Верхний баннер
08:52 | ЧЕТВЕРГ | 29 ИЮНЯ 2017

$ 59.54 € 67.69

Сетка вещания

??лее ????ов??ое ве??ние

Список программ
18+
18:43, 20 апреля 2017

«По прогнозам нефтяников, запаса нефти и газа осталось на 20-30-40 лет. За это время мы должны создать новые отрасли или развить существующие», - Олег Хараськин, руководитель Института регионального муниципального развития и поддержки общественных инициатив

- Добрый день, дорогие друзья, прямой эфир на «Эхо Перми». Меня зовут Артем Жаворонков, Мария Зуева за звукорежиссерским пультом. Сегодня у нас в гостях Олег Алексеевич Хараськин, руководитель Института регионального муниципального развития и поддержки общественных инициатив. Олег Алексеевич, добрый день.

- Добрый день.

- Кто не слышал наш первый эфир на минувшей неделе, могу сказать, что переслушать, перечитать его можно на сайте http://echoperm.ru/, много интересных тем мы затронули с нашим сегодняшним гостем и экспертом. И поэтому сегодня мы не будем заострять внимание на том, что проговорили в пошлый раз, наш сайт вам в помощь. Сегодня спектр моих интересов и вопросов будет касаться, в первую очередь, экономики в разных ее аспектах, экономики Пермского края. Олег Алексеевич, в начале хотелось бы несколько слов сказать о том экономическом наследии, с которым пришлось сегодня столкнуться нынешней власти. Ведь дефицит бюджета – это слово страшное для пермяка, мы всегда были регионом-донором, превратилось в слово обыденное, и мы вот уже который год живем с дефицитным бюджетом, что смущает, как выяснилось, достаточно большую аудиторию.

- Я немножко поправлю: дело в том, что мы не просто регион-донор – мы стали дефицитным регионом с дефицитным бюджетом, чего много лет не было.

- Даже в самые сложные годы, по-моему, в 90-х, у нас был определенный профицит, и именно с тех пор за нами сохранилось это право, называться донором.

- Тогда были эти же проблемы, но там были другие деньги, и проблема была с расчетами. Но даже тогда у нас не было дефицитных бюджетов.

- Есть две позиции в этом отношении, все время сравнивают краевую столицу и край: если город Пермь пытается балансировать бюджетом, всегда выходя в ноль, сокращая расходы, то край прибег к заимствованию. Вы сторонник какой позиции в этой части?

- Конечно, брать в долг – это всегда большая ответственность за уже тех, кто придет в дальнейшем, за нашими потомками. Но считаю, что эта мера вынужденная, и мера необходимая, потому что иначе вопросы развития экономики отойдут на второй план. Я, кстати, скажу в этом плане, что бюджет Пермского края с точки зрения госдолга – он самый низкий в Приволжском федеральном округе, это совершенно точно. У нас где-то 25-30% – это сегодня объем госдолга, долга нашего бюджета перед федерацией, в том числе там какая-то доля есть перед банками. Могу сказать, что есть регионы Приволжского округа, где аналогичная задолженность даже больше одного бюджета. Поэтому считаю, что у нас еще нет такой критичной точки. Хотя всегда это – большая ответственность перед нашим краем, но это вынужденная мера.

- И что делать сегодня в сложившихся условиях? Пытаться сокращать объемы заимствований? Программа обозначалась, что мы чуть ли не к 20-м годам должны занимать-занимать, а потом начнем отдавать.

- Мне кажется, сейчас стоит задача по сокращению этого долга. Сейчас непосильная задача, потому что у нас еще и бюджет дефицитный. Поэтому считаю, что нам надо попытаться хотя бы на этом уровне в пределах 30-40 миллиардов оставаться в последующие годы, хотя бы его не наращивать.

- Это возможно в сегодняшних экономических условиях?

