример, который я привел, был проанализирован не сам факт побега, а потенциальная опасность того, кто сбегает. Здесь потенциальная опасность, откручиваем назад, что являлось причиной. Отсутствие забора. Начинаем говорить с первым лицом, первое лицо говорит, что заявка есть, но там была оптимизация бюджета. Сейчас мы с Плотниковым проговорили, я ему тут же эту бумагу передаю, что мы на рабочей группе обговорили, надо посмотреть. Он говорит, что вопросов нет, но это время, мы что-то передвинем, но это и главврач мог. Здесь может политкорректность сработала отраслевая. Чтобы не забирать со строительства новой больницы, еще откуда-то. Вопрос решен, появилась строчка. Для этого существует эта площадка, чтобы слышать

Ярослав: Игорь Николаевич, меры прокурорского реагирования, возвращаясь к лысьвенской истории. Прокурор действовал в рамках закона и поэтапно. Первое, он вежливо просит, пожалуйста, здесь вы нарушили, исправьтесь и все будет хорошо. Почему нас по-хорошему не получается? Почему надо, чтобы что-то случилось?

Игорь: На самом деле, это не вчера придумали, должна быть компетенция. Что такое отрасль? Это не одно предприятие, это специалисты, смежники, предприятия, вот это отрасль. У нас сегодня надо выстраивать отрасли, в том числе, безопасности.

Юлия: По поводу безопасности, сейчас появилась информация, что Пермь закупает определенное количество видеокамер. Эту работу начинали при вашем участии. Добивают те участки, где не было видеокамер? Какая история?

Игорь: Это продолжение проекта, который мы разрабатывали. Я еще, находясь на должности замглавы губернатора. Это муниципалитет осваивает деньги краевого бюджета, при контроле, общем управление со стороны краевой власти. На мой взгляд, здесь совершенно точно надо смотреть и оценивать, насколько муниципалитетам надо работать в рамках 131 ФЗ. На Пермь 264 миллиона, понятно, 3 объекта построят. Но такие объекты построят не Барда, не Чайковский, они стремятся строить что-то другое. На мой взгляд, надо отрасль эту, в том числе, безопасность выводить на краевой уровень. Краевое учреждение СМЭУ занимается только обслуживанием старых светофорных объектов. А половина видеокамер обслуживается дирекцией дорожного движения администрацией города, половина СМЭУ.

Юлия: Опять же мы говорим об отсутствие системы?

Игорь: Да

Ярослав: На ваш взгляд, это выгодно кому-то на уровне личности или это система так настроена сама?

Игорь: Это не выгодно населению, потому что системы должны быть взаимозаменяемые, система должна быть однополярной. Должен быть весовой контроль. Мы единственный край, где мы только начинаем эту работу. Эта наши с вами деньги, которые давятся в дорогах. Большегрузы с удовольствием летят к нам, потому что можно

Ярослав: Почему можно, Игорь Николаевич?

Юлия: Потому что отсутствие системы

Игорь: Сегодня на уровне краевой власти отстраиваются эти вещи. На мой взгляд, правильно это делается. Что касается безопасности, надо разбираться в полномочиях муниципалитета. Все ключевое должно быть наверху

Ярослав: Сильное самоуправление – это на уровне России? Или такая хотелка, которую легко поднять, а по факту, никогда этого не будет?

Игорь: На самом деле, мы многое можем. Где-то не хватает компетенции, мы сами, находясь наверху, позволяем тем, кто в подчинение, развернуться, перестать говорить. Я же не себе тебя прошу. Ты на посту, будь добр, делай. Центр сказал, сделай.

Юлия: У нас остается буквально 1.5 минуты до завершения нашей политической кухни. В августе пленарное Законодательное собрание, депутаты выходят с каникул. У вас есть законопроекты, инициативы, с которыми вы зайдете на пленарку?

Игорь: В пленарке в августе у нас не будет законопроектов. Сентябрь, октябрь – это закон о казачьих дружинах. В первом чтение мы приняли. Наша постоянно действующая рабочая группа дорабатывает этот закон ко второму чтению. Это закон о тишине, инициатором которого я выступил – это час тишины днем. Речь идет об инициативе от правительства к муниципалитетам в части кодификации охранных услуг. Это должна быть четкая градация, сколько должно быть штыков. В том числе вооружение, техническое оснащение, лицензированные сотрудники

Ярослав: Игорь Николаевич, вы больше сотрудник полиции или депутат?

Игорь: Всю жизнь федералом – этого никуда не деть. Мы с вами сегодня говорили о проблемах. А как о проблемах говорить? Давайте будем растягивать слово, и размажем опять проблему

Юлия: Спасибо большое, напомню, что сегодня на политической кухне «Эха» был депутат законодательного собрания, полковник полиции Игорь Орлов. Спасибо, что пришли. У микрофона работали Ярослав Богдановский

Ярослав: И Юлия Охлобыст

Юлия: Александр Назарчук за звукорежиссерским пультом, мы с вами прощаемся, всего доброго, до свидания. 

Обсуждение
1225
0
В соответствии с требованиями российского законодательства, мы не публикуем комментарии, содержащие ненормативную лексику, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Недопустима публикация комментариев: содержащих оскорбления участников диалога или третьих лиц; разжигающих межнациональную, религиозную или иную рознь; призывающие к совершению противоправных действий; не имеющих отношения к публикации; содержащих информацию рекламного характера.