- В последний год, даже в 2016 год, есть положительная динамика в целом в экономическом росте Российской Федерации. Пермский край является также с положительной динамикой, поэтому считаем, что дно мы прошли. Рост экономики будет, и он даст нам возможность в дальнейшем сокращать дефицит в течение бюджетного года, и, может быть, даже, как минимум, не увеличить дальнейший долг бюджета Пермского края.

- Такие макроэкономические понятия как внешний долг, дефицит бюджета строятся и формируются за счет покрытия этих чрезмерных расходов, возможно, только за счет резервов, которые находятся на территории Пермского края. Состояние сегодняшней экономики нашего региона, если посмотреть по отраслям, внушает хоть какой-то оптимизм?

- Надежда всегда умирает последней. Надо сказать, что и на уровне правительства Российской Федерации, президента, уже не первый год заявлен тренд, задача – это сокращение сырьевого сектора в структуре экономики каждого региона и Российской Федерации в целом.  Структура экономики Пермского края во многом созвучна со скруткой экономики Российской Федерации. У нас порядка 60% сырьевого сектора – это нефтегазовая отрасль, это химическая промышленность. Процент в 60% – очень высокий, и здесь мы понимаем, что от этой зависимости нужно уходить и искать новые пути развития экономики Пермского края. Надо сказать, что, к сожалению, у нас специфика Пермского края такова, что предприятия, находящиеся на территории Пермского края – это федеральные, вертикально интегрированные компании. И собственники у 90% предприятий промышленности, крупного бизнеса находятся за пределами Пермского края.

- Значит, и налоги платят там.

- Да, в том числе, и это тоже. И ладно, если они находятся в Российской Федерации, Москва, Петербург, может быть, какие-то другие еще регионы Российской Федерации. Зачастую они находятся за пределами Российской Федерации, когда они находятся практически в офшорах. Вот такая специфика нашей экономики. Она во многом созвучна с большинством регионов Российской Федерации. Но здесь надо сказать, что наши соседи, Екатеринбург,  сумели другую ситуацию создать.

- Баланс найти.

- По объективным или каким-то субъективным причинам, сегодня 70% бизнеса Свердловской области и города Екатеринбурга находятся на территории Екатеринбурга. И власти всегда проще выстраивать сотрудничество, диалог с бизнесом, который находится здесь. Эта же эмоциональная составляющая будет присутствовать: это наш регион, это наш край, Свердловская область. Мы, к сожалению, с вами вынуждены находиться в другой ситуации – как я уже сказал, большинство наших компаний, руководство и собственники, находятся за пределами Пермского края. Если говорить сегодня про структуру экономики…

- Оставшихся 40% Пермского края.

- В целом надо сказать, что у нас устойчиво активно развивается и работает в части модернизации и инвестиций нефтегазовая отрасль. Здесь львиная доля, первенство принадлежит группе компаний «Лукойл», и все эти годы, последние 15-20 лет, это политика компании – самой инвестировать огромные средства во все стадии нефтегазовой отрасли предприятий, начиная с добычи нефти и газа, транспортировку. Наиболее яркий пример – это переработка нефти и газа, сегодня наш нефтеперерабатывающий завод – это одно из высокотехнологичных предприятий нефтегазопереработки.

- Оно, по-моему, недавно пережило одну из очередных модернизаций.

- Там постоянно идет процесс, и это заслуга политики компании «Лукойл», и лично господина Алекперова, и здесь у них устойчивое положение. Кроме этого, идут большие инвестиции в технологии добычи нефти и газа – это повышение нефтеотдачи пластов и так далее – я сам немножко нефтяник из нефтяного города, поэтому все это мне достаточно знакомо и понятно, даже по технологии добычи нефти и газа, поэтому здесь нефтяники молодцы. Пользуясь случаем, хотел бы сказать следующее: в свое время, когда нефтяники Пермской области тогда еще стояли перед выбором генерального инвестора по дальнейшей деятельности отрасли, и приезжали разные компании – это и «Славнефть», «ЮКОС» приезжал и пытался привлечь нашу отрасль, добычу, и переработки именно в компанию «ЮКОС», и было предложение от компании «Лукойл», тогда еще молодой компании.  И в тот момент очень мудрое решение было принято на уровне губернатора Пермской области того периода – это 93-94-й год, по-моему, Игумнова и в то время генерального директора «Пермь-нефти» Тульникова Анатолия Андреевича и его команды в пользу компании «Лукойл». И все эти годы компания показывала и социальную ответственность, и свою промышленную экономическую политику. Поэтому сегодня мы видим устойчивую ситуацию нефтегазовой отрасли Пермского края – это огромная доля около 25% сегодня в краевом бюджете и, в том числе, в бюджетах и муниципальных образований. Конечно, кроме «Лукойла» есть другие более мелкие нефтяные компании – они тоже свою лепту вносят. И надо отдать должное, когда-то, еще лет 10-ть назад,  были заявления, что «Лукойлу» в Перми уже не увеличить объем добычи нефти и газа, было порядка 11 миллионов тонн, но они ежегодно практически на 3-5% наращивают. И в 2016 году они вышли на уровень добычи порядка почти 15 миллионов тонн нефти – это очень хороший показатель.

- Но жизнь любой нефтяной компании, какие бы она ни показывала результаты – конечна, по крайней мере, в каком-то регионе, и эта конечность определяется уровнем запасов углеводородов. Вот с этим у нас нет проблем? У нас разведанных ресурсов достаточно для того, чтобы эта компания, с огромным объемом людей, которые сейчас в ней работают – это первая ее социальная ответственность, люди, которые там задействованы, проработать стабильно ближайший горизонт в 40-50 лет.

- Артем, вопрос очень хороший, я тоже хотел об этом сказать, что запас нефти и газа добываемых разведанных запасов – разные оценки есть, самые пессимистичные 20-30 лет, по большому счету, можно исходить из более оптимистичного прогноза – 40-50 лет. Это в исторической перспективе не так уж много, поэтому нам сейчас нефтяники дают возможность, время для того, чтобы мы могли развить другие отрасли с обыкновенным вопросом: что будет после нефтяников. Здесь нужно говорить о развитии новых отраслей, в идеале – это новые современные технологии. К сожалению, у нас в Пермском крае только одна наиболее известная компания  – это «Новомед». И думать на тему работы – нужно очень серьезно этим заниматься.

Совсем высокие технологии, которые у нас лежат под боком, рядом – это предприятия лесопромышленного комплекса, у нас порядка 7-8 предприятий.

- Один из них – один из крупнейших производителей газетной бумаги в мире.

- Да, «Соликамскбумпром», «Красный октябрь», «Пермская фанерная компания». За последние 7-8 лет там была проведена огромная модернизация существующих производственных мощностей, советских лет построек. Были построены новые производственные мощности. По нашим оценкам информации, порядка 8 миллиардов рублей были проинвестированы в эти годы в данные предприятия – это сегодня успешно работающие, высокодоходные и рентабельные предприятия Пермского края. Если говорить про перспективу, то считаем, что у лесопромышленного комплекса есть большой потенциал, исходя из лесных ресурсов.

- Восполняемых, я просто подчеркну.

- Да, лес растет – если с ним правильно обращаться, это возобновляемый ресурс. Как минимум в два раза мы считаем, что можем увеличить объем переработки древесины на территории Пермского края.  

- Я вспоминаю одно из ваших интервью, как раз в комментариях по поводу возобновления лесопромышленного комплекса, инноваций в лесопромышленном комплексе – вы с коллегами обозначили очень любопытную информацию лично для меня, когда сказали о том, что: «Вы понимаете, что сегодня из-за нерационального использования лесных ресурсов мы теряем огромное количество, тысячи кубометров древесины, которые должны были быть вырублены буквально на подходе к стадии, когда из промышленной древесины это превращается в трухляк, а мы их оставляем, хотя мы должны очищать леса». Любопытная очень тема. Олег Алексеевич Хараськин, руководитель Института регионального муниципального развития и поддержки общественных инициатив гость прямого эфира на «Эхо Перми», ваши вопросы +79638701000, Viber, WatsApp, Telegram и смс уже вижу, поступают, буду переадресовывать по ходу эфира, не переключайте радиоканал.

 

- Прямой эфир на «Эхо Перми» продолжается. В студии Артем Жаворонков, Мария Зуева за звукорежиссерским пультом. Сегодня у нас в гостях Олег Алексеевич Хараськин, руководитель Института регионального муниципального развития и поддержки общественных инициатив. Мы остановились на теме развития лесопромышленного комплекса как потенциальной смены нефтяников, которые рано или поздно уйдут. Лес, по крайней мере – возобновляемый ресурс. И воспользовавшись паузой вы поделились интересной темой, связав развитие лесопромышленного комплекса с сельским хозяйством. Я хочу, чтобы вы повторили слушателям.

- Как говорят, нет худа без добра. По части сельского хозяйства у нас не обрабатывается около миллиона гектаров сельхозугодий, из которых порядка 400 тысяч гектаров не обрабатывается уже более 15-20, даже кое-где 25-ти лет. Де-юре это сегодня сельхозземли, де-факто мы понимаем, что это уже лес. Поэтому сегодня эти 400, может быть, даже 500 гектаров для лесопромышленного комплекса  –  увеличение сырьевой базы. Поэтому это тоже мы должны для себя учитывать. А вообще, если мы сегодня говорим про лесопромышленный комплекс, должны понимать, что мы не заинтересованы чтобы лес, кругляк уходил из Пермского края – здесь нужно наращивать мощности по переработке древесины, которая востребована в разных отраслях экономики: химическая промышленность, бумага, много-много чего, я уже молчу про мебель и другие отрасли.

- А если посмотреть на лесопромышленный комплекс в части сегодняшнего перераспределения по рынку, у нас есть гиганты типа «Соликамскбумпрома». Возможно сегодня появление небольших производств? Это определенная структура в рамках политики патернализма, сторонником который вы являетесь. Реально сегодня?

- Разумного патернализма, в рамках закона.

- Само собой. Реально ли сегодня рядом с такими монстрами, в хорошем смысле этого слова, развиваться мелкому и среднему производителю в этой отрасли?

- Артем, не просто реально – это, на самом деле, есть. Мы сейчас просто назвали 7-8 наиболее крупных наших флагманов предприятий лесопромышленного комплекса. Кроме этого, я думаю, что у нас, как минимум, десятки, я не беру сотни непонятных каких-то лесопилок, которые полузаконные, а десятки предприятий, которые в Пермском крае работают, предприятия малого и среднего бизнеса, которые тоже достаточно большие средства изыскивают на свою модернизацию, на глубокую переработку древесины. Поэтому мы тоже должны их учитывать, с ними тоже нужно работать, я имею возможность общаться с такими предприятиями – там тоже много претензий к власти с точки зрения диалога, сотрудничества и так далее. Они мелкие, конечно, их много, но с ними нужно работать. В купе 20-25% процентов, в целом, из объема перерабатываемой древесины – это малый и средний бизнес, 25%, это четвертая часть, это немало.

- Третий раз вы меня за эфир удивляете цифрами. Я почему-то думал, что как раз они представлены теневым рынком, а если говорить о 25% – это, значит, именно легально работающие.

- Легально работающие. В свое время они принимали участие в аукционах по долгосрочной аренде лесов до 49 лет. И не ошибусь, у нас десятки, может 50-60, может 100 таких арендаторов в Пермском крае есть. И я убежден, что большинство из них – это вполне добросовестные предприниматели, бизнесмены, это не черные лесорубы, которые тоже воюют с черными лесорубами, незаконной вырубкой, потому что это их леса.

- Это угроза их бизнесу.

- Да, и это наши сторонники с точки зрения рачительного использования древесины.

- Хорошо, что мы затронули тему сельского хозяйства. Вы, как некогда руководитель Министерства сельского хозяйства, человек, проработавший во главе района, в котором, так или иначе, развивалась сельскохозяйственная отрасль. Мне хотелось бы вашего экспертного мнения по части того, что сегодня происходит в этой отрасли, и как сегодня можно изменить ситуацию к лучшему, ведь я предугадываю ваш ответ о том, что там есть над чем работать.

- Мне больше нравится название агропромышленный комплекс, то есть не только сельхозпроизводство, а в том числе сельхоз переработка – его потенциал огромен. На сегодня порядка 3% – это удельный вес экономики АПК.

- Мы удовлетворяем свой собственный спрос 3-мя процентами по каким-то видам продукции?

- Нет, не удовлетворяем, сегодня мы обеспечиваем себя 100% только картофелем и продукцией птицепрома, всем остальным мы себя обеспечить не можем, 3% только всего. Но здесь потенциал очень большой. Если сегодня порядка 400 тысяч гектаров – это уже заросшие поля, и пусть они идут тогда в лесопромышленный комплекс, то оставшиеся 500-600 тысяч гектаров надо возвращать, нужно спасать эти поля. И расчеты показывают, что как минимум в два-три раза мы можем увеличить объемы сельхозпроизводства – из 3% есть все шансы иметь 6% и более.

- Это в ближайшей перспективе сколько лет?

- Я считаю, что пять лет минимум – у нас просто времени больше нет, иначе мы уже не 400 тысяч гектаров потеряем, а больше. Поэтому на ближайшие 5-10 лет такая задача совершенно посильна, и точно можно и нужно ее ставить.

- Здесь речь идет о развитии всех направлений и фермерских хозяйств, и крупных агропредприятий? Или вы сторонник какого-то одного конкретного вида развития сельского хозяйства? Поддержка, например, крупных аграрных предприятий позволит им перевооружить свои фермы, сегодняшние точки производства и добиться увеличения объемов, но с другой стороны фермер – это более долгоиграющая история.

- Я считаю, что на аграрном поле места достаточно для всех.

- Разумный баланс?

- Конечно, для крупных игроков, которые у нас есть сегодня, в том числе, промышленное производство – это предприятия птицепрома, животноводческие крупные комплексы и так далее, средние хозяйства, небольшие сельхозпредприятия, крестьянско-фермерские хозяйства. И огромный потенциал остается в личных подсобных хозяйствах, с которыми тоже нужно работать. По большому счету тот, кто хочет взять лопату и что-то пытаться делать, в том числе и личные подсобные хозяйства, садовые кооперативы – они должны иметь эту возможность. Это все будет в нашу копилку Пермского края, ведь по ниточкам свитера плетут. Поэтому считаю, что здесь политика должна быть направленная.

- Есть вопросы от наших слушателей, я не знаю, будем ли мы их в том контексте, в котором они заданы озвучивать, потому что на их часть вы уже дали ответ. Но в том или ином случае, все равно ближайшие два вопроса, которые касаются власти, я бы хотел вам переадресовать, но давайте с сельским хозяйством завершим. У нас чуть ли не целая программа была принята в свое время, по крайней мере, шли разговоры о том, чтобы развитие сельского хозяйства шло структурировано, с какой-то формой, в каком-то направлении, и обязательно со словом «стратегия» развития рядом со словосочетанием «сельское хозяйство».

- Мы в принципе об этом сказали, в чем стратегия развития и в целом экономики. Нам сегодня нефтяники дают время, может 20-30-40 лет, за которые мы должны создать новые отрасли или развить уже существующие.

- Дать возможность.

- Да, этим отраслям. Кстати, не сказали ничего про машиностроение, про оборонно-промышленные комплексы. Сегодня у гособороны заказ огромен, перспектива роста его очевидна, и поэтому последние 5-7 лет предприятия оборонно-промышленного комплекса, это машиностроение, авиадвигательное строение, получили хороший импульс развития, и у нас есть очень интересные проекты государственно-частного партнерства, проект «Новый звездный», научно-образовательный, научно-производственный с участием и Пермского Суворовского училища и Технического университета.

- Промышленная политика – это, наверное, тема для отдельного разговора и целого эфира. Возвращаясь к сельскому хозяйству – несколько раз вы говорили о поддержке. Сегодня, если учитывать ту географическую зону, в которой мы находимся, без поддержки государства, без поддержки органов власти, местного самоуправления, развитие сельского хозяйства на нашей территории невозможно.

- Почему невозможно? Возможно.

- Но роль органов власти в развитии этих отраслей нельзя отрицать, отметать.

- Это задача власти – в вопросах поддержки промышленной экономики, в том числе, и сельского хозяйства. Это касается, в первую очередь, муниципальных властей. 

- Спрашивает слушатель Дмитрий: «Что может сделать руководство Пермского края для экономического развития города и региона, что от них зависит, могут ли они повлиять на это развитие, или наш рынок сегодня сам все отрегулирует»?

- Влиять не только можно, влиять нужно. И попытки выстраивать промышленную политику, экономику принимались неоднократно. Например, в 2013 году был принят закон Пермского края о промышленной политике. Но закон получился достаточно рамочный, и преобладает мнение, не хочу камень бросать в сторону чиновников, которые стоят у исполнения этого закона, что закон у нас о промышленной политики есть, а политики самой нет.

- К большому сожалению всех участников.

- Да, закон рамочный, его нужно было наполнять конкретными задачами и мероприятиями, и ответственностью чиновников. Поэтому здесь, если говорить про основные направления региональной промышленной политики, я начну с эмоциональной составляющей: между властью и бизнесом должен быть уровень доверия – у чиновников должна быть искренняя заинтересованность, ответственность и стабильность, потому что только долговременное сотрудничество основано на принципах доверия и ответственности. Потому что у нас есть масса примеров, когда власть берет на себя обязательства по инвестиционным проектам, и потом начинается неисполнение этих обязательств.

- О каком государственно-частном партнерстве может идти речь, кода партнерства нет.

- Да, нет. И бизнес это очень ярко чувствует. И тем более, у нас кадровая политика в части чиновника от промышленности за последние 15 лет столько раз менялась. Наши промышленники, это, как правило, руководители с большим производственным управленческим стажем – они просто уже счет потеряли министрам и промышленности, и многим чиновникам. Поэтому здесь должна быть, в том числе, и кадровая стабильность, потому что они не успевают с кем-то повзаимодейтсвовать, только они настроят какую-то работу – снова меняется. У каждого губернатора по два-три раза менялись руководители промышленных направлений, правительство Пермского края.

- Кстати, по поводу определенной преемственности в этой части. Это ведь в определенной степени и может быть гарантией того, что последовательность реализации по этике будет гарантирована преемственностью: пришел человек из одной какой-нибудь политической школы, из одной группы управленцев, по каким-то причинам не смог доработать свой срок, но человек, который его сменил на этом посту, должен все обязательства выполнять – я так понимаю, об этом идет речь.

- Это вопрос даже какой-то внутренней этики, когда мы слышим от чиновников, когда они говорят о том, что: «Знаете, это было до меня, это вопросы не ко мне». Но это неправильно, на этом рабочем месте, на этой должности ты взял как активы, с точки зрения принятия решения, ты взял и пассивы – это я имею в виду ответственность, обязательства, которые до тебя были даны. У нас здесь такая наша российская специфика, как пословица: «Все, что до меня было – все это плохо, все это в урну и в корзину. Вот сейчас буду создавать такое великое счастье», – это неправильно, это и наша, может быть, какая-то ментальность, может быть, низкая какая-то культура, в том числе, политическая, административная, какая угодно управленческая культура. Преемственность, конечно, должна быть. И в сегодняшней ситуации нужно взять все лучшее, что было за предыдущие периоды, любого губернатора, любой управленческой команды, которая стояла в Пермском крае, а хорошее было у каждой команды, и все это нужно собирать и нести ответственность. Тогда тот, кто сегодня возьмет эту ответственность за то, что было и хорошее, и плохое – это уже будет шаг в сторону доверия. Они традиционно, как это обычно бывает, не выбросили все, что было до этого, а взяли на себя. Это будет первый шаг к очень важной составляющей между властью и бизнесом – это доверие. Следующее, о чем я бы хотел сказать по основным направлениям – это традиционные налоговые льготы, которые могут быть и должны быть на самом деле. И наша налоговая льгота, по-старому 20-24, потом она стала меньше – тоже может и должна иметь место. Вопрос выработки условий, при каких условиях предприятия бизнеса могут этой налоговой льготой пользоваться. Конечно, еще одно направление, которое я считаю должно быть в отношении региональной промышленной политики, поддержки бизнеса – это поддержка инфраструктурных проектов предприятий.

- Кстати, по «Новому звездному», насколько я знаю, есть обязательства у города Перми в части социальных объектов, которые должны были быть построены в этом новом микрорайоне, примеров таких много.

- Вообще, примеров именно безответственного отношения чиновников на местах очень много. Буквально неделю назад произошло. К нам неоднократно обращался один фермер – на развалинах бывшего крупнейшего сельхозпредприятия он пытается в своей деревушке создать хоть какое-то производство, и что-то у него даже там получилось. И через знакомых он говорит: «Алексеевич, вы передайте, я хоть какую-то помощь могу получить от государства или не могу»? Понятно, у него уровень квалификации, грамотности не позволяет ему пройти прочитать, есть ведь сайт Министерства, открыть и так далее. Я говорю: «Он же должен обратиться». А он говорит: «Да он туда уже ходил», – но видимо, походил по коридорам и его отфутболили. Да, у него же еще тоже такая сельская ментальность, ему тяжело, да и любому бизнесу ходить по коридорам власти всегда требуется большое мужество.

- Я думаю, все наши слушатели это понимают, когда приходится по мелким вопросам сталкиваться –руки опускаются и думаешь: «Да ну его».

- Да, и люди себя очень дискомфортно чувствуют. Тем более, когда в коридорах власти зачастую бывает атмосфера недоверия, безответственности, безразличия. Люди же сразу чувствуют, поэтому зачастую не идут во власть за какой-то помощью. И я позвонил в район начальнику отдела. Говорю: «Слушай, у тебя там есть такой фермер». Он мне говорит: «Я не слышал». Я говорю: «Как ты не слышал, у тебя же в районе»…

- Всех по именам должен знать.

- Да. Он говорит: «Я не слышал, они ко мне не приходили». Я говорю: «Слушай, ну не приходили, так ты, в конце концов, сам должен был пойти и посмотреть». Кто-то за лопату готов взяться, даже потенциально – там уже должен быть чиновник и сказать о том, что: «Слушай, Вася, хочешь работать – давай мы с тобой обсудим». Этого инструментария сегодня даже в существующей программе поддержки сельского хозяйства много, и для личных подсобных хозяйств, очень хорошие гранты для начинающих фермеров, семейные фермы и так далее. То есть инструментарий есть, и ты как чиновник не должен говорить о том, что ничего нет, никаких возможностей помочь нет, поэтому пусть живут, как хотят.

- Ты не должен сидеть ждать, когда к тебе придут – ты должен сам пойти и предложить.

- Конечно. Поэтому я думаю, что это маленький пример показывает, что в целом на уровне региональной политики зачастую чиновники ведут себя неответственно: нужно ехать, нужно искать, нужно встречаться, нужно искать, нужно договариваться, – это именно формат диалога, доверия, поддержки и развития.

- При этом, насколько я понимаю, инициатива должна исходить не снизу, а от самих чиновников – это их обязанность не бумажки перебирать, а смотреть на землю.

- Конечно, нужно эту инициативу инициировать, чтобы у человека появилось желание чем-то заняться.

Хотел сказать про малый и средний бизнес по всем отраслям – это и нефтегазовая отрасль, и химическая отрасль, про которую мы, к сожалению, пока с вами ничего не сказали, машиностроение – там огромный сегмент участия малого и среднего бизнеса на выполнение различных работ, видов и услуг и, в том числе, какого-то сырья, какой-то продукции для наших предприятий.

- На субподряде многие.

- Да.

- Есть еще один вопрос от слушателя, который в продолжение темы преемственности и власти и взятия на себя обязательств наследия со всеми негативными и позитивными его сторонами. Спрашивают, что вы думаете по поводу временно исполняющего обязанности губернатора, информации о его работе не очень много. Вы как оцениваете сегодня?

- Надо сказать, что новому руководству, Максиму Геннадьевичу, хозяйство досталось очень непростое, мягко говоря, ситуация очень сложная. И поэтому мы внимательно анализируем те действия, которые они сегодня предпринимают, о том, что заявляют и так далее.

- Насколько мне известно, институт выходил даже с некоторыми предложениями, по крайней мере, готовит предложения, которые может вынести.

- Пока мы не выходили, но мы наши предложения готовим, программу развития Пермского края, и очень надеемся, что наши предложения, хотя бы в хоть какой-то части, будут приняты. Мы же тоже не претендуем на истину в последней инстанции, так как тоже можем в чем-то заблуждаться. Во всяком случае, мне кажется, то, что мы подготовим – там точно будет какое-то рациональное зерно, которое, надеюсь, войдет в программу развития Пермского края. Потому что сегодня ситуация очень тяжелая, и все нормальные, здоровые экономические и политические силы должны сегодня работать и что-то делать для нашего Пермского края.

- И еще один маленький вопрос, ответ на который я жду «да» или «нет», буквально. Вы не исключили на прошлой неделе, что можете, или, по крайней мере, задумываетесь о том, чтобы включиться в губернаторскую гонку в сентябре. Это правильная информация, соответствует действительности?

- Русский язык – великий язык. Я не сказал о том, что принято решение – решения такого у меня нет, потому что я понимаю, что шаг это очень ответственный, претендовать на пост губернатора Пермского края. Но я сказал о том, что я не исключаю, что это, в принципе, возможно в случае того, если мы увидим то, что мы сегодня будем предлагать, что мы в себе будем нести с точки зрения пути развития Пермского края, то в этом случае, возможно, такое решение будет принято и, возможно, я приму участие в выборах на пост губернатора Пермского края.

- Олег Алексеевич Хараськин, руководитель Института регионального муниципального развития и поддержки общественных инициатив был гостем прямого эфира на этой неделе. Олег Алексеевич, большое спасибо, надеюсь, не последний раз видимся в этой студии.

- Спасибо, Артем. Огромное спасибо, уважаемые радиослушатели. До свидания.

Программа вышла в эфир 18 апреля 2017 года

Обсуждение
2954
0
В соответствии с требованиями российского законодательства, мы не публикуем комментарии, содержащие ненормативную лексику, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Недопустима публикация комментариев: содержащих оскорбления участников диалога или третьих лиц; разжигающих межнациональную, религиозную или иную рознь; призывающие к совершению противоправных действий; не имеющих отношения к публикации; содержащих информацию рекламного характера